8.

Баренцево море. 29.04.2068.

Конец осени, зима и начало весны для меня выдались спокойными. Серьезных происшествий не было и нас даже дикари не беспокоили. Поэтому я не дергался и не дергал других людей. Каждый занимался своим делом и трудился на благо себя, своей семьи, анклава и государства, которому мы присягали. За несколько месяцев сделали многое, и нам было, чем гордиться.

Приближалось время, когда мы должны отправиться в новый поход. Но перед этим я навестил Гибралтар, где меня уже поджидали Семенов, Миронов и Кара. Каждый гнет свою линию и идет по жизни собственным путем, но в Испании мы поддерживаем один другого - это вопрос выживания, и потому решили собраться, пообщаться и выработать по некоторым вопросам общее мнение.

Саня Семенов выглядел неважно, хмурый как туча и разговаривал мало. Я знал, в чем причина - у него семейные неприятности. В Гибралтаре он женился на местной девушке. Она забеременела, и недавно у нее произошел выкидыш. Вот Семенов и переживал. А Кара, наоборот, был весел, много шутил и балагурил. С ним тоже все понятно. Он обосновался в Аликанте и дождался "Аделаиду", которая привезла ему новых поселенцев, больше семи сотен человек. Это для начала. А на подходе, как мне стало известно из достоверных источников, еще два частных судна из ККФ и одно из Средиземноморского Альянса, с которым у Бурова, несмотря на прежние проблемы, снова все ровно. Умеет он устраиваться, что есть, того не отнять. Только на новом месте поселился, а уже имеет не меньше, чем мы с Семеновым, и у него отличные перспективы. Хотя нас поддерживает Имперское Министерство Колоний, а он сам по себе. Кто-то может этому удивляться, но только не я, ибо мне известно, почему кубанские олигархи помогают знаменитому наемнику, а средиземноморцы решили наладить с ним торговлю. Не с нами, а именно с Буровым.

Впрочем, пока речь не об этом.

Для начала мы обговорили запланированное на начало лета прибытие к Семенову очередного торгового каравана из Новороссийска. "Темрюк" и "Анапа" еще осенью вернулись обратно в ККФ, прошли плановый ремонт и вскоре, загрузившись, вместе с "Аделаидой" пойдут в Гибралтар. Как обычно, они привезут нам оружие, боеприпасы, продовольствие, снабжение и технические масла. Но ждать их мы не станем. Я отправлюсь в поход раньше, через Вильгельмсхафен вдоль норвежских берегов в северные моря. Семенов собирался за этот срок лично посетить Алжир и закупить у африканцев очередную партию топлива, а потом он направит торговые суда в Балтийское море. Ну а Кара намерен сходить в Сицилию и Адриатику для вербовки наемников колониальной пехоты, которые помогут ему очистить от дикарей земли вокруг Аликанте. Пока планы такие. Если у кого-то возникнут серьезные проблемы, разумеется, постараемся друг другу помочь. Миронов при этом молчал. Он свою задачу знает - пойдет со мной в гости к северянам.

На этом мы ударили по рукам и разбежались. Буров покинул Гибралтар сразу, Миронов отправился собирать вещи, а я немного задержался в кабинете командующего ВМБ. У нас с Семеновым еще были вопросы, которые касались только нас двоих. Понурившись, мой тезка с тоской смотрел в стол и молчал. Мне его настрой не нравился, и было неприятно видеть слабость сильного человека, которого я уважал. Следовало его растормошить, вернуть в реальность, и я спросил Семенова:

– Что, Саня, плохо тебе?

Он поднял голову, посмотрел на меня и признался:

– Да.

– А ты выговорись. Наверняка, станет легче.

– Нет, - он мотнул головой, - Сам перетерплю.

– Дело твое. Но раз не желаешь говорить о своих проблемах, давай вернемся к нашим делам.

– Давай, - согласился Семенов.
– Что тебе нужно?

– Топливо и БДК.

– Дам. Не проблема. Но чем расплатишься?

– Бронетехникой. Двадцать бронемашин за аренду "Черноморца" и часть моих товаров из крайней поставки, а за топливо родина заплатит. Пойдет?

– Смотреть надо. Думать и считать.

– Свои люди. Сочтемся, и в накладе не останешься.

– Я-то не останусь. А государство?

– Государство тоже не обидим. Главное - перетащить технику на мою базу и отремонтировать то, что подлежит восстановлению. А потом уже подумаем, что и кому причитается. Не разводи бюрократию. Пока еще не время.

– Ладно, договорились. Приказ подготовить БДК к походу и топливо для тебя отдал еще пару дней назад. Так что выдвигаться можешь без промедления.

– Спасибо, Саня.

Он криво усмехнулся и сказал:

– Кстати, за своими проблемами, совсем забыл тебе сказать, что у меня гости были.

– Кто?

– Средиземноморцы.

– А именно?

– Некие Сэм Борщевски и Билл Миллер, личные представители Игнасио Каннингема. Прибыли на фрегате "Делия", корабль однотипный твоему "Оливеру Хаззарду Перри".

– И что они хотели?

– Интересовались, не видел ли я их корабли, которые ушли за океан.

– Выходит, крейсер и танкер пропали?

– Да. Они потеряли с ними связь, когда корабли подходили к Кубе.

– И средиземноморцы тебе об этом открытым текстом сообщили?

– Видимо, решили, что уже ничем не рискуют.

– Интересно...
– протянул я.

– Очень. Мощный крейсер и вооруженное вспомогательное судно сгинули, словно их никогда не было. Даже сигнал бедствия подать не успели. А у них, между прочим, радиостанции мощные были, посильнее наших корабельных.

– И что думаешь, почему они пропали?

– Скорее всего, причина в пресловутых Детях Океана.

– Вот и ходи теперь в походы за океан. Рискованное дело.