Шрифт:
П р о ш и н а. Та же ангина. Только, Сергей Павлович, пьяница ваш начальник цеха, и другого ему имени нет.
К о р о л е в. У кого-нибудь есть листок бумаги?
Г р о м о в. Только из записной книжки.
К о р о л е в. Мы сейчас выпишем ему рецептик. (Что-то быстро пишет.) По всей стране собираем лучших людей, золотые руки, умнейшие головы. Чтобы им срывал работу один разгильдяй? (Передает листок Громову.) Это приказ об увольнении Быханова. Я его дважды предупреждал.
Е г о р о в. Дай мне твою бумагу, Сергей Павлович. Мы вначале Быханову на парткоме построжим. Партия ему доверила высокий пост, она его и вниз опустит. Не возражаешь? Ну, вот и хорошо.
К о р о л е в (Громову). Простой рабочим оплатить из зарплаты Быханова. Я проверю. Не сделаете — вычтем из вашей. (Бригаде.) Два сварочных аппарата через три часа вам доставят из Москвы самолетом из моего резерва.
С о к о л о в (Королеву). Можете на нас положиться. Нагоним упущенное. Пока не закончим сварку баков ракеты, из цеха не уйдем.
К о р о л е в. Добро. И все-таки сегодня на совещании доложишь, Василий Васильевич, почему график как соломинку смяли.
А м а н г а л о в (Прошиной). Ну, «недоработка», пойдем!
Электросварщики уходят в глубину сцены.
К о р о л е в (Куликову). Теперь к вам голову на плаху, Филипп Филиппович.
К у л и к о в. Смелый вы человек, Сергей Павлович. В таком суденышке (показывает на стоящий вдали макет корабля) туда!
К о р о л е в. Мне рассказывали, Филипп Филиппович, что во время войны вы испытывали на себе один медицинский препарат.
К у л и к о в. Я рисковал собой.
К о р о л е в. Мы должны обо всем подробно поговорить. (Смотрит на часы.) Вы, наверное, с утра ничего не ели, а я тут, сами видели…
К у л и к о в (смотрит на часы). Да, пожалуй. Не вредно и подкрепиться. Может, меня Калюжный и проводит?
Калюжный берет под руку Куликова. Уходят.
К о р о л е в (увидев Журналиста, здоровается за руку). Я вижу, вы не теряете времени. (Хорову.) А где же, Петр Трофимович, обещанная встреча с орлятами?
Х о р о в. Все в сборе. Вас ждут. Прошу…
Ж у р н а л и с т. Разрешите, Сергей Павлович, присутствовать при вашей беседе?
К о р о л е в. Да, пожалуйста.
Королев, Хоров, Громов, Егоров и Журналист уходят.
Сцена поворачивается. Возле макета корабля «Восток» собрались летчики-космонавты. С ними К р у т о в, Ф а т ь я н о в, Д у м е н к о. К о р о л е в, Х о р о в, Г р о м о в, Е г о р о в и Ж у р н а л и с т подходят к ожидающим.
Рад познакомиться с вами, орлята! (Здоровается за руку.)
Слышны голоса: «Николаев», «Титов», «Быковский», «Попович».
Г а г а р и н. Лейтенант Гагарин.
К о р о л е в (внимательно вглядывается в лицо летчика). Из каких краев?
Г а г а р и н. Со Смоленщины.
К о р о л е в. Исконно русская земля. Друг у меня там… в сорок первом. Инженер из Реактивного института. Командовал дивизионом «катюш». Талантливейший человек. Погиб. (После паузы.) Смоленчане — богатырский народ. Наполеона били, Гитлеру хребет крепко помяли. (Возвращаясь к теме о друге.) Сын ищет могилу отца, хочет перенести его прах ближе к дому. Помните, у Александра Твардовского:
Где б ни был ты в огне передних линий — На Севере иль где-нибудь в Крыму, В Смоленщине иль здесь, на Украине, — Идешь ты нынче к дому своему.Г а г а р и н (продолжая).
Идешь с людьми в строю необозримом, — У каждого своя родная сторона, У каждого свой дом, свой сад, свой брат любимый, А Родина у всех у нас одна.К о р о л е в (удивлен и растроган). Прекрасные строки: «А Родина у всех у нас одна». (Перейдя на деловой тон.) Средняя школа?
Г а г а р и н. Ремесленное — литейщик.
К о р о л е в (обрадованно). Вот как! Значит, мы с вами, лейтенант Гагарин, птицы одного полета. Я вот профессионально-строительную школу окончил. Давненько это было. Крыл крыши черепицей и смотрел в небо. (Неожиданно.) Планеры строили?
Гагарин отрицательно качает головой.
А как же небо?
Г а г а р и н. Во время войны мальчишкой видел самолеты. Один подбитый совершил вынужденную посадку у нас в селе… Вначале индустриальный техникум в Саратове. Там был аэроклуб.