Обведя собравшихся взглядом, Лат остановился на Назари. Он тоже принимал участие в подписании. Он не мог остаться в стороне от этого события. Как иногда говорил хозяин, "Держи друзей близко, а врагов еще ближе". Вероятно, этим же принципом руководствовался и Назари.

Бросая украдкой взгляд на спокойное лицо араба, Лат не мог не отметить, что тот умел владеть эмоциями. Несмотря на то, что задумка Назари сорвалась, араб внимательно слушал Чанвита, иногда опуская глаза на документы.

— Ну что, господа, предлагаю скрепить наше сотрудничество и выпить за успех, — услышал Лат немного возбужденный голос Чанвита и, подхватив черную бутылку шампанского, понес к гостям.

Он внимательно наблюдал за Назари, но, казалось, ничто не омрачало настроения араба. Он, как и все, радовался новому проекту и, небрежно удерживая бокал, шутил и источал обаяние. "Таких лицемерных людей мой отец называл "зверем с двумя лицами", — отметил Лат, наливая шампанское в бокал Назари.

Последним из конференц-зала выходил Чанвит. Лат поклонился ему в уважительном вае, а весь вид последнего выражал довольствие. Сделка удалась.

На пороге появился Макартур и, пропустив Чанвита, спешно вошел в конференц-зал, плотно закрывая за собой дверь.

Барретт стоял лицом к окну и, засунув руки в карманы, наблюдал за водным пространством по ту сторону стекла.

— Все по плану? — спросил он.

— Уилсонов отправили на материк. Мисс Харт в рубке. За Назари следят. Вдруг проколется, — отчитывался Макартур.

— Не проколется, — отметил Барретт. — Далее.

— Все готово, — продолжил отчет Макартур. — Бригада на месте. Ждут команды.

— Начинайте, — тихо произнес хозяин, и Макартур, кивнув, пошел на выход.

Уже закрывая двери, Лат обернулся и, посмотрев на хозяина, увидел, как Барретт, немного повернув голову, приподнял уголок рта. Лат знал эту ухмылку. Это означало, Назари плотно сидел у Барретта на крючке.

Наконец, оставшись одна вдали от шумной суеты гостей, я облегченно вздохнула.

Весь вечер я ожидала каких то событий, некой неприятной кульминации, которая, слава Богу, была предотвращена Ричардом. Еще в пентхаусе моя интуиция выбивала нервную дрожь, и не ошиблась. Ступая на палубу "Нарушителя", я понимала, что становлюсь частью сложной игры и только сейчас, когда Лат пусть и вкратце, но все же рассказал о событиях, я окончательно осознала, что рядом со мной весь вечер рука об руку шла опасность. В свете новой информации было над чем подумать. У меня были вопросы, и не один, но я была уверена, что не получу ответов. Всё, что мне можно было узнать, передал Лат, оставалось лишь строить предположения.

Сняв каблуки, я некоторое время колебалась, где бы мне разместиться для отдыха и, бросив взгляд на капитанское кресло, улыбнулась — хоть на пять минут, но я хотела почувствовать себя капитаном стального Хищника по имени "Нарушитель". Поудобней расположившись на кожаном сидении, я всматривалась в глубокое ночное небо, которое сливалось на горизонте с морем, и представляла себя командиром мега-корабля, который бороздил просторы космического пространства, мягко покачиваясь в невесомости.

Мои веки тяжелели, и я, отпуская тревоги, медленно погрузилась в космический вакуум, позволив умиротворению унести всю усталость, накопившуюся за вечер.

Я почувствовала, как к моему лбу прикоснулась горячая ладонь и резко открыла глаза. Передо мной стоял Барретт. Он убрал руку и теперь сканировал мое лицо, будто проверяя, не повредили ли объект в ходе операции.

В ответ я рассматривала непроницаемое лицо Ричарда, отмечая, что сейчас, вдали от посторонних, в его чертах появилась усталость, а в осанке — небольшое напряжение. Внезапно он прошелся взглядом по моей фигуре, а я, мгновенно сообразив, что во сне сложила ступни на панели управления "Нарушителя" тут же подобрала колени, выпрямив спину в капитанском кресле.

Барретт кинул недовольный взгляд на нетронутый поднос с едой, а я, опасаясь, что он меня заставит есть, быстро произнесла:

— Я не голодная. Весь вечер ела канапе с красной рыбой.

Мне и правда сейчас было не до еды — не отводя глаз от лица Ричарда, я чувствовала утомление своего мужчины, и сейчас больше всего мне хотелось снять его напряженность, разгладить впадинку на его лбу, которая была явным признаком усталости.

— Спасибо за твою защиту, — тихо поблагодарила я, но он никак не отреагировал.

Вспомнив о своем шпионаже, я тихо добавила:

— Прости, что пошла за Мартой. Это не от ревности. Я думала, она что-то против тебя затевает.

— Нам нужно идти вниз, — спокойно произнес он, игнорируя мое признание.

Но я не торопилась. Я хотела дать ему сил, поделиться с ним своей энергией, прежде чем мы выйдем к гостям. Медленно обхватив обеими руками его запястье, я приложила его ладонь к своей щеке, чувствуя кожей его жесткие пальцы. Он уже хотел убрать руку, но я, осмелев, нежно прикоснулась губами к его ладони, не отводя взгляда от родного лица.