Когда я спустилась вниз, Анжела уже оделась и прогуливалась по коридору.

– На пару часов, - сообщила она, пряча сотовый в карман пуховика и повязывая шарф, - пока бабуля спит. Мне еще ужин готовить.

Я кивнула, сразу отдала деньги, и мы пошли на экскурсию.

Погода радовала морозным, но ясным и безветренным солнечным днем, и на свет после мрачно-туманной ночи на улицы высыпал, кажется, весь город. Дворники убирали снег, собачники выгуливали своих подопечных, молодежь то парочками, то группками шастала без дела, старушки сплетничали на лавочках.

Оглядевшись, я решила, что на фоне Анжелы выгляжу вполне обычно. На девчонку косились то неодобрительно, то со скрытой завистью, а на меня - просто с любопытством. Приехала, что-то фотографирует... Видимо, права Анжела, не такая уж тут глушь, и народ привык к туристам.

А моя проводница, жуя жвачку и важно "лопая" розовые пузыри, вещала, исправно отрабатывая триста рублей и фото на аватарку. Это в семнадцатом веке построено, это - в девятнадцатом, а эта улица - при постройке Транссиба. Я так же исправно щелкала затвором, изучая город в видоискатель.

– А вам не нужны... ну эти, свет, выдержка?

– Главное - зоркий глаз и чувство композиции, - со "знанием" дела пояснила я.
– Если этого нет, то никакие диафрагмы не помогут.

Анжела кивнула, посмотрела, как я "прощелкала" улицу из кирпичных и обшарпанно-панельных двухэтажек, и снова заметила:

– Так вы за день все отснимите, город-то у нас... маленький. И что потом делать будете?

– Вечером отсмотрю материал, и то, что понравится, приду снимать отдельно - с архитектурными элементами и в композиции с людьми, - отозвалась я невозмутимо.
– Со светом, вспышками, штативом и прочими приблудами.

Город понравился необычностью улиц. Они тянулись не прямыми лучами от площадей или набережной, образуя квадраты дворов, как в больших городах, а кривыми зигзагами, переплетаясь и часто обрываясь тупиками. И зайдешь в такой тенистый дворик, пройдешь вдоль домов, обернешься - и, кажется, и нет выхода, прячется кованая калитка за огромными тополями и кустами так, что не рассмотреть. И узенькие проулки между домами таятся, скрываясь за старыми рябинами.

А еще здесь много дворов-"колодцев", в которые можно попасть только через дом, пройдя его насквозь по коридору. И выйти - так же. На дверях "приколодезных" домов не было домофонов, иначе, как пояснила Анжела, на другую улицу не попасть, кругом - тупики, и обходить - полдня. И насчет "полдня" она не шутила. Не улицы, а клубок ниток, с которым поиграл шаловливый котенок.

– Площадей вообще нет?
– спросила я, когда мы, обойдя правый берег, вышли к набережной.

– Нет, всё здесь, вдоль реки. И администрация, и библиотека, и загс, и театр. На той стороне здания покрасивее. Пойдемте.

– А где транспорт?
– я так привыкла к шуму машин большого города, что сразу обратила внимание на необычную тишину.

– Электрички. Велики летом. Маршрутки в соседние города - если надо, они от вокзала ходят по расписанию, - Анжела пожала плечами.
– А машин штук пять всего, но их от завистников по гаражам прячут. Народ пешком ходит. Ну, тут же рядом всё.

Да, провинция-провинция...

Здания "покрасивее" - это три-четыре этажа, выступающий вход с колоннами, широкие балконы с декоративными вазонами и треугольные крыши с медальонами дат постройки. Когда мы переходили по кованому мостику через реку, я, не удержавшись, глянула вниз. Узкая речка-одно-название скрылась под свежим снегом, и ни один из амулетов не пискнул, указывая на аномалию. Надо бы сюда ночью сходить... или избавиться от проводницы.

– Знаешь, давай я дальше сама, - предложила я Анжеле.
– Тебе еще ужин варить, а я люблю гулять медленно и спокойно, рассматривая, подбирая материал.

– А не заблудитесь?
– она явно обрадовалась.

Я только улыбнулась. Пространственная ведьма не может заблудиться, даже если она уже не "пространственная", да и не совсем ведьма. И к тому же имеет карту города.

– До тумана вернитесь, - предупредила девчонка и сбежала, только длинный красный шарф взвился за плечами.

Ближайшим зданием оказался театр, в его торце по зовущему запаху нашелся скоромный кафетерий-пекарня. Крошечное помещение со стойками для продажи и быстро-перекусить. Миловидная продавщица в фирменном фартуке порекомендовала брусничный сбитень "по местному рецепту" и имбирное печенье "пять минут назад" испеченное. Купив и то, и другое я вышла на улицу.

Набережную по обе стороны реки украшал невысокий гранитный парапет, и, стряхнув с него снег, я сняла перчатки и задумчиво взялась за печенье. Амулеты по-прежнему молчали. Я носила много чего полезного, настроенного на определение магии, но... Интересно, поток призраков - стихийный и спящий? Я перегнулась через парапет, найдя спуск к реке. Бывает, спящие ощущаются лишь при пробуждении. Просыпаясь, потоки выплескивают малое количество энергии, а она быстро растворяется в пространстве.

Доев печенье и греясь сбитнем, я дошла до гранитной лестницы и спустилась к реке. Народу вокруг не было, и я спокойно покопалась в снегу, зарыв у кромки реки кольцо. Идентичный "напарник" поискового кольца остался на большом пальце моей левой руки, и, если поток есть, я его обнаружу. А если нет - надо искать расшалившегося мага. Или доморощенного гения. Почему я поверила словам Анжелы? Натура. Лучше поверить и ошибиться, отделавшись смущением, чем не поверить, ошибиться... и лишиться силы.