Особенно, конечно, очарована была моя ученица. Ещё бы, в её возрасте такие «сюрпризы» производят обычно неизгладимое впечатление. Да и как я заметил, Юнь Ми была девочкой с очень сильно развитым чувством прекрасного, а природа или, возможно, ландшафтные дизайнеры властвующего здесь культа хорошо постарались, дабы поразить вновь прибывших.

Постепенно, с приближением к горной гряде, начали появляться и следы цивилизации. Вдоль дороги то здесь, то там мелькали пагодки, скульптуры зверей и небольшие алтари, а через примерно час всё той же неспешной поездки, мы встретили первых людей. К самому вечеру же подъехали к расположившемуся у самых скал монастырю, где и провели ночь. В комнате с одной кроватью, которую нам выдали молчаливые служители культа.

Девушки устроились на кровати, а я на полу, благо уже с открытой четвёртой чакрой, можно было спокойно наплевать и на утреннюю прохладу, и на определённые неудобства, связанные с отсутствием даже охапки банальной соломы.

Утром же, оставив своих спутниц, я с некоторыми недавно прибывшими участниками мероприятия дружной гурьбой отправились по глубокому ущелью к месту проведения турнира. Вроде бы это было очередным «испытанием», вот только мне быстро надоело быть частью этой аморфной пёстрой толпы, состоящей, большей частью, из заносчивых и довольно грубых типов бандитской наружности. Так что, приотстав и позволив основной массе конкурсантов уйти по шаткому подвесному мостику чуть вперёд, я осмотрелся и решил двигаться незапланированным организаторами маршрутом.

Куда мне нужно попасть, я примерно себе представлял. Дорога по спирали огибала гору и упиралась в большую тренировочную площадку, устроенную прямо возле пика. Вот, собственно, туда я прямиком и отправился, прыгая прямо по отвесным скалам, благо ничего особо сложного в подобном маршруте для меня не было. Я даже не опасался сверзиться в пропасть, попадись под руку какой-нибудь особенно шаткий камушек. Всё-таки в этом случае «воздушная акробатика» творила настоящие чудеса, да и возможность «опереться на воздух» тоже была не лишней.

Собственно, это доказал первый же раздавшийся за спиной дикий крик сорвавшегося в бездну несчастного самоубийцы. То ли глядя на меня некоторые решили, что могут так же, то ли не я один оказался таким умным, ведь то, что не запрещено правилами – разрешено! А если подумать, то так и вовсе предусмотрено создателями.

Был ещё один повод двинуться «обходными» тропами. От Ву Шу я знал, что «официальная турнирная дорога» не такая уж и безопасная, как кажется на первый взгляд. На самом деле, чем дальше, тем больше на ней ловушек и, соответственно, меньше шансов добраться до цели у человека, поддавшегося стадному инстинкту. Правда, я всё равно рванул не по одному из проложенных «воздушных путей дракона», но это уже реально моё личное дело!

В общем, всё так и произошло, как предсказывала Ву Шу. До основного места действия добралось не так уж и много претендентов. Оно оказалось огромной каменной плитой, окружённой по периметру циклопическими статуями каких-то адских китайских демонов. Вполне такие классические лупоглазые, многорукие воины, жадно пожирающие каменными зенками продуваемое сильнейшими ветрами каменное поле.

Кстати, не то, чтобы я намеревался с кем-то соревноваться, но на ристалище я прибыл одним из первых. Среди участников, разумеется. Я уже успел заметить, что по скорости перемещения по твёрдой поверхности, даже не переходя на сверхзвуковую, я был куда быстрее, чем наднебесники. Помню, Инна рассказывала мне, что японские воины-ниндзя вообще рекордсмены в этом деле, однако я с подобными товарищами пока что не пересекался, а вот лысому родственнику Фридриху с Неметчины я бы точно дал прикурить.

Так вот, пусть местные не так сильны в скоростных перемещениях, меня всё равно уделали парень и девчонка, устроившие настоящую гонку в небесах. И использовали они в качестве летательного средства даже не тучки, как Ву Шу, а огромную шестигранную булаву и меч, очень похожий на тот, который болтался у меня на поясе.

Где-то через три часа после полудня перед добравшимися без больших потерь до плато участниками выступил один из представителей культа, расположившегося на этой священной горе. По его словам, живых претендентов на трассе «монастырь-арена» более не осталось, а потому он объявляет о начале турнира. После чего в толпе начали бегать мальчики лет восьми с мешками, из которых участники не глядя должны были достать по одному хрустальному шарику, внутри которых были как-то высечены иероглифы с цифрами, обозначающими их номер.

Я вытянул сто семьдесят первый и отправился с ним к рядком выставленным столикам, возле которых проводилась регистрация. Показав культисту-чиновнику шар и озвучив своё имя, выслушал краткие поздравления и ознакомился с правилами, заключавшиеся в их полном отсутствии. Оружие могло быть любое, стиль, магия и техники – даже не обсуждались. Запрещалось разве что использовать малолетних детей в качестве заложников, что меня слегка удивило. Видимо были в истории турниров на горе Ун-веньшань подобные прецеденты… После чего присоединился к толпе зрителей-участников, подумав, что может быть стоило всё же облегчить себе жизнь, взяв с собой калаш, так и оставшийся у Янки.

А дальше... дальше потянулись дни, полные безудержного веселья. Точнее сказать, веселились исключительно дожидающиеся своей очереди наблюдатели, да и то не все, но общая атмосфера: «Я никого, кроме себя, не уважаю!» буквально царила на этом празднике жизни… и смерти.

Довольно быстро у меня сложилось впечатление, что сюда, на гору Ун-веньшань, собрались в основном моральные уроды и отморозки всех мастей, не взирая на возраст и пол. Ну или, как вариант, большинство нормальных людей просто не осилило первый этап, в то время как подонки и прочие уроды спокойно прошли устроенный бесстрастными культистами отборочный фильтр.