Делать нечего, я согласился и прикинул, что могу предложить приемной комиссии, которая сможет выкупить у меня трофеи. Лично прошелся по своим складам и пришел к выводу, что все равно не смогу выкрутиться. Есть корабли, оборудование, танки, бронемашины, артиллерия и автомобили. Все это любая комиссия возьмет и заплатит приличные деньги. Но это мои орудия производства, мой щит и меч, мой вклад в будущее детей и развитие колонии. Я не мог позволить себе отдавать танки и пушки, не говоря уже о кораблях, империи, особенно в тот момент, когда назревает очередная война. И я не хотел продавать компанию "Мечников и сыновья", в которую вложил слишком много сил и средств. А значит, необходим новый морской поход, который до прихода из Метрополии каравана даст мне добычу и принесет прибыль.

24.

Бристоль. 15.04.2073.

Вариантов, кого атаковать и ограбить, было не так уж и много, ибо "хлебных" мест на карте мира в последнее время поубавилось. Северная Америка (независимые общины, Спрингфилд и Дети Океана) далеко. На Балтике скандинавы, москвичи и Калининград - тоже не близко, а еще они вроде как союзники и в нейтралитете. Немцы в Ирландии хоть и заявляют о дружбе, но постоянно начеку, никому не доверяют и у них много крупных стволов. На север к Вагрину сунется только сумасшедший. Сицилийцы и алжирцы нищие, с них взять нечего, а "робин гуды" вроде меня, как известно, бедных не грабят. Колонии Адриатического моря, которые подминает под себя ставший тамошним корольком мой старый приятель Бранко, тоже не богатые, а Средиземноморский Альянс мне не по зубам. Поэтому долго ломать голову не пришлось, и я решил, что жертвой станет наш давний недруг герцог Бирмингемский Магомед. Он относительно недалеко, очень богат и активно восстанавливает флот. Как правило, это бывшие рыболовные сейнеры и траулеры, а так же патрульные корабли береговой охраны ВМС Великобритании. А помимо того у него в рабстве десятки тысяч белых людей, среди которых можно выбрать самых крепких и здоровых для переселения в Передовой.

К черту договора и пакты о ненападении. Я с самого начала знал, что мир между нами не вечен и придется нанести удар первым. Повод придумать легко - взять хоть угнетение белокожих. Так что угрызения совести меня не мучили, и не было никаких душевных терзаний. Есть цель - работаем, бьем в полную силу и проводим победоносную военную кампанию. После чего захватываем трофеи, которые при удачном стечении обстоятельств, если мы успеем захватить главные богатства британских мавров, покроют все наши расходы и, возможно, мне не придется залезать в долг к тестю.

Итак, нападение должно быть неожиданным, в самое сердце, то есть по столице Бирмингемского герцогства. Подробные карты вражеской территории имелись, и следовало определиться с местом высадки нашего десанта. На восточном побережье Британии мавры контролировали три основных точки: Кингстон-апон-Халл, Скарборо и Ньюкасл-апон-Тайн. На западе морской форпост в районе Ливерпуля. А на юго-западе порты Ньюпорта и Бристоля, который находился всего в ста двадцати пяти километрах от Бирмингема и был связан с ним более-менее приличной дорогой. Если где и высаживаться, то именно там. Вот только хватит ли мне сил, чтобы уничтожить целое государство? Я задумался над этим и пришел к логичному выводу, что необходимо звать на помощь другие колонии.

Как ни крути, а для перевозки десанта и техники в Британию мне не хватало транспортных морских единиц. Большие десантные корабли у Семенова, а у нас с Карой в основном сухогрузы, нефтеналивные суда и боевые корабли. Так что без него сложно, и я переговорил с комендантом "Гибралтара" по радио. Он согласился, но захотел, чтобы к нам присоединился Буров. Следующие переговоры с Карой и тесть с предложением пограбить соседей, разумеется, согласился. Когда это он от такого отказывался? Тем более что у Магомеда есть восстановленная техника и корабли, которые нам пригодятся при любом раскладе.

Сборы были недолгими. Буров отправился в Гибралтар, а уже оттуда эскадра союзников двинулась в Передовой.

Состав флота впечатлял. Семенов выставил два больших десантных корабля и переоборудованный в танко-десантный транспорт сухогруз. От Бурова корвет типа "Джебель Шенуа", который на данный момент носил звучное имя "Гроза морей", и транспортное судно. От меня "Ветрогон", "Ловкий" и вооруженный сухогруз. Итого: восемь кораблей.

С наземными силами тоже не оплошали. Семенов дал две роты морской пехоты, роту вольных стрелков (попросту добровольцев, которые рвались пограбить мавров), батарею минометов и несколько грузовиков. Буров батальон своих головорезов без тяжелого вооружения и два взвода профессиональных диверсантов. Основные штурмовые силы, конечно же, мои. Это два батальона бойцов, три танка "Леопард 2", десять БМП "Пума", пять БМП "Мардер", пять бронеавтомобилей "Динго", четыре военных автомобиля "Wolf", пять грузовиков для перевозки личного состава и боеприпасов, шесть гаубиц калибром 155 мм с тягачами и десять минометов. Плюс двойной боезапас.

Следующий вопрос - дележ добычи. Может быть и неправильно делить шкуру не убитого медведя, но порядок должен быть, и после часового спора сошлись на том, что мне сорок пять процентов, Семенову тридцать и двадцать пять Бурову.

На погрузку бойцов и техники требовалось двадцать часов. Портовые бригады пахали в круглосуточном режиме, а воины прощались с семьями, посещали храмы или просто бухали. Все, как обычно. Ну а мне пришлось выслушивать наставления Кары.

– Я же говорил, что рано или поздно начальники тебя кинут, - заявил он, когда мы остались наедине в моем кабинете.

– Говорил, - согласился я и поинтересовался: - А ты уже в курсе?

– Конечно, - усмехнулся он.
– Даже раньше твоего Еременко обо всем узнал.

– И промолчал?

– Подумал, что не стоит волну поднимать. Все равно тебе обо всем сообщили.

– Так, может, ты знаешь, в чем истинная причина такого поворота событий?

Кара покосился на Лихого, который лежал возле дверей, и кивнул:

– Знаю.

– Поделись.

– В столице набирает силу молодняк, все эти "юные симаковцы", "имперские соколы", так их и разэдак. Они воду мутят.