— Спасибо, Вальд, — поблагодарила дракона.

— Не за что.

— Вальд, а Ридерик... Как он?

— Он занят сейчас, — ответил Каменный, — но просил передать, что любит и целует тебя.

Ну хорошо. Заколка щёлкнула в волосах, надёжно закрепляя в причёску. Макияж нанесла свежий и очень лёгкий, отдавая дань привычкам и желанию видеть себя ухоженной в любых обстоятельствах. Чуть-чуть — тушь на ресницы, капелька тонального крема на кожу.

К назначенному часу я была готова. Обед — значит, обед. Предстояло придумать, как вытащить из лап Огненного артефакт Каменного дракона.

Очередной сюрприз поджидал меня в коридоре. Одна из дверей комнат спального этажа быстро приоткрылась, в холл выскочила Леми. Млисская смерила меня ненавидящим взглядом, схватила за руку и потащила за собой.

— Вы? Что вам нужно? — возмутилась я. — Отпустите!

— Молчи. Пожалуйста, молчи, — прошипела девушка. — Мы просто поговорим.

Млисская шустро утянула меня в одну из комнат и плотнее прикрыла дверь. Видимо, думала, что в закрытом помещении я стану более откровенной. Прищурившись, я смотрела на бывшую девушку Ридерика и ждала.

— Ева, ты хорошо играешь! Актриса что надо, — язвительно, чуть ли не сквозь зубы процедила Млисская. — В танце с вуалями, с Ридериком… Теперь — с Тарийским.

Я приподняла брови, выказывая высшую степень удивления.

— Не понимаю, о чём вы? Чего хотите?

Леми усмехнулась.

— Да ничего. Только высказать тебе своё восхищение. На самом деле. Теперь я понимаю, почему Ридерик выбрал в помощницы именно тебя.

Мои ироничная усмешка и молчание словно подстегнули девушку. Её глаза заблестели, на лице проявились пятна. Розовые, они придавали Млисской какую-то нездоровую болезненность. Впрочем, Леми давно больна. Чрезмерной гордыней и слепотой.

— Пока ты здесь подыгрываешь Дамиану, это не мешает лорду Альросскому продолжать искать себе любимую. Ту, которая разделит с ним радость победы над Огненным, — выпалила она. — Ты-то наверняка подохнешь... Так было уже. Не ты первая, не ты последняя. Мужские игры, они такие... Ты здесь решаешь его вопросы, а он развлекается с гаремом. Ты знаешь, что когда я убегала из Леврии, милорд объявил новый отбор? Да и зачем тебе об этом знать? Он же не говорил?

— Послушайте. Если вы сейчас же не посторонитесь, мне придётся рассказать Дамиану о нашем разговоре. О том, как мешали мне быстрее встретиться с ним. Как думаете, ему понравится ваше самоуправство?

— Ты... — губы Млисской задрожали от разочарования. — Ты... Ну ты и дрянь, Ева.

— Вы — очень невоспитанная прислуга, — произнесла я и направилась к дверям. — Я расскажу вашему хозяину. Пусть вам сделают выговор.

Собиралась оттеснить Млисскую от двери, но та сама отодвинулась и только обожгла меня взглядом, полным ненависти и презрения. А я...

Я шла на встречу с Дамианом и думала о Ледяном. Словам Леми в общем-то не поверила. Разве можно верить женщине, мечтающей меня уничтожить? Ридерику же доверяла. Очень хотела доверять.

Но... Я устала. Устала от постоянного ожидания подвоха и необходимости правдоподобной лжи, от постоянной игры. Рядом с усталостью поджидало и нервное истощение. Дамиан истощал, выпивая силу, энергию, спокойствие своей жестокостью, непредсказуемостью, собственническими инстинктами.

Постоянный самоконтроль потихоньку сводил с ума. Хотелось бросить всё, признаться, отдаться на милость победителя. Хотелось стать слабой, поверить в каплю человечности Огненного. Ну не может же он быть конченым подлецом? Такой умный, проницательный, не чуждый искусства...

А нужно искать артефакт. Вальд, кажется, рядом, но Альросский занят. Чем-то занят мой дракон? Чем? Пропал Ридерик, давно его не слышала, не видела. Он не пытался выйти на связь, а если и пытался, то я об этом не знала. Рядом — только Каменный, изначально заинтересованный в возвращении кубка. Может ли быть так, что я — лишь пешка в игре могучих драконов?

Я действительно очень устала. Но... Спокойная улыбка расцвела на моём лице, как только я переступила порог замковой мрачной столовой и встретилась взглядом с Тарийским.

— Привет, Дамиан.

***

Снег падал крупными хлопьями прямо в тронной зале роскошного подземного дворца. Мокрые плиты пола потрескивали и расходились под действием холода. Казалось, сами стены шумно похрустывают под усиливающимся морозом. Ледяной дракон испытующе смотрел на каменную стену, благодаря которой видел Еву и Дамиана, встретившихся в столовой замка.

С тех пор, как Дамиан нагло выкрал Еву, Ридерик разрывался между Землёй и Леврией. В мире Евы Альросский наблюдал за замком в поисках любой возможности пробраться внутрь и разрушить защиту Тарийского, готовую спалить любого нежелательного гостя. У Каменного он мог видеть и слышать любимую.