Бум! Бум!

Один за другим два направленных взрыва ударили по штурмовикам, и яркие вспышки осветили врагов. После чего я заорал на пулеметчиков:

– Огонь! Не спать! Бей!

Пулеметы забились в истерике. Стволы выплевывали свинец и сталь, шквал огня накрыл ромеев, а сверху их бил снайпер. Враги от такого опешили и растерялись, попробовали отстреливаться, но неудачно, и стали откатываться. Вот только ушли немногие, три-четыре человека.

– Что тут у вас?! – рядом с моим окопом остановился Корней, который присматривал за въездом в город и остальными ненадежными бойцами.

– Штурмовиков ромейских встречали, - поднимаясь, ответил я.

– И как результат?

– Взвод положили.

– Ну и дела… - протянул он и почесал затылок.

– А ты как думал? Мы воевать будем, а не драпать. Правильно, ребята?

Вопрос был адресован солдатам-пехотинцам, которых мы несколько часов назад останавливали, а теперь они дали ромеям отпор.

– Так точно, господин поручик, - дружно ответили солдаты.

– Добро. Объявляю личному составу благодарность. Ждите новую атаку.

Опять тишина. Однако ненадолго. Снова ромеи попытались нас выдавить, и на этот раз атака пошла со стороны поля. По дороге двигалась колонна из шести бронетранспортеров с пехотой. Это передовой отряд, и остановить его было нереально. Задержать ромеев мы могли, и не более того.

Бронетранспортеры, не приближаясь к крайним домам, высадили пехоту и стали нас обстреливать. Сразу шесть крупнокалиберных пулеметов лупили по нам и били они точно. Наверняка, штурмовики указали, где мы прятались, и все, что мы могли, вжиматься в землю, прятаться за стенами и ждать, когда противник приблизится. Главное – не отвечать и терпеть. За свою тройку я мог быть спокоен, а на пехотинцев не надеялся и правильно делал. Пара бойцов все-таки попыталась скрыться, и пришлось их ловить. Одного я поймал, а за вторым погнался Корней. Но не догнал его и метнул ему в спину кусок кирпича. Как говорится – опять от меня сбежала, но камень ее догонит. Так и у нас. Кирпич остановил бойца и Корней, отвесив ему пару затрещин, снова загнал солдатика в окоп.

Сидим. Ждем. Обстрел прекратился, и у нас потерь нет. Однако вражеская пехота вплотную приблизилась к дому и обнаружила одну мину, которую пришлось взорвать. Результат слабый – минус один ромей, но это взбесило вражеского командира, и он решился на лобовой штурм. Скорее всего, его поторапливали, а тут первые потери. Вот он и завелся, а нам того и надо.

Постреливая, ромейские броневики стали приближаться, а пехота, прячась за деревьями и домами, начала охватывать нас с флангов. Понеслось. Наши пулеметчики встретили врага огоньком, а снайпер отстреливал самых ретивых и борзых. Кругом пальба и дым, каменная крошка летит во все стороны, и вниз сыплются выбитые оконные стекла, а пули дают непредсказуемые рикошеты и посвистывают так, что у меня мочевой пузырь поджало. Короче, война в полный рост и Корней кричит:

– Минера накрыло!

В самом деле, минер лежал на окопе. Высунулся и получил пулю, которая вынесла ему половину черепа. А у нас еще две мины не использованы.

«Непорядок, - я схватил автомат, опять оказался в окопчике, оттолкнул труп в сторону, и над головой прошла очередь. – Проскочил».

Разглядывать, где именно находился противник, я не решился, слишком велика вероятность словить шальную пулю. Поэтому подорвал мины и сразу же, отстреливаясь, побежал обратно в дом, куда стали отходить выжившие бойцы моей группы.

– Все здесь?! – осматриваясь, спросил я.

Ответил Корней, который готовил к выстрелу два РПГ «пекло».

– Потеряли троих! Минера ты видел, и пулеметчиков гранатами закидали. Остальные здесь!

– Держать вход и первый этаж! – обратился я к пехотинцам и, забрав у Корнея один гранатомет, побежал на второй этаж: - За мной! Накроем броневики!

Мы поднялись наверх и обнаружили здесь Ведогора. Он спустился с крыши и теперь, стоя в глубине комнаты, стрелял в ромеев, которые проникали во двор.

– Выжил?! – на ходу я хлопнул его по плечу. – Молодец! Прикрой нас!

– Понял! – Ведогор схватил автомат, встал возле окна и достал пару ручных гранат.

– Готов?! – проверяя РПГ, я посмотрел на него.

– Да! – он кивнул.

– Начали!

Ведогор метнул во двор гранаты и стал бить длинными очередями, а я встал возле другого окна и увидел ромейский бронетранспортер. Он от меня всего в шестидесяти метрах – это нормально, промазать трудно, и я разрядил в него РПГ.

Огненный заряд пронесся над двором и вошел в борт броневика, и он, слегка подпрыгнув, перевернулся набок, а следом выстрелил Корней. Куда он бил, я не увидел, зато услышал. Старый вояка не промазал и достал группу пехотинцев, которые готовились к штурму первого этажа, и крики горящих заживо, контуженных и покалеченных людей разнеслись по всему району.

– Отходим! – бросая пустой тубус гранатомета, заорал я и стал спускаться вниз по лестнице.

Спустя две минуты все, кто уцелел, собрались в подвале. Нас семь человек и здесь же два десятка гражданских, которые сидели в углу и боялись выйти наружу.

– Почему не ушли, пока возможность была?! – я навис над пожилым полным мужиком в пиджаке, который представился управдомом.

– Так не смогли… - залепетал он. – Как же это… Квартиру бросить… Имущество…

– Идиоты!

Я махнул рукой и подбежал к запасному выходу, который за полчаса, при помощи лома, кувалды и такой-то матери, выдолбили в стене солдаты. Прислушался к своему чутью – спокойно, впереди опасности нет, и полез наружу.