Михаил вздохнул. Но мысль о том, что местные животные могут быть тоже, как сустары, приличными телепатами, и чуют агрессию, направленную кем-то извне на обитателей Станции, вслух высказывать не стал.

– Внимание, персонал и бойцы. Надеть кислородные маски. Как только пилот откроет люк, немедленно приступить к переноске баллонов внутрь. Я хочу, чтоб вы оставались на открытом воздухе как можно меньше. Всё ясно?

– Так точно, господин капрал!

– Отлично. Симпсон! Открывай!

Переноску баллонов в тамбур экзотическим приключением никто бы не назвал. Баллонов было много, возни с ними – тоже, поскольку автотележка имелась лишь одна. Но рано или поздно любому, даже самому утомительному и нудному занятию приходит конец.

– Ну, всё. – О,Салливан, убедившись, что все баллоны и девятнадцать человек внутри, скомандовал Коллинзу, отвечавшему за открытие дверей тамбура, – Загерметизировать внешний люк.

После неизбежного облучения ультрафиолетом, жёстким гамма, и т.п. излучением, продувания универсальными реагентами, обработки паром, горячим воздухом, и прощупывания сканнерами шлюзовой, загорелся зелёный – автомат посчитал, что они не привезли с собой ничего опасного.

– Блин. Интересно, если бы бациллы у меня были в герметичном стальном тюбике, смог бы я произвести диверсию?

– Придурок ты, Пратчет, – буркнул плохо выспавшийся (Видать – мешали «эротические» сны про, похоже, обломившихся в реале колонисточек!) Салават, – Всё, что в герметичной таре – кипит под действием микроволновки. Жаль, что тебя самого не «упаковали» в тюбик.

– Довольно! Замолчите. – понимая, что все нервничают, О,Салливан поспешил прервать пикировку в самом начале, – Открыть внутренний люк.

Ручное управление действовало нормально, и вскоре все уже спешили снять громоздкие дыхательные маски, и внюхаться в такой родной, пронизанный запахами смазки и пластика, озона и пыли, воздух Станции.

– Так, отлично. Всем, кроме Левицки – помочь техникам с переноской. Симпсон, ты – за старшего. Господин главный инженер, будьте добры обеспечить доставку в нужные места. Тележки, насколько я помню, там. – Лестер махнул рукой на дверь подсобки. – Капрал Левицки. Со мной в Центральную диспетчерскую.

Расконсервация прошла штатно. За пять минут они запустили всё.

Механизмы и системы включались и начинали работать без проблем.

Вскоре к ним в Центральную подошёл и главный системный инженер – Рафик Дусеев, и капрал предложил тому занять привычное место: перед центральным пультом и мониторами основных систем Станции.

– Как там с переноской, Рафик?

– Отлично, капрал. Минут через сорок все баллоны будут на месте, Хэнкок и Расмуссен всё подключат, и можем приступать к закачке кислорода. В резервуарах был резерв готового газа, но я уже запустил блок детандера. Свежий кислород пойдёт где-то через полчаса.

– Прекрасно. – по тону О,Салливана так отнюдь не казалось, – Мы с ребятами пока осмотрим Станцию. И через мониторы, и визуально. Внимание, Симпсон. Что там у вас?

– Всё чисто, капрал. – голос, донёсшийся и до Михаила через вживлённый в ушную раковину наушник звучал бодро, – Никаких признаков, что к нам ломились!

– Это я и сам вижу. Отсюда. – мониторы и датчики в диспетчерской горели зелёным, и отсутствие сирены или голосовых предупреждений говорило о том же ничуть не менее убедительно. Однако капрал считал, похоже, своим долгом убедиться во всём путём традиционного визуального осмотра. Или, как понимал Михаил, хотел занять бойцов делом. Да заодно и убедиться стопроцентно: техника не врёт. Потому что, как это отлично известно космодесантникам и матерям: «бережённого – Бог…»

– Разбиваемся на двойки. Коллинз и Долль. Подвал. Сабур и Пратчет – нижний технический… – пока О,Салливан распределял пары по уровням, Михаил прислушивался к ощущениям – может, снова кто смотрит на него? Или – плохого им желает?

– Левицки. Я знаю, чего ты сейчас пытаешься что-то почувствовать. Ну, и – как?

– Ничего, господин капрал. Не чувствую никакого «присутствия». Никто не «смотрит». Может, для этого нужно выйти наружу?

– Никто никуда выходить не будет. Все слышали? Опасности на Станции… Пока не обнаружено. Наружу, пока не закончим делать и грузить кислород, никто не выйдет. Это – приказ. Капрал, идёмте. За нами – верхний уровень.

Через полчаса, убедившись, что и правда – подозрительных дырок или ещё каких нарушений в наружной стене Станции нет, они позволили себе несколько расслабиться. В диспетчерской остались дежурить системный инженер, и Пратчет с Коллинзом, остальные разошлись по своим каютам. Вот только Михаил мог бы поспорить, что спать никому и в голову не придёт.

– Что, ностальгия замучила? – О,Салливан отключил свой транслятор, и сидел на койке, скрестив ноги. Михаил слонялся из угла в угол, даже не пытаясь смотреть по сторонам – думал.