– Привет, Юлион.

Голубые глаза-колодцы сверкнули на нее:

– Я разберусь с вами чуть позже. Со всеми вами.

Юлион склонил голову, прислушиваясь к воплям, доносившимся из дома.

– Орион теперь там с ней, не так ли? – сказал он и добавил для таксиста: - Ждите.

К крайнему облегчению Гэлли, он прошел мимо нее прямиком в дом, пригнув голову в дверном проеме, и дверь захлопнулась за ним.

– Бежим! – сказала Гармони. – Спасаемся в мифосферу!

Они побежали. Гармони повела их на другую сторону дороги и вдоль по ней, пока они не оказались на круто поднимавшейся прямо к горам аллее между домами. Гэлли была в таком ужасе, что, как только аллею окружили влажные гранитные валуны и пучки вереска, развила скорость кометы и помчалась вперед, в то время как Трой и Гармони пытались догнать ее.

– Подожди! – задыхаясь, крикнула Гармони. – Смотри, куда идешь, Гэлли!

Гэлли было всё равно, куда она идет. Единственное, чего она хотела – спрятаться где-нибудь от дяди Юлиона. Она взлетела по крутой каменистой тропе, несколько раз резко повернула, пока вокруг нее не начал собираться под порывами ветра сырой, белый – и о, счастье, мешающий видеть! – туман. Она немного замедлилась, чтобы не потерять остальных.

– Деревья! – неистово произнесла она больше самой себе, чем кому-то еще. – Я хочу деревья, чтобы спрятаться в них.

– Он может разнести все деревья, - выдохнул Трой.

– Деревья – где-нибудь, где находятся Флейта и Скрипка, - упрямо повторила Гэлли и побежала дальше.

Туман – теперь очень густой и по-прежнему сдуваемый вокруг нее порывами ветра – начал темнеть, как если бы наступала ночь. «Ну, мы ведь только что ужинали», - подумала Гэлли. Она побежала дальше наверх – в становящийся всё более темным и синим туман, где ей показалось, будто впереди над головой вспыхивают полосы заката.

В своем ужасе она почти не заметила деревьев, добравшись до них. Сначала Гэлли уловила их запах. «Сосны, - подумала она. – Смоляной, острый запах. Слава Богу!» Странно, но полосы и вспышки стали теперь ярче, и у них тоже был запах. Древесный дым.

Тут ее остановила Гармони, схватив за плечи.

– Помедленнее, Гэлли! Думаю, мы здесь на по-настоящему опасной нити. Надо быть осторожными!

Гэлли поняла, что они стоят на сухой траве в густом сосновом лесу. В туманной почти темноте сосны выглядели как громадные черные конусообразные формы, разбегающиеся во всех направлениях. У большинства из них были большие нижние ветви, пригибавшиеся до самой земли. Но впереди наверху определенно что-то горело, и давало достаточно света, чтобы Гэлли разглядела, насколько густыми, зелеными и колючими были эти нижние ветви.

Впереди через тропу легко и упруго пробежали несколько фигур, похожих на длинноногих собак.

«Волки!
– подумала Гэлли. – Если не хуже!» Она едва смела пошевелиться.

– Видишь, что я имела в виду? – прошептала Гармони.

– Что за шум? – спросил Трой.

Это был крик, но в то же время пение – очень плохое, нестройное пение, как будто женщины в большом хоре решили каждая исполнять отдельную песню так громко, как только могут. Шум, кажется, спускался к ним по склону. Там звучали вопли радости и вопли чего-то худшего.

– Ай-о! Ай-о! – пели хоры.

– Ох, - произнесла Гармони. – Думаю, это Менады.

По какой-то причине дедушка никогда ничего не рассказывал Гэлли о Менадах, но спрашивать, кто они такие, не пришлось. Они появились сразу после слов Гармони, озаренные ослепляющим множеством трескучих сосновых факелов. Это была орда безумных женщин в лохмотьях – кричащих, поющих, изображающих голоса кошек, собак и орлов, танцующих и скачущих, спускаясь по холму. Их распущенные волосы развевались. Все были забрызганы кровью, некоторые – покрыты ею с головы до ног. Запах, какой мог бы быть в мясной лавке, где кто-то разлил бочку вина, и густой потный запах грязных женщин внезапно перебили запах древесного дыма от факелов.

Гармони взяла Гэлли и Троя под руки и нырнула вместе с ними под свисающие ветви ближайшей сосны.

– Не двигайся, Трой, - прошептала она. – Они убивают мужчин.

И они убивали. Гэлли не смогла противиться искушению вытянуть палец и отодвинуть одну из колючих ветвей. Первым же, что она увидела, была женщина, несшая на шесте бородатую мужскую голову. Кровь от головы текла по шесту, капая на лицо и руки женщины и шлепая в ее смеющийся рот.

– Смотрите, что у меня есть! Смотрите, что я сделала! – вопила женщина.

Она плакала столько же, сколько смеялась. Слезы прочерчивали в крови на ее лице белые дорожки.

Подошла другая женщина с гигантским глиняным кувшином вина и плеснула его в лицо первой женщины.

– Выпей! – крикнула она. – Утопи свое горе!

Кто-то позади этих двоих завопил:

– Здесь мужчина! Слушайте, все: мужчина! Я чувствую его запах. Он под тем деревом!

В следующую секунду вся кричащая толпа ринулась к сосне, где прятались Трой, Гармони и Гэлли. Факелы шипели, задевая иголки. Вино рекой лилось сквозь нависающие ветви, и дюжина липких окровавленных рук протянулась через них, чтобы безошибочно вцепиться в Троя. Его схватили за волосы, за рубашку и за руки – даже за ноги – и вытащили на открытое пространство.