– Еда подходит, - перебил его Кожель, - только белокожие увозят ее или травят. Мы потеряли две сотни солдат от яда и больше не едим то, что они оставляют. Здесь мало деревень и почти нет городов. Все поселения привязаны к дороге, и при нашем приближении из них уводят жителей. Я не думаю, что здесь повсюду леса, вот когда из них выберемся... Скажите, почему так мало кораблей? Мы отправили вам больше пятидесяти.

– Часть пришлось вернуть купцам, - объяснил Гольц.
– Мы забрали у них половину кораблей, и это плохо сказалось на снабжении городов. Остальные возят солдат провинции Бошкай.

– Не понял!
– удивился Кожель.
– С какой стати мы помогаем Эрблю, да еще себе в ущерб?

– Верховный поставил нас перед выбором: делиться с другими провинциями своими завоеваниями или возить сюда их солдат. Совет решил, что проще перевезти. Не придется делиться землей, и они оттянут на себя часть сил белокожих. Сейчас из-за этих земель идет грызня между советами. Многие боятся, что те, кто воюет, заберут себе лучшее.

– Делят еще не убитую дичь, - покачал головой Кожель.
– Куда делось единство сорголов? Как бы нам не пожалеть об открытии этих земель!

– Двенадцать кораблей, - подсчитал Роже.
– Они сильно загружены, поэтому вряд ли привезли даже тысячу солдат, а других сорголов здесь нет. Непонятно, почему пришли в таком малом числе. В Бордале их тысяч десять, а на побережье Торы намного больше.

– Нужно доложить полковнику!
– взволнованно сказал Тит.

– Вот и поезжайте, сержант, - предложил Роже, - а я останусь и понаблюдаю. Через пару свечей начнет темнеть, тогда и уйду.

Они лежали на краю леса, обрамлявшего небольшую бухту, расположенную в двадцати лигах от Хурдала. Ею иногда пользовались купцы, поставившие на берегу несколько неказистых домишек, но постоянного населения здесь не было.

Роже служил сотником в полку барона Мара Трегуса, а Тит был в нем всего лишь сержантом, к тому же он не горел желанием оставаться рядом со страшными сорголами, поэтому послушно отполз в лес, встал и побежал к дороге, где были привязаны лошади. Офицеры полка квартировали в городе, а солдат поселили в палатках на его окраине. Для того чтобы добраться до полка, кавалеру Дарому потребовалось совсем немного времени. Почти весь путь был проделан галопом, и лишь перед самым Хурдалом Тит перевел взмыленного коня на шаг. Трегуса в полку не оказалось, но сержант почти сразу натолкнулся на его заместителя - тоже барона Герта Валлея. Выслушав разведчика, он велел играть тревогу и послал вестовых в город за отсутствующими офицерами.

Через три свечи полк выступил к побережью. Солнце уже зашло, но дорогу еще можно было рассмотреть без фонарей. Когда прошли половину пути до бухты, их пришлось зажечь. Вскоре встретили возвращавшегося сотника.

– Их меньше тысячи, - докладывал он полковнику.
– Столько же моряков, но они ночуют на своих кораблях. Лагерь не укреплен, а сорголы спят под открытым небом рядом с грузами. После высадки все занимались только их переносом с кораблей.

– Много разгрузили?
– спросил Трегус.

– Я думаю, что меньше половины, - ответил Роже.
– Если сейчас нападем, корабли смогут уйти.

– Главное - сами сорголы, а не их добро, - вмешался Валлей.
– Завтра они могут выслать разведчиков и укрепить лагерь. Неожиданного нападения уже не получится. У нас только двойное превосходство в численности...

– Ладно, - нехотя согласился полковник, - нападем этой ночью. Вперед пошлем лучников и тех, у кого есть арбалеты. Жаль, что мало времени и мы не сможем помешать уйти кораблям!

Эпилог

– Генерал!
– крикнул ворвавшийся в палатку соргол.
– Наши бегут!

– Кто бежит?
– не понял Берг.
– Доложи как положено!

Солдата трясло от страха, но он все-таки смог взять себя в руки и объяснил, что берегом с востока к лагерю вышли около тысячи сорголов.

– Это все, кто уцелел от десанта трех провинций! Говорят, что наши мертвые встают без магии белокожих и начинают нас убивать и убитые тут же оживают и набрасываются на своих же! Их сейчас тысячи, и все идут сюда! Спасшиеся думают, что мы заразились от белокожих какой-то болезнью...

– Там есть кто-нибудь из офицеров?
– спросил побледневший Берг.

– Из генералов только Эмурдай, но он тяжело ранен, а офицеры есть, только я не знаю, сколько их. Да вы посмотрите сами!

Генерал поспешил выйти из палатки и увидел возле лодок большую толпу. Пришедшие оттеснили охранявших лодки солдат и заносили в них тех, кто был ранен. До берега пришлось пробежаться.

– По какому праву?
– крикнул он, расстегивая на бегу кобуру.
– Кто из вас старший?

– Среди нас пять тысячников, - повернулся к нему соргол с повязкой на голове, - я один из них. Не пытайтесь нас остановить, генерал! Мы немедленно погрузимся на корабли!