– Брандо…

– Все в порядке. А я стал трахаться, чтобы унять боль. Каждую ночь, наверстывая упущенное время. Стал совершенно другим, чтобы выжить. Более азартным. Когда я начинал думать - мне становилось больно, и поэтому я всегда двигался, и каждый раз еще быстрее. Я начал относится к женщинам так, словно они только для того, чтобы двигаться дальше. Я развлекался с ними, но и давал им то, что они хотели, и, конечно, забирал свою долю. Никогда не привязывался к ним. Никогда не чувствовал никаких эмоций. В этом я довольно преуспел. Или, по крайней мере, я так думал, пока она не появилась снова.

Мне понадобилось немного времени, чтобы все это осознать.

– Так вот что вы, парни, делали на “Открытом микрофоне”, когда я играла?

– Да.

Мы оба поворачиваемся к Лос-Анджелесу, к городу, который сначала дал нам наши мечты, а затем забрал их.

И вдруг я начинаю смеяться. Сначала тихо, потом все безумнее и безумнее. Я пытаюсь остановиться, прикрывая рот, но чем я больше пытаюсь, тем более безумным он становится. Брандо смотрит на меня в замешательстве, пока сам не начинает взрываться от смеха. Целую минуту мы были как школьники, хохотали, держась за животы.

– Два сапога пара!
– говорю я сквозь смех.

– Два обиженных и брошенных!
– Брандо кричит во всю мощь, - Мы идем мстить!

– Ты слышишь, Лос-Анджелес?!

– Мы идем!

Брандо

Хотя в моей визитке все еще указано, что я работаю в Маджестик Рекордс, у меня с ними довольно сложные отношения. И не последнюю роль в этом играет генеральный директор. Джейсон Роулэнд. Когда они предложили мне работу, это было большей частью связано с моими успехами в моем собственном лейбле в Нью-Йорке. Также предполагалось, что Лекси и я будем в комплекте. Маджестик хотел заполучить парня, который бы не только искал таланты, но и пришел бы с самой горячей перспективой. И вот, когда эта “горячая перспектива” решила уйти к их самому главному конкуренту к Дэвис Кроуфорд Гиперсоник, а я просто загулял на разного рода вечеринках вместо того, чтобы найти достойную замену, напряжение не заставило себя долго ждать.

Тем не менее, мне все же удалось подписать хорошие контракты: несколько инди-рок-групп, чьи продажи низкие, но стабильные, группу с горячими девчонками и совсем недавно певицу R ‘n B с небольшой, но довольно навязчивой группой фанатов. Так что мне позволили пока остаться в офисе, но, по правде говоря, за последние несколько лет ничего достойного я так и не смог найти. Хастлинг, чтобы заполучить небольшие группы подписывал контракты и с другими лейблами, а Маджестик - в частности, Джейсон Роулэнд - никогда.

Но не в этот раз. Только идиот упустит такую горячую девчонку, как Хейли. И в этот раз я буду ставить условия.

Я подъезжаю к небоскребу, где находится офис Маджестик Рекордс, подмигиваю всегда улыбающемуся администратору. Огромный лифт привез меня на один из самых высоких этажей.

– У тебя же на 10-30, Брандо?

– Я как всегда раньше, Шивон.

– Не всегда, - кокетливо ответила красавица-блондинка. Нас с ней связывает небольшая история.

Я усаживаюсь на диван возле кабинета Роулэнда, настраиваясь на долгое ожидание. Роулэнд всегда заставляет людей ждать; он думает, что это делает его более важным. Не удивлюсь, если он это вычитал в какой-нибудь книжке.

Мой телефон зазвонил. Номер незнаком, но я все равно отвечаю. Никогда не знаешь, кто тебе может позвонить.

– Ну здравствуй, Брандо.

Черт.

– Дэвис? Какого хрена у тебя мой номер?

– У меня всегда был твой номер, Брандо. Ты знаешь это.

– Сделай мне одолжение - удали его.

– Да ладно тебе, не огрызайся. Ты такой нервный из-за нашего пари? Ты помнишь, осталось всего две недели.

Я не могу сдержать улыбку, расползающуюся у меня по лицу.

– Ну, у меня все довольно не плохо. Я предполагал, что ты в курсе.

– Ах, да. Уже все говорят о твоей новой девушке. Если я еще раз услышу эту проклятую песню, я поддамся искушению украсть ее у тебя.

Он хихикает над своей шуткой, а я сдерживаю гнев, который начинает подниматься во мне.

– Ты все?
– выдавливаю я.

– Под правильным руководством и с регулярными небольшими толчками ей в спину, она сможет стать маленькой звездочкой через год или больше.

– Она будет звездой. Через две недели.

Хриплый смех Дэвиса еще более отвратителен по телефону.

– Да брось, Брандо, ты же понимаешь, что это невозможно. У тебя столько времени ушло, чтобы собрать эти песни. Никто еще не знает о ней за пределами города. Слушай, я все-таки джентльмен и готов предложить тебе выход. Я поспорил с тобой для того, чтобы увидеть, как ты мучаешься, но ты отлично справился. Считай, что в некотором смысле, ты уже выиграл. Честно говоря, я бы не хотел даже, чтобы ты потерял кого-то их своих подопечных. Я совершенно не знаю, что с ними делать.

Я смеюсь.

– Дэвис, я не отказываюсь от пари, но даже если бы и отказался, Хейли в любом случае станет звездой к концу месяца, и ты это знаешь. Смотреть на твое набитое силиконом лицо, когда ты будешь отдавать мне десять штук, это как очень сладкая вишенка поверх невероятно вкусного торта.