– Хм-м-м… Да, я смотрю, ты действительно думал. Тренируешься на «большую шишку»? Ладно-ладно, шучу! – Лестер поспешил поднять руку на возмущённо вскинувшегося Михаила. – Тут, как говорится, не до жиру, быть бы живу. Но неужели ты и правду – собираешься… Попробовать?

– Ну… да. А почему бы и нет? Ты же удержишь ребят, если что, от того, чтобы палили в меня со всех стволов?

– Удержать-то я удержу, конечно. Но… Ты-то сможешь превратиться… обратно?

– Ага. Значит, в том, что я воплощусь в сустара, ты не сомневаешься? – Михаил подумал, что Лестер прекрасно понимает, что прецедент с доком Скардино снял все сомнения раз и навсегда.

– Сомневаться-то я – не сомневаюсь… Как и в том, что ты давно горишь жаждой всем нам, обижавшим и унижавшим тебя, навалять… Шучу-шучу, хватит! – Лестер вскинул ладони на открывшего было рот Михаила. – Но я вот сомневаюсь, что у таких уродливых тварей вообще может иметься мозг, в котором сможет находиться человеческое сознание.

Ты точно – надумал?

– Ну да. – Михаила слегка подташнивало, но он хотел этого, – Только давай – прямо сейчас. Пока я ещё не «отговорился»! С помощью тебя, и… сам.

– Вот уж не думал, что ты – дебил до такой степени… Экстремал …уев!

А ведь пять лет тебя, балбеса, знаю. – Лестер закусил губу, и Михаил видел, что напарник всё ещё колеблется, – Ладно. Валяй – пробуй. Только ты уж извини – я подожду в коридоре!

А если будешь гавкать, или кидаться – просто пристрелю!

4. Совесть.

«Пробовать» Михаил решил традиционно.

То есть – решил попытаться заснуть, или хотя бы расслабиться. Предварительно, перед сном, изо всех сил пожелав стать другом, родичем, кровным братом тех странных существ, трупы которых земляне находили в разрушенных кораблях противника.

А затем – и собственно сустаром…

Внешность у этих тварей, конечно, мало походила на привычные антропоцентристские стереотипы того, как должно выглядеть разумное существо.

Проще всего было бы описать сустара как ящерицу с непомерно большой головой с огромной пастью, и ловкими пальчиками с коготками на первой паре лап. Вторая и третья пара явно предназначалась только для хождения – массивные, мускулистые. Когтями на них можно было без проблем вспороть брюхо какому-нибудь зазевавшемуся тираннозавру. На спине имелось несколько плоских наростов из ороговевшей субстанции вроде ногтя – остатки панциря, что ли? Да ещё – хвост, будь он неладен!..

Глаза сустаров Михаилу всегда казались слишком уж большими, а бородавчатая скользко-маслянная кожа явно на его взгляд нуждалась в одежде. Без которой, впрочем, сустары предпочитали обходиться.

И вот теперь он должен захотеть больше всего на свете вселиться…

Нет, не вселиться – а стать одним из таких монстров. Произошедших – не то – от каких-то ящеров вроде тех же динозавров, не то – просто от ящериц. А может, даже, черепах. Задачка, блин…

Но ведь попробовать – стоит. А вдруг и правда – получится? И он сможет вычислить, где скрывается местный резидент. Или – несколько резидентов. Отвечающих за насылание кошмаров. Кошмаров, изменяющих тело. Калечащих психику. Запугивающих до дрожи в кишечнике тех, кто такое превращение даже просто – видел…

Он, лёжа на спине, старался как можно чётче представить тело сустара, вскрытие которого показывали в одном из обучающих фильмов, где восемь лабораторных крыс в белых халатах деловито сновали вокруг распятой на спине пятиметровой туши с раскрытым и растянутым зажимами разрезом на животе от горла до ануса… Вспомнить всё то, что рассказывали преподаватели о физиологии и анатомии врага.

А что – неплохая, кстати, физиология. Очень даже рациональная. Даже удивительно, как существа с таким широким диапазоном возможностей для выживания могли позволить людям, могущим выжить в неподходящих для них условиях только если защищали своё хлипкое тело какими-нибудь высокотехнологичными дороженными приспособлениями, взять над собой верх.

Ведь сустары и правда – могли без дополнительных прибамбасов, вроде тёплой одежды, или кондиционированных охлаждаемых скафандров, комфортно чувствовать себя и свободно работать – и при минус сорока, и при плюс пятидесяти Цельсия… И при давлении воздуха, как на вершине Эвереста. И при радиационном фоне, как на Пальмире.

Беспокоило Михаила только одно: как он сможет управлять третьей парой лап.

А уж за то, что если всё получится, напарник не позволит пристрелить его какому-нибудь перепуганному балбесу из их отделения, да и – подразделения, Михаил не волновался совсем. Знал, что на слово О,Салливана можно положиться.