Вот и как это понять? Император не человек. А кто тогда? И кто такой Руфин? В отчете «Симы», по паспорту Елены Николаевны Омельченко, было сказано, что словенский разведчик с позывным «Ясень» на связь больше не выходил и к своим не вышел. Скорее всего, ромеи его раскрыли и он погиб. Это в лучшем случае. Провалов было много, и потеря еще одного нелегала на общем фоне затерялась. А потом началась война и разбираться, кто такой Руфин, где его искать и что он знает, никто не стал. И без того проблем хватало. А вот с рудником Амарзор все просто. Есть такой на юге Неринской империи в Тиферских горах. Раньше там добывали медь, но одиннадцать лет назад его закрыли.

Выпив вторую чашку кофе, я закрыл ноутбук, который Серов спрячет в тайник, и собрался уходить. Но перед этим отдал земному шпиону приказ:

– Вызови «Симу» или «Фортуну». Я хочу с ними поговорить.

– А если они откажутся? – Серов нахмурился.

– Тогда я сам к ним приеду. Не один, а с друзьями.

– Так и передать?

– Да.

– Когда они должны быть здесь?

– В течение пяти суток.

– Где тебя найти?

– Позвонишь по этому номеру и представишься другом поручика Стойко Видова.

Я протянул ему клочок бумажки с общим номером царского дворца и он, запомнив его, вернул записку обратно. После чего мы простились и расстались. Пусть не друзьями, но и не врагами. Ведь, что интересно, фанатичные демонопоклонники в мире Вейхар не приживались. Практически сразу они попадали в поле зрения местных правоохранителей, которых наводили жрецы, и Викентьев отметил этот момент сразу. А вот такие как Серов с женой и люди из группы «Фортуны», наоборот, в словенское общество вливались, словно родные. Люди как люди, а значит, если относиться к разведчикам по-человечески и не давить, можно найти с ними общий язык.

Покинув явочную квартиру, я отправился в сторону центра, где майор Тенгиев оформлял документы на создание боевой дружины. Никуда не торопился и не спешил, останавливался возле многочисленных памятников и читал таблички, улыбался молодым симпатичным девчонкам, и время от времени предъявлял документы патрулям. А когда добрался до почты, отправил скопившиеся у меня письма погибших воинов.

В общем, день выдался неплохой. Я сделал все, что хотел, и отдохнул душой. Когда еще придется? Наверное, не скоро, ибо уже завтра Тенгиев намерен собрать личный состав взвода и начать тренировки. Так что выбраться в город будет сложно, и если получится добыть увольнительную, то на короткий срок. А дальше снова война, потому что майор тянуть резину не станет. Противник уже в ста сороках километрах от Белограда и собирает силы для нового удара. Со дня на день начнется наступление и его цель уже хорошо известна. Ромеи постараются взять столицу восточных областей царства, а словенцы готовы биться за каждый дом. Следовательно, сражение за Белоград будет жестоким и кровавым.

12.

Бросок вперед. Движение зигзагом. Несколько быстрых шагов вправо. Разворот и пошел влево. Стоп! Присел. Ствол автомата по-прежнему смотрит вперед. Взглядом я искал цель, а два бойца моей тройки в это самое время двигались дальше.

Есть! Я заметил, как в полусотне метров от меня приподнимается мишень и открыл огонь. Короткой очередью снова повалил ее наземь и перенес огонь на следующую. Опять не смазал и был готов метнуть учебную гранату в окоп предполагаемого противника, но неожиданно майор Тенгиев остановил тренировку.

Над лесным полигоном, который находился невдалеке от царского дворца, разнесся пронзительный звук автомобильного клаксона, и я поднялся.

– Господин поручик, опять мы что-то не так сделали? – рукавом куртки утирая с лица соленый пот, спросил Корней Саватеев, отставной гвардеец, который решил послужить родине, отозвался на призыв Тенгиева и стал дружинником великой княгини Ярославы Келогостовны.

Я промолчал и ему ответил второй боец, Ведогор Самара, отличный боец с одним небольшим изъяном, одна нога немного короче другой, и потому он не был призван на службу в регулярную армию:

– Ты прав, дядька Корней. Наверное, господин майор снова станет нас жизни учить.

Парни ошибались. Судя по тому, что Тенгиев бегом помчался к своей машине, которая снабжена мощной радиостанцией, дело не в нас и тренировка на сегодня окончена.

– Пошли, - бросил я дружинникам и, не торопясь, закинув автомат на плечо, направился в сторону леса, где на опушке собирался наш отряд.

Ровно неделю назад майор Тенгиев получил в штабе Восточного фронта, который раньше был штабом Восточного Военного Округа, разрешение на создание собственного подразделения, а я встретился с земляками. Всего семь дней минуло, а событий за этот срок произошло немало. Во-первых, Тенгиев за два дня сколотил взвод и смог его вооружить, снарядить, разбить на тройки и выгнать на полигон, а потом приступил к боевому слаживанию. Во-вторых, я снова виделся с земными разведчиками, пообщался с «Фортуной», который приехал в Белоград, признал во мне командира и получил пару ЦУ (ценных указаний). В-третьих, Ярослава Келогостовна улетела в столицу и дворец под Белоградом опустел. А в-четвертых, ромейская армия в очередной раз пробила оборонительные порядки словенцев, вышла на оперативный простор и двинулась на север. Так что остановка тренировки, как мне кажется, связана именно с этим.

Моя тройка влилась в толпу дружинников. Все устали, дело к вечеру, но воины держались бодрячком и перешучивались. Личный состав в основе из ветеранов, которых Тенгиев знал лично, и они подготовлены отлично. Есть снайпера и пулеметчики, профессиональные охотники на людей и связисты, следопыты и минеры. Каждый человек во взводе, в котором вместе с командиром тридцать четыре воина, имел по две-три военных специальности. По тем или иным причинам они не в армии и Тенгиеву это на руку. Он набрал настоящих головорезов и будь у нас больше времени, за три-четыре месяца из них можно было сколотить такой отряд, что ромейский спецназ и рядом не стоял. Вот только времени, к сожалению, не было.