Куда?.. В Крест? Туда Чейз и направится, потому что там его Ахиллесова пята. А мне там делать нечего. В Крест я больше не вернусь, даже ради Чейза; я заставлю себя принять это решение. Если мне вообще повезёт выжить.

Тогда куда мне идти? Есть ли в этом мире островок, где и такой как я найдётся место?

И что будет делать дальше Дакир?.. Приказ выполнен! Леон повержен, а вот его армия — нет! Армия, которая в ближайшие часы, если не минуты, разорвёт город и его жителей на части.

Не будет Скалы.

Не будет Скверны.

Не будет людей.

Не останется ничего, чем можно будет управлять.

«Дакир — чёртов придурок! Выкуси! Ты облажался! Можешь вычеркнуть этот город из своего списка»!

В палаточном городке почти никого не было. Все, кто способен передвигать конечностями, отправились на фестиваль. Остались самые больные, и скорее всего самые маленькие.

Детский плачь — этот звук выворачивал душу наизнанку. Мозг сигналил нервной системе включить блокировку, но ноги сами свернули на другую дорожку и уже вели меня на голос ребёнка.

«Джей, что ты можешь?! Здесь тысячи детей!!! — вопило сознание. — И у тебя нет волшебного прибора, способного одним нажатием кнопки переместить их всех отсюда! Найди, Чейза и убирайся! Убирайся пока не поздно»!!!

Но я шла дальше. И остановиться меня заставил не плачь ребёнка, не собственное сознание, а голос, который громко произнёс ненавистное мне имя. Имя из моей второй жизни:

— ДЖЕННИ!!!

Сердце больно стучало в голове. Дыхание вернулось в «рваный» режим, сотрясая болью каждый сантиметр лёгких. Я лихорадочно смотрела по сторонам, пытаясь найти источник. Кто ещё в Скале может меня так называть?!

— Дженни! Прикажи тварям убираться отсюда! Здесь некому сопротивляться! Больные и дети!

Что это за чёрт?! Мир сошёл с ума?! Я умерла?!

Стук сердца вот-вот разорвёт голову. Волна удушья крепко стиснула горло.

Это голоса… Это опять они — голоса в моей голове!!! Никто не может сказать мне ничего подобного! Как я могу приказывать тварям?

Как вообще им кто-то может приказывать?!

Твари… Мерзкие, с бледно-зелёными лицами, в грязных лохмотьях… Больше десятка. Они пробирались между палатками, скользили внутрь, а когда никого не обнаруживали, отшвыривали хрупкое жилище в сторону. И твари — не в моей голове. Это не галлюцинации…Я не умерла, или умерла, но их адская вонь вернула меня к жизни! Я слишком хорошо знаю их запах. А они, отлично знают, как пахнет человек. Но почему то не нападают на меня…

Я подняла револьвер перед собой, целясь в голову одной из твари. Взгляд плыл из стороны в сторону, словно зрачки обтянуты мутной плёнкой.

Твари не обращали на меня внимания. Никакого! Полностью игнорировали. Словно я давно труп… Или…

Кто-то быстро приближался к ним с другой стороны лагеря. Кто-то, кто двигался легче и проворней любого обычного человека. Кто-то в чистой одежде — длинном чёрном плаще и с такого же цвета блестящими густыми волосами, плавными волнами сбегающими до самой поясницы. У этой девушки поразительно бледная кожа и правильные черты лица: аккуратный нос, яркие пухлые губы и большие кукольные глаза, утонувшие в цвете кровавого заката.

И эта девушка, кем бы она ни была, слишком сильно мне кого-то напоминает. И если бы я почаще смотрелась в зеркало, ни секунды раздумий не ушло бы на то, что бы признать в её лице саму себя.

— Убирайтесь отсюда!!! — закричала она тварям звонким властным голосом. — Пошли вон! Здесь некого запугивать! И жрать некого! Валите к площади!

Ох, ты ж, чёрт. Остановите землю… Твари её послушались!

А я, кажется, окончательно сошла с ума. Мне в параллельную реальность проще поверить, чем в то, что в этом убогом мире, есть человек с почти идентичной моей внешностью. И этого человека… слушаются твари!

Девушка застыла.

Я смотрела на неё. Она на меня.

Её красные глаза были широко распахнуты, словно её зеркальное отражение сделало себе короткую стрижку, а её с саму в известность не поставило.

Резкий порыв ветра ударил в лицо и теперь земля ушла из-под ног в прямом смысле слова. Сильный толчок в грудь заставил тело проехаться по утоптанной дорожке снега до самого начала лагеря. Девушка была на мне. Её колени вдавливали мои плечи в мёрзлую землю, ледяные руки сжимали запястья, так что и револьвер почти полностью ушёл под снег.

Я не сразу поняла, что кричу. Грудная клетка переживала самые мучительные секунды в своей жизни. Я попыталась скинуть с себя красноглазое создание, не акцентируя внимания на ужасающем внешнем сходстве со мной, но ничего не получалось! Это был камень, в который меня вновь замуровали. И весил этот камень далеко не как хрупкая девушка!

Её длинные волосы падали мне на лицо, губы растянуты в оскале, глаза пылают в необъяснимой ярости… но я не слепая, чтобы не заметить в них и точно такого же недоумения от которого и сама не могу избавиться!