К о р о л е в (довольный). Совсем молодец. (Обращаясь ко всем летчикам.) В нашем деле все прежние профессии пригодятся. Будет чем заняться в космосе и строителям, и литейщикам. Но это потом. Сегодня нужны летчики-космонавты. Сколько лет самому старшему из вас?

Х о р о в (смеется). Всем вместе, пожалуй, чуть побольше, чем нам с вами.

К о р о л е в. Мы с тобой, Петр Трофимович, тоже начинали в их возрасте. В тридцатые годы. Первые удачи, первые огорчения — все было. Да и сейчас не все идет гладко. (Поворачивается в сторону макета космического корабля. После долгой паузы.) И давайте будем всегда откровенны. Вы выбрали себе нелегкий путь. Прямо скажу, опасный. (После паузы.) Надеюсь, не запугал вас…

Г а г а р и н. Мы летчики.

В т о р о й л е т ч и к - к о с м о н а в т. В наш век тлеть нельзя, надо гореть огнем.

К о р о л е в. Согласен. Летчик — это профессия смелых. Завидую вам. Кому-то из вас действительно выпадет счастье первым штурмовать космос.

Г а г а р и н. Хорошо бы мне.

К о р о л е в (взглянув на Гагарина, улыбается). Профессия космонавта — труднейшая. Лавры потом. А вначале труд, труд и труд. Римский философ Сенека сказал: «Через тернии — к звездам!» (Смотрит на часы.) Наверное, у вас есть вопросы…

Появляется П р е с н я к о в. Он взволнован. Королев замечает его.

Извините. Вы ко мне? (Летчикам-космонавтам.) Познакомьтесь: инженер-конструктор тормозной двигательной установки Георгий Викторович Пресняков. (Здоровается за руку.) А теперь докладывайте.

П р е с н я к о в. Прошу разрешить завершающий этап испытаний всей установки.

К о р о л е в. Почему не докладываете, что все в порядке?

П р е с н я к о в. Не все в порядке, Сергей Павлович. Снова происходит перегрев… Есть мысль испытать в условиях, близких к критическим.

К о р о л е в. Запрещаю.

П р е с н я к о в. Но…

К о р о л е в. Отправьте изделие на завод.

Ф а т ь я н о в. Потеряем много времени, Сергей Павлович. Позвольте мне быть вместе с Георгием.

П р е с н я к о в. Нет, я один.

К о р о л е в. Риск!..

Ф а т ь я н о в. А где его нет, Сергей Павлович?

К о р о л е в. Это верно. Без меня испытаний не начинать, ясно?

П р е с н я к о в. Хорошо. (Уходит.)

Королев жестом задерживает Фатьянова. Нащупывает в кармане его пропуск.

К о р о л е в. Что это такое? (Разыгрывая, читает.) «Фатьянов Борис Борисович, ведущий конструктор». Между прочим, он у вас просрочен. И вас пускают на завод? У меня пропуск вахтер пять раз в день проверяет. (Весело.) Я вам его продлю. Вы не собираете автографы? (Достает авторучку, пишет.) До двухтысячного года. Достаточно? (Передает пропуск Фатьянову.) И, пожалуйста, не подбрасывайте его в чужие карманы.

Фатьянов уходит. Рядом, в кабинете Громова, настойчиво звонит телефон.

Ч е т в е р т ы й л е т ч и к - к о с м о н а в т (Королеву). Разрешите?

К о р о л е в. Да, пожалуйста.

Четвертый летчик-космонавт уходит к телефону.

(Продолжает беседу.) Конструирование корабля, друзья мои, дело абсолютно новое и потому исключительно сложное. Нет опыта. Все — первый шаг. Мы хотим, чтобы в создании космического первенца вы приняли самое деятельное участие. Вам летать, вот и помогайте.

Ч е т в е р т ы й л е т ч и к - к о с м о н а в т (из кабинета). Сергей Павлович, вас просят из Центрального Комитета партии.

К о р о л е в. Сейчас подойду.

Г а г а р и н (показывая на макет корабля). Аэродинамические качества у корабля невелики.

К о р о л е в (взглянув на Крутова). На этот вопрос вам даст исчерпывающий ответ конструктор Крутов. Извините. (Уходит в кабинет Громова.)

Ч е т в е р т ы й л е т ч и к - к о с м о н а в т присоединяется к беседующим.

Х о р о в. Слушаем вас, Николай Владимирович.

К р у т о в. К этой части приборного отсека примыкает тормозная двигательная установка. Она возвращает корабль на Землю. Двигатель ее перед спуском включит бортовая автоматика в нужное время полета.

Ч е т в е р т ы й л е т ч и к - к о с м о н а в т (иронически). Значит, наше дело — дышать, есть, пить.