Она мягкая и горячая.

Упругая.

Просто блять.

Я смещаю свою правую ладонь чуть левее и накрываю ей грудь, медленно сжимая. Она стонет, но не потому что ей больно. Ей приятно, и от этого у меня конкретно рвёт башню.

Пододвигаюсь к ней еще ближе, касаясь своим членом её бедра и делаю толчок, как только вновь сжимаю её правую грудь. Ещё раз, и ещё.

Мне мало.

Мне чертовски мало этого участка её тела, поэтому ладонь сползает ниже, медленно и уверенно настигая краешек пижамных шортиков. Накрываю её живот и чувствую, как он напрягается от моего касания.

Я не должен испугать её.

Поэтому жду. Жду, пока она расслабится и доверится мне.

Проникаю кончиками пальцев под резинку шорт и слышу стон куда-то себе в шею:

— Остин…

Вздрагиваю, медленно повернув к ней лицо.

Её карие глаза напуганы, а щёки залились румянцем.

Твою мать, она просто прекрасна.

— Всё будет хорошо, — зачем-то обещаю я, словно она боится, что я причиню ей вред. — Я не сделаю тебе больно.

Она сглатывает, сосредоточенно глядя в мои глаза и еле заметно кивает, прикрыв вздрагивающие ресницы.

В комнате становится неимоверно душно, и я чувствую, как моя спина покрывается потом. То ли от сильного возбуждения, то ли от долбанного волнения.

Мои пальцы проникают дальше и нащупывают кружевную ткань её трусиков. Я замечаю, как медленно она раздвигает ноги и подаётся навстречу мне. Робко, неумело. Что-то бормоча себе под нос.

Моя рука двигается дальше, чуть ниже и ощущает влагу. Горячую, срывающую мою голову с катушек. И снова толчок в её бедро, сопровождающийся рычанием от неполученного удовольствия.

Мне мало.

Отодвигаю ткань в сторону и медленно вожу одним пальцем, насыщаясь её влагой. Проникая чуть дальше и ощущая, как там узко. Как там блядски непривычно тесно.

Стонет. Прямо мне на ухо.

Толчок.

Сжимаю зубы и медленно проникаю вторым пальцем, растягивая её. Замираю, как только она сжимается вокруг меня и надавливаю большим пальцем на клитор, массируя его.

Она должна расслабиться. Должна довериться мне.

И она делает это.

Вновь раздвигает ноги, а затем тянется левой рукой к себе в шорты, накрыв мою ладонь своей.

Сука!

Я начинаю медленные движения внутри неё и снаружи, наблюдая за тем, как её ноги раздвигаются чуть шире и выгибается спина.

Блять, Прайс, я сойду с ума, если не окажусь в тебе. В такой узкой, такой горячей.

— Остин? — стон.

Я отвлекаюсь на её голос и гляжу на приоткрытые искусанные губы.

Как бы я хотел, чтобы эти губы сомкнулись на моём члене.

— Всё будет хорошо, — зачем-то повторяю я, ускоряя движения в ней.

Я готов выть, как ёбаный волк на луну, от того, что в моих штанах становится всё теснее.

И, неужели она понимает это? По одному моему измученному взгляду? Потому что в следующий момент её рука накрывает мой член, и я буквально готов кончить лишь от одного прикосновения.

Мои пальцы с особым рвением начинают проникать и выходить из неё, когда женская рука расстёгивает ширинку моих штанов и проникает в боксёры, касаясь возбуждённой плоти до предела.

— Достань…его, — мольба, а затем вспышка воспоминания, что окатывает меня ледяной волной. Я стою на кухне, прижатый её телом к подоконнику. — Возьми его.

Зачем-то закрываю глаза, пытаясь не запечатлеть в своей памяти момент, если она выдернет руку повторно. Но нет. Она обхватывает его и достаёт.

Упругий, жаждущий её прикосновения.

— М-м-м, Джейд, — рычу я, пытаясь отыскать губами её губы.

— Что мне…делать? — выдыхает она мне куда-то в скулу.

Блять, она действительно не знает, что с ним делать?

Она вообще хоть раз имела дело с мужским членом?

Ёбаный Купер, я с тобой ещё не закончил!

— Обхвати его, — указываю я, пытаясь сосредоточиться на её удовлетворении. — И прове…блять, сука, — выругиваюсь я, не успев договорить, так как она выполнила указание раньше, чем я закончил излагать свою мысль.

Я достаю из нее пальцы, чтобы коснуться раскрасневшегося лица и убрать прилипшие к лицу локоны как замираю, глядя на ладонь, измазанную в кровь. Медленно перевожу взгляд на неё, тяжело сглатывая, и облизываю губы.