– Да, я немножко отдохну. Я так устал… – Кевлерен повернул голову к Избранной. – Возвращайся поскорее. Я так привык к тебе, Квенион. Без тебя мне плохо и трудно.

Незадолго до сумерек Боруна поднялась к комнате Избранной и тихо постучалась.

– Заходи, Боруна, – ответила из-за двери Квенион.

Служанка замерла в нерешительности. Она уже собралась развернуться, броситься прочь, чтобы никогда больше не возвращаться сюда, но тут дверь распахнулась.

– Не бойся, – мягко сказала Квенион.

– Как вы узнали, что это я? – нервно пробормотала Боруна.

Избранная улыбнулась.

– Здесь нет никакой магии. Я знала, что ты вернешься. Ты не из тех, кто упускает свой шанс. Ты смелая и очень работящая.

– Да, – не без гордости ответила служанка. Часть ее страхов улетучилась.

– Ты решила подумать над моим предложением, – понимающе сказала Квенион.

Боруна нерешительно кивнула.

– Тогда садись. Я расскажу тебе, что значит быть Акскевлереном, об обязанностях и привилегиях, о принадлежности семье Кевлерен…

– Я буду принадлежать семье?.. – широко раскрыв глаза, спросила Боруна, усаживаясь на стул, который ей пододвинула Квенион. Сама же хозяйка комнаты примостилась на краешке стола.

– Это и значит быть Акскевлеренами. Некоторые скажут, что мы – рабы, но это неправда. Мы – единая семья. Мы принадлежим своему хозяину так же, как дети принадлежат отцу.

– Я этого не знала…

– А ты знала, что Акскевлерен, хоть раз доказавший преданность хозяину, может достичь самого высокого положения, получить власть и силу? Я знавала Акскевлеренов, которые по важности и мощи были равны королям.

– Нет, я не слышала об этом…

Квенион пристально посмотрела на девушку. Та невольно поежилась.

– Не выпьешь ли немного вина?

Не дожидаясь ответа, Квенион налила служанке из бутылки, стоявшей на столе. Девушка взяла чашку, но ее руки так тряслись, что она расплескала половину содержимого.

Все же кое-что осталось. Боруна осторожно отпила глоточек. Вкус был великолепный. Гораздо лучше местной ужасной кислятины.

– Ривальдийское, – сказала Квенион. – Я сама оттуда. Ты знаешь, где это?

– Очень далеко, за океаном…

Квенион начала рассказывать ей о своем доме, о холодных землях и промозглой погоде. Ее голос звучал завораживающе.

Через несколько минут подбородок Боруны упал на грудь, а руки повисли словно плети. Чашка выпала из ладоней и со стуком ударилась о каменный пол.

Квенион подождала часок, пока полностью не уверилась в том, что посторонних в башне не осталось, а ее постоянные обитатели разошлись по своим комнатам. После этого она подхватила спящую девушку и осторожно понесла ее в комнату Намойи, находившуюся этажом выше.

На минуту Избранная остановилась, прислушиваясь к дыханию спящего Намойи, которого она ранее опоила тем же сонным зельем, что и Боруну. Затем резким движением Квенион подняла служанку и положила ее на кровать рядом со своим господином.

За окном стояла непроглядная тьма. Ветра не было. Словно сама ночь ждала того, что будет дальше.

Велан знал, что в эту ночь не заснет. Лежа на кровати, он смотрел на узкую полоску неба, видневшуюся из окна. Молодой офицер пытался думать о звездах, о маленьких бриллиантовых точках на небе. Интересно, а что они есть на самом деле?.. Однако разум его постоянно возвращался к мыслям о будущем, которое казалось теперь жутким и кровавым. Как глупо беспокоиться об этом сейчас. Будь что будет. Он уже ничего не может поделать. Просто смотри на звезды, тысяцкий.

… звезды. Сумеет ли птица долететь до них? Или это – огни рая, в который некогда верили его предки?.. Рай уже не казался Велану чем-то невозможным, особенно по сравнению с тем, что ему предстоит. Прорываться с боями через весь материк вместо того, чтобы сидеть на теплом бережку залитой солнцем бухты, попивая вино и наслаждаясь свежей выпечкой.

Прекрати! – приказал он сам себе.

Звезды. Смотри на них.

Кто-то – Велан не помнил, кто именно, – однажды сказал, что звезды – результат использования Сефида Кевлеренами. Остатки магии или что-то в этом роде, реакция неба, подобная аллергии, появляющейся на коже. На некоторое время Лаймоку показалось, что эта мысль очень здравая и что все так и произошло. Но тут же он припомнил строки одного из поэтов, написанные еще до того, как Кевлерены внезапно, словно шторм, налетели из-за южных гор.

Хотя, возможно, Кевлерены играли с Сефидом еще за тысячи лет до того, как решили завоевать все окружавшие их народы?..

А если они вымрут, исчезнут ли звезды?

Вымрут? Они?.. Уж он-то наверняка не доживет до такого времени.

Намойя начал понемногу приходить в себя. Квенион поняла, что и Боруна скоро очнется. Ей нужно сделать выбор.

Ждать больше нельзя.

– Сейчас – или никогда, – тихо прошептала она, надеясь, что эти слова придадут ей больше уверенности в себе. Однако смелость покинула девушку.