Девушки были, в общем-то, неплохими бойцами – примерно на уровне квалифицированного ротмистра, и смотрели на всех, кроме меня, Воронова и Ву Шу, свысока, а разговаривали так и вовсе только с «Дорогим господином Ли» и внезапно полюбившимся им медведем, над которым взяли негласное шефство и испортили мне «дикую зверюгу».

Фильку мы подобрали во время первой остановки нашей летающей джонки, в том самом портовом городе поднебесного мира, на благо которого целый месяц трудились майор и компания. Как добропорядочный совомедведь, вновь оставшись в одиночестве, он почти неделю терроризировал пригороды, слава Богу, не трогая местных жителей. Но вот домашняя скотина и птица, а также подвалы и склады с продовольствием пострадали от него изрядно, Градоначальник даже цену за его пернатую голову назначил в местном аналоге «гильдии авантюристов». Вот только найти пернатого вредителя оказалось непросто.

Так что когда эта зверюга, учуяв нас неподалёку, с радостным уханьем ломанулась прямо через весь город к причалам… В общем, паника поднялась та ещё и, естественно, что когда разобрались, на нас посыпались претензии. Но! У нас имелось что предложить старейшинам дабы смягчить их недовольство, так что чуть завышенная стоимость товаров и услуг, которую мы оплатили, упаковывая наше посольство, вполне смягчила и сгладила обиды, нанесённые селению моим косолапо-пернатым питомцем.

Расставались мы уже «хорошими друзьями», ну а медвежуть… попав в цепкие лапки Вань Чи Линь и Вань Ми Синь, похоже сам охренел от происходящего и даже пробовал бунтовать, но не сдюжил против маленьких «дрессировщиц». Так что смирился, принял свою участь и довольствовался тем, что наводил панику на всю остальную женскую часть посольства. Ну а заодно обзавёлся кучей ленточек, колокольчиков и фенечек.

Правда, как оказалось, возились с ним девчонки не просто из любви к «милым зверюшкам». В их глазах послушный мне медведь-мутант был самым что ни на есть прямым доказательством мудрости их бывших родичей, передавших своих дочерей в услужение такому хорошему господину! Как оказалось, у многих благородных ляо в моде было содержать при себе послушных, но очень опасных животных-защитников. Вроде разнообразных тигров и прочих хищников, не являющихся покорёнными и «духовными» животными. Этакая «фишка», сродни очень дорогим концептуальным спорткарам, которые богачи и аристо моего мира держали в своём гараже ради понтов, но никогда никуда на них не ездили.

В общем, не знаю как они объяснили себе тот факт, что «мой любимец» оказался в одиночестве и терроризировал поднебесный город, может быть решили, что я просто из эксцентричности отправил его прогуляться и расслабиться – не знаю. Однако в их глазах моя фигура самим наличием чудовища прибавила огромное количество пунктов, подняв планку на недосягаемый для остальных уровень.

– По прибытии, – продолжила Ву Шу после почти пятиминутной паузы, – мы с тобой отправимся в одно место. Для того, чтобы принять участие в турнире, тебе нужно будет увидеться с одним человеком, а затем мы отправимся на Ун-веньшань.

– Все вместе?

– Нет, – улыбнулась Святая. – Только учитель и ученик. Во Ро Ни Ни и всё остальное посольство останутся в Маньшчао. А потом прямо отсюда направятся в столицу.

– Юнь Ми пойдёт с нами, – подумав, сказал я. – Не думаю, что мне стоит её сейчас оставлять в одиночестве.

– Это твоё дело, как учителя, – пожала плечами лаоши. – Я же говорю, туда могут отправиться только учителя и их ученики…

– Майор в курсе?

– Да, – ответила мне Ву Шу. – Мы обо всём поговорили, так что не волнуйся.

Ну да… не волноваться – это, конечно, хорошо, вот только с этими двумя представителями будущей ячейки социума я чувствовал себя малолетним ребёнком, о котором заботятся добрые и всё понимающие родители: избалованным и совершенно несамостоятельным. Они и подумают за тебя, они и сделают как надо и как правильно, они и кашку в рот положат и, если надо, то даже разжуют. Знай себе, сиди на горшке да изображай из себя Властителя Вселенной!

«Впрочем, – вздохнув, оборвал я сам себя, – не о том ли мне говорила Нина, утверждая, что аристократом мало «стать». Нужно ещё научиться им «быть».

У меня, как и у многих простолюдинов, наверное, раньше титул ассоциировался в первую очередь с большей свободой и самостоятельностью. Вот мои супруги и пытались в два голоса переубедить меня в том, что это не так. Помню, дело было ещё в Землях Германской Нации, и тогда девочки дали мне целый бой на тему того, что такое эта «самостоятельность» и с чем её едят.

Договорились же до того, что мы просто понимаем это слово по-разному. Даже на бытовом уровне. Я, например, каждое утро гонял Женьку, которая постоянно лезла помогать мне одеваться: «Мол, я не маленький! Сам могу!» Для меня, из-за воспитания, подобные порывы девушки по отношению к парню означали полную избалованность и инфантилизм последнего! Сколько бы там слуг у него не было!

А вот мои сиятельные Высочества думали совершенно иначе. Да, с одной стороны, сцена с одеванием благородного «овоща» высмеяна множество раз в куче разных источников и, конечно же,, они и сами могут одеться при необходимости, вот только обстоятельства могут быть разными! Аристократ, а особенно благородная дама, всегда должен выглядеть на сто баллов, и даже чуточку лучше. Сонные они или нет, или, может быть, голова их занята решением вопросов государственной важности – высшее общество не простит им, себе подобным, неопрятный вид. И, уж тем более, надетую наизнанку майку, плохо завязанный галстук или слишком толстый слой косметики на лице.