– «Маленькая ночная серенада»? – спросила она Троя.

Он кивнул:

– Мы все слышим разные мелодии. Гармони хорошо удаются такие вещи. Пошли.

Остальные уходили со своих мест по всему выгону. Джеймс направился вниз по склону к фруктовому саду. Толли бегом возвращался наверх. Люси, явно нервничая, осторожно шагала по прямой. Большинство остальных бежали к дому.

– Некоторые жульничают, - сказал Трой, потянув за собой Гэлли. – Толли – так всегда.

Гэлли торопливо бросила карточку рядом с метками и позволила увести себя к сараю на краю выгона.

Это был простой кирпичный сарай с двускатной крышей, но когда они приблизились, Гэлли с величайшим восторгом обнаружила, что верхняя половина двери сделана из витражных стекол девяти разных цветов. Когда Трой закрыл за ними дверь, Гэлли сквозь витраж увидела, как мимо идет Люси, меняя цвет с грозового желтого на штормовой красный, а затем на сумеречно-фиолетовый, пока не исчезла из поля зрения. Внутри радужная полутьма покрывала старые газонокосилки и груду шезлонгов. Трой, продолжая держать Гэлли за запястье, провел ее мимо газонокосилок сквозь толстую пыльную паутину, которая неприятно цеплялась за волосы, а потом – в разноцветный полумрак за ними. Вскоре стало почти совсем темно. Но здесь, похоже, имелся проход, или даже тропа, и Трой уверенно вел по ней Гэлли.

Определенно тропа, решила Гэлли, когда, шурша листьями, они вышли в какое-то сухое холодное место. Там было очень темно, однако, когда вдруг, пересекая их путь, промчался Толли, Гэлли четко его видела.

– Дураки! – насмешливо крикнул он. – Вы идете не по той нити!

Гэлли остановилась.

– Не обращай внимания, - сказал Трой, потянув ее. – Он всегда пытается помешать другим.

– Да, но где мы? – спросила Гэлли.

– Теперь уже в мифосфере, - ответил Трой. – Думаю, мы прошли почти половину, но чем дальше мы будем продвигаться, тем тяжелее будет идти.

– Тогда ладно, - сказала Гэлли. – Я была здесь раньше с Флейтой. Как вы с Толли это делаете?

– О, мы все это можем. Вся наша семья принадлежит мифосфере. Разве ты не знала?

– Что? Даже бабушка? – воскликнула Гэлли.

– Конечно. Но она, как и Меркер, из тех, кто выполняет всё, что велит дядя Юлион, и…

Тут Толли снова пересек их путь, несясь в обратную сторону.

– Я расскажу про вас! – крикнул он и исчез в темноте.

Гэлли чуть снова не остановилась.

– Не вздумай верить! – сказал Трой, таща ее вперед. – Если он наябедничает, он сам не сможет играть. Если дядя Юлион узнает про игру, он в мгновение ока положит ей конец. И Гармони достанется больше всех, потому что она игру придумала.

Гэлли надеялась, что Трой прав. Она ни на грош не доверяла Толли.

Теперь они могли видеть нить, по которой шли – серебристая скользкая тропа, спиралью разворачивающаяся вперед и вверх. Худшим, по мнению Гэлли, являлось то, что нить просто висела в пустоте, ни к чему не прикрепляясь. Ноги Гэлли в одном розовом и одном черном сапоге постоянно скользили. Она жутко боялась, что свалится через край. Будто пытаешься вскарабкаться по полоске мишуры. Гэлли крепко вцепилась в большую теплую ладонь Троя, желая, чтобы было не так холодно. От мороза ныли царапины у нее на груди.

Чтобы отвлечься, она принялась смотреть по сторонам. Остальная часть мифосферы тусклыми перообразными полосами постепенно открывалась взгляду по бокам и над их головами. Некоторые ее части представляли собой звездные завихрения, вроде Млечного Пути, только белые, зеленые и бледно-розовые. Другие, более далекие, части мерцали и колыхались – словно занавеси света, развеваемые ветром. От безграничного восхищения окружающей красотой перехватывало дыхание, и Гэлли смотрела и смотрела, как всё больше и больше полос и нитей открываются взору.

Вдруг у нее перед лицом с шипением пронеслась комета, хвост которой ревел позади, как выхлоп ракеты. Гэлли вздрогнула от неожиданности.

– Расскажу! Расскажу! – прокричала комета голосом Толли.

От ее толчка Гэлли качнуло в сторону. Ей пришлось вцепиться в острый ледяной край нити, чтобы не сорваться.

Трой схватил ее, поставив на ноги.

– Убирайся и займись своим заданием! – крикнул он вслед комете. – Ты в порядке, Гэлли?

– В полном, спасибо, - Гэлли потрясла заледеневшими ладонями, презрительно уставившись вслед комете, с ревом уносившейся прочь. Дедушка рассказывал ей про кометы. – Он всё сделал неправильно. Кометы летают хвостом вперед. Не как ракеты.

Трой расхохотался:

– Вот тебе, Толли! Пошли. Мы почти у цели.

Он был прав. Они с трудом поднялись по еще одному скользкому изгибу, ведущему через рощицу серебристых деревьев, которые дребезжали, пока они шли мимо, а потом вышли в темную ночь, наполненную звездами. Здесь всё было из звезд. Справа – громадный лев крадучись удалялся от них, тряся целиком состоящей из звезд гривой, передвигаясь на здоровенных звездных лапах и подергивая длинным хвостом из звезд. Гораздо ближе слева – гигантская женщина стояла неподвижно, точно статуя – только волосы, представлявшие собой звездные пряди, будто развевались ветром – и неодобрительно смотрела на них в упор громадными звездными глазами.