— Это было талантливо, — добавила я, глядя на Макса. — Я бы назвала это вызовом.

— Вызовом? — переспросил Макс, пытаясь понять мою логику.

— Я не профессионал. Но уверена, что сыграть такую сложную тему непросто. А у вас с Джино это получилось виртуозно и со своим подтекстом о доверии, как мне показалось, — пояснила я.

— Ребята старались, — кивнул Сандерс, соглашаясь со мной.

— Изысканный подарок ко дню рождения, — добавил Генри.

— Я все-таки надеюсь, что это был подарок только от Джино, но не от тебя, — улыбнулась Эльза.

— Ты же не любишь получать подарки, — парировал Макс в ответ, усмехаясь уголком губ.

— Все претензии к Стивену — это не я решила отметить день рождения, — выставила свой аргумент Эльза.

— Споры с женщиной бессмысленны, — улыбаясь сказал Генри Максу, отрицательно качая головой.

— Они всегда побеждают, — подтвердил Сандерс. — Поверь мне, отцу двух дочерей.

— Слышал? Так что иди и настраивай гитару, — шутя скомандовала Эльза.

Макс слегка усмехнулся ей в ответ и пошел к дивану, где он оставил инструмент, а Эльза, взяв меня под руку, тихо вздохнула.

— Я люблю смотреть на него, когда он с гитарой, — шепнула она мне.

— Кто его научил играть?

— Его отец… еще с детства, — сказала она, и я услышала, как Макс дал несколько аккордов, тем самым привлекая к себе внимание гостей. В зале в ту же секунду воцарилась тишина, и парень нежно начал перебирать струны, создавая красивую и печальную мелодию Стинга.

— Ммм, мне нравится эта песня, — прошептала Эльза, немного сжимая мою руку. — Когда я услышала ее первый раз, то сама попросила сына разучить ее. Наверное поэтому он ее выбрал в качестве подарка.

Наконец Макс тихо запел. Его голос был спокойным, без агрессии, как у Джино, скорее наоборот, умиротворяющим. "Но не таков силуэт моего сердца", — выводил он ровным тенором, никого не оставляя равнодушным.

Может быть оттого, что тема была грустной, играл Макс совсем в другой манере. Его пальцы, до этого напряженно диктующие свои условия, сейчас ласкали струны, прося у них позволения, и гитара, поддаваясь энергетике и просьбе музыканта, печально пела с ним в унисон, нежно вибрируя и тая от его умелых прикосновений.

Стелла, стоявшая поодаль рядом с Джино, не отводила взгляда от Макса. Она крепко сжимала бокал, ее глаза блестели, щеки разрумянились, а грудь взволнованно вздымалась. Если раньше мне казалось, что она неравнодушна к Максу, то теперь я видела, она откровенно была в него влюблена и не скрывала этого. Скорее всего, мужчины не ошиблись, говоря в свое время Максу, что Стелла его "заждалась".

"Я знаю что пики — это мечи солдат.

Я знаю что трефы — оружие войны.

Я знаю что бубны — это деньги для этого искусства.

Но все это не является формой моего сердца."

— талантливо создавал Макс образ игрока в покер, который играл не ради выигрыша, а чтобы познать закон жизни и удачи, и мягкие вибрации его проникновенного тихого голоса в унисон с плачущей гитарой наполняли комнату неповторимой завораживающей энергетикой.

Эльза, затаив дыхание, с нежностью смотрела на сына и ловила каждое его движение и слово.

"Но если я скажу тебе, что я люблю тебя

Ты, возможно, подумаешь, что то-то не так.

Я не человек с очень большим количеством обличий.

Маска, которую я ношу — одна." **

— "признавался" Макс в наличии маски игрока, словно позволяя всем присутствующим немного приоткрыть этот покров и увидеть его настоящее лицо.

Он пропел последние строки, искусно выводя спокойным голосом "силуэт моего сердца", и тихо завершил композицию, как искусный игрок, который закончил игру и вскрыл карты с "Роял Флэшем" из масти червей.

Первой зааплодировала Стелла и уверенной походкой пошла к Максу. Одаривая его обворожительной улыбкой и похвалой, она прижалась к нему и провела пальцами по его груди. Мне показалось это немного нетактичным с ее стороны, но что я могла знать об их отношениях. Макс цепко посмотрел на нее, но ничего не сказал. Я тут же почувствовала, как предплечье миссис Хоуп под моей ладонью напряглось, и Эльза решительно направилась к сыну, увлекая меня за собой.

— Сын, это был достойный подарок, спасибо, — с гордостью в голосе сказала она, вплотную подходя к Максу и целуя его в щеку в знак благодарности.