Орвар окинул старого приятеля долгим взглядом и, покачав головой, выложил на стол извлечённую из ящика стола тоненькую папку без опознавателей и шифров. Вытащив из кармашка папки карту памяти, он потянулся к своему зеркому, мало похожему на гражданские модели, и уже через минуту данные Хабарова ушли в обработку.

– С тебя коньяк технарям.
– Уведомил он Ольгерда, захлопнув массивную прорезиненную крышку зеркома.

– Будет.
– Заверил его Барн и тут же добавил, - по результату.

– Шустов. Ящик.
– В той же манере отреагировал Орвар и, поймав возмущённый взгляд собеседника, якобы в бессилии развёл руками.
– Обеспокоенные попечители меньше не предложили бы.

– Опять расходы.
– Скривился Ольгерд, но тут же махнул рукой.
– Ладно, чёрт бы с ним. Найдём мальчишку, я и тебе поляну накрою и твоим орлам... хоть они проштрафились.

– Обойдутся.
– Ощерился Орвар.
– Им ещё залёт отрабатывать...

С расписанием получилось не очень удачно. Точнее, не с самим расписанием, а с отъездом из Новочеркасска в Ростов. Количество рейсов в этот город, отчего-то сильно сократилось, так что до завтрашнего дня мне отсюда не выбраться. Можно было бы, конечно, найти частника, но... честно говоря, я просто решил не гнать коней. Раз уж покинул охотничьи угодья ведерниковских "особняков", то могу позволить себе полдня отдыха и ночь полноценного сна. Последние несколько суток выдались уж очень нервными, и мне просто необходимо полноценно отдохнуть и восстановиться после всей этой эпопеи с допросами. Эх, найти бы ещё место для отдыха... желательно, не в официальных гостиницах. Там, при существующем военном положении, постояльцев, наверняка, просто задалбывают проверками. Да и... одно дело, предъявить документы патрулю по прибытии в город, и совсем иное - официально заселиться в гостиницу. В том, что ведерниковский "особняк" имеет возможность мониторить базы данных своего ведомства и, наверняка, дал флажок на появление в них моей идентификационной карты, я не сомневаюсь. Как не сомневаюсь и в том, что такой наглости с моей стороны, Барн с капитаном просто не вынесут и, ручаюсь, уже через три-четыре часа после моего заселения в гостиницу, они постучатся в дверь номера. В общем, думается, незачем дразнить гусей больше необходимого, и устраиваться на отдых лучше в частном секторе. Надеюсь, мне удастся подыскать спокойный уголок на ночь... с душем, тёплым сортиром и мягкой кроватью. Но это позже, а пока, у меня есть ещё одно важное дело, для которого мне нужен человек с "ночной кухни".

Найти столь необходимого персонажа, труда не составило. Куда ж на людной автобусной станции без смотрителя? А вот чтобы убедить местного наблюдателя от воровской братии в моей "благонадёжности", пришлось изрядно поднапрячь Гораздову куцую память. Мальчишку немало пошвыряло по жизни, и дно общества он видел куда чаще, чем завтраки, так что язык подворотен он понимал и неплохо, хотя сам в блатоту не лез. Умный парнишка был...

Вот это-то умение мне сейчас и пригодилось. И должно быть, получилось нормально, поскольку, уже через несколько минут разговора ни о чём с местным представителем криминалитета, мы перешли к делу. Услышав, что мне нужно, смотритель, немолодой уже, наряженный в невзрачный серый костюм, седоватый дядечка с округлым невыразительным лицом, пошлёпал толстыми губами, кольнул меня внимательным, настороженным взглядом из-за дымчатых стёкол старомодных очков, и тяжело вздохнул.

– Сотня.

– Ничего не треснет? Четвертной.
– Сказать, что я удивился назначенной цене, значит, сильно преуменьшить. Шутка ли?! Сто рублей за подключённый зерком!

– Девяносто.
– Мотнув головой, предложил собеседник.
– Меньше никак.

– Чёрт с тобой, жучила. Пятьдесят.
– Предложил я.

– Рано мне на сковородку... ладно. Семьдесят пять и будет тебе рабочая стекляшка. Больше не скину, даже не рассчитывай.
– Благообразный дядечка на миг задумался, но почти тут же кивнул.
– Через полчаса на углу Криничной и Троицкого проспекта. Бобы не забудь.

От Платовского спуска, у излома которого возвышается небольшая часовая башенка станции, до Троицкой площади рукой подать, пять-семь минут пешком, а оттуда до Криничной оказалось и вовсе метров двести. Так что, через десять минут я был на месте. Здесь же, через дорогу обнаружилось неплохое кафе, под навесом которого я и решил дождаться своего заказа. Чашка кофе и... мороженое мне в помощь. Вообще, лучше, конечно было бы заказать что-то посущественнее, и если бы не цейтнот, то именно так я и поступил бы. Но боюсь не успеть, потому и ограничился мороженым, в надежде чуть перебить разыгравшийся аппетит.

Двадцать минут спустя, я вышел из кафе, а ещё через минуту, ко мне подошёл паренёк лет двенадцати и, окинув серьёзным взглядом, молча мотнул головой. Идём, мол.

Когда мой проводник свернул в арку, ведущую во внутренний двор одного из домов, я немного напрягся, а увидев запущенный пустырь, на котором мы оказались, миновав скрипучие, явно давно не запирающиеся ворота, и вовсе позволил своей паранойе взять верх. Потоки внимания привычно скользнули в стороны, обшаривая пустой, загаженный мусором и ржавым железом двор, но вопреки ожиданиям, никаких "засад" не обнаружили. Только за покосившимся сараем, стоящим в полусотне метров от нас, я учуял одного-единственного человека, и, судя по уверенности проводника, именно к нему мы и направляемся.

Собственно, так оно и вышло. Махнув в сторону дожидающейся нас фигуры, мальчишка на лету поймал брошенный мной двугривенник и тут же исчез из виду.

– Это тебе что ли рабочий зерком нужен?
– Осведомилась невысокая девица, лет двадцати на вид. А ничего так, симпатичная... Высокие скулы, большие глаза и длинные ресницы, почти правильный овал лица, коротко стриженные мягкие чёрные волосы и полное отсутствие косметики. Одета неброско, но даже со стороны видно, что вещи качественные. Была бы она лет на пять младше, назвал бы "пацанкой", а так... просто уверенная в себе деваха, предпочитающая платьям штаны, а туфлям на каблуке, кеды. Фигурка, правда, скрыта мешковатостью одежды, но судя по некоторым линиям... м-да.