Несколько мгновений стояла гробовая тишина, казалось, даже приборы перестали жужжать, переваривая услышанное.

– Чего хотел-то?
– Первым очнулся Тильс. Он повернулся к бортинженеру, - я не понял, чего он приходил-то?

Бортинженер, повинуясь, зову, посмотрел на Рика совершенно отсутствующим взглядом, продолжая всё ещё осмыслять сказанное предыдущим оратором. Затем открыл и снова закрыл рот. Но вот взор Элии прояснился:

– А!.. Короче... Он со своими людьми вылизывает, вылизывает всё это дерьмо. Вечно один, как Сизиф, тащит на себе лодку. И вдруг приходит "дядя", и всё разом возьми и отдай ему. А на него, стало быть, механика, и его людей - плевать. Он возмущён!!! И по этому поводу хотел бы говорить с командиром. А Салента это там, или что другое, ему по колено... Ну, вы сами слышали...

Теперь присутствующие заговорили все разом, обсуждая недавнее явление.

– Об чём лай?
– только что вошедший в центральный пост Раш был воплощением страдания.

– Выхлоп приходил, - объяснил Тильс.

– А-а, - главный оружейник брезгливо высыпал кучу информационных дисков себе на пульт, - так это здесь ор стоял? Даже мои в боевом, забеспокоились: "Откуда крик? Похоже "Медузе" конец, экипаж удирает, а мы у неё в доке как в кармане утопающего, и ничего не знаем - спасайся, кто может".

Второй помощник подошёл к Сизу и зачерпнул несколько дисков:

– "Великая и неделимая", - он бросил диск обратно на пульт, - "Метрополия, как оплот мира", "Земля - родоначальник всех цивилизаций", "Демократия - основа государственности Метрополии", "Вселенная и Метрополия", "Великая конституция Метрополии - мать всех конституций", "Земля - колыбель Вселенной" и так далее и тому подобное, и другое, - пакетики дисков в ярких упаковках вернулись на своё место, Тильс отряхнул руки.
– М-да! Велик и мудр всё-таки наш командир.

Рик уселся в кресло и, подперев щёку рукой, принял излюбленную позу командора. Затем, с великолепным артистизмом имитируя оного, продекламировал:

– Да, уровень лояльности, как правильно подметил старший офицер, у наших командиров катастрофически того... И дисципли-ина-а... А посему...

Идеально выдержав паузу, второй помощник, вдруг рявкнул, как совсем недавно командор, - капитан-лейтенант Раш!!!

– Я!
– Тильс сам же изобразил униженную фигуру оружейника.

– Прочитаете во всех отсеках, без исключения, лекции на тему: "Метрополия - безопасность всей Вселенной". В каждом отсеке отдельно. На подготовку - десять часов. Первая лекция для офицеров в кают-компании после ужина. Там мы её вам и... фьють, - Тильс, уже от себя, продемонстрировал неприличный жест, - и отрецензируем.

– Ах, оставьте...
– обиделся, под общий хохот Сиз.

– Сам хорош, - второй помощник ослабил галстук, - тоже мне пацифист-правдолюб нашёлся. Слушай из-за тебя теперь всё это...
– Тильс кивнул на кучу дисков.
– К тебе бы надо было ещё и Выхлопа пристегнуть в помощь, лекции читать. Да нельзя!

– Почему?

– Некому будет билеты на него распространять - все бы за места дрались.

Отпустив немного, таким образом, нервы, Рик посерьёзнел. В который уже раз он подошёл к карте и вновь стал гипнотизировать планету Саленту.

– А помните, как нам здесь досталось?
– ни к кому конкретно не обращаясь, задумчиво спросил он. Затем, сняв китель и бросив его в кресло, засунул руки в карманы брюк, - едва уползли тогда. Богом проклятое место! Действительно: "нагло и дёшево". Вне зоны интересов варнайвцев. Вне зоны интересов Лиги. Вне зоны интересов вообще кого-либо. И какая прекрасная "крысиная нора". Все караванные пути вокруг под контролем, и до любой интересующей точки рукой подать - как паук в центре паутины. А самое главное ни один дурак сюда добровольно не полезет. Лоции весьма категоричны: "Район не изучен. Все карты весьма приблизительны. Навигационная обстановка очень изменчива, и чрезвычайно опасна, изобилует крайне агрессивными, неизученными явлениями. Рекомендовано держаться от сего района подальше". Всего четыре фразы. Четыре слова про любовь. Как в песне:

Четыре слова про любовь,

Четыре слова про любовь,

Четыре слова про любовь-

И я умру

Четыре слова про любовь,

Четыре слова про любовь:

"Я не люблю тебя!"

"Тебя я не люблю!"

Задумчиво мурлыча себе под нос эту песенку, Тильс сделал полный круг по рубке, с разных точек разглядывая голограмму с Салентой в центре:

– Уж, точно, что "не люблю". Никак не пойму, каким образом они собираются нас эвакуировать после передачи "Касатки" салентийцам? Тем более, что последние ещё и не думали начинать борьбу за свою независимость, на сколько я знаю. Всё-таки семь экипажей. Ну, "Медуза" при лодках останется, это ясно - бесплатное приложение. Рейдер, что стоит сейчас в охранении, не в счёт - сделает своё дело и слиняет в автономный поход, уже сказано. Он здесь, чтобы глаза замазать, да и семь экипажей на борт... Почти пятьсот человек, - Рик не вынимая рук из карманов, одновременно пожал плечами и замотал головой, - не представляю!

– Ну не начинай всё сначала!
– Раш оторвался от своих дисков, - один багавкнул, а семьдесят мусолят. Куда на лодке не ткнись, везде одно и то же пережёвывают. Как начальство сгинуло на "Медузу", так третий час одни "ахи" да "охи". Даже до Выхлопа достучались! Хоть в центральном посту дайте покоя.

– В огне брода нет, - парировал Тильс, - центральный пост самое беспокойное и беспокоящее место. Ты ошибся дверью.

Раш не успел ничего ответить, с вахты доложили:

– Командир, первый помощник, и трое гостей на верхней палубе... с кем-то...