Единственный способ выжить – отречься от прошлого.

Девушка поднялась с кровати и пошевелила дрова в камине. Несколько искорок оторвались от головешек и улетели в трубу.

Гэлис услышала, как на улице зачирикала птичка. Машинально она посмотрела в окно. Горизонт просветлел. Ей хотелось, чтобы рассвет наступил, лишь когда появится возможность не бояться грядущего дня.

Стратег услышала, как позади хлопнула входная дверь. Она повернулась, решив, что это один из часовых пришел сообщить о происшествиях за ночь или кто-то с кухни принес завтрак. От мыслей о еде желудок заурчал.

Но в дверном проеме стоял Кадберн. Он был весь перепачкан; даже стоя у окна, девушка чувствовала запах земли, листьев и речной воды, исходивший от его волос и одежды.

Криво улыбнувшись, Избранный произнес:

– Он идет, стратег. Я точно не могу сказать, когда он будет здесь, но этим летом Намойя Кевлерен возвратится в Кидан.

Под руководством Эриот и Ардена переселенцы прятали свой арсенал – в основном это были мечи и кинжалы – в специально сделанные в южной стене конюшни пустоты. Дело не из легких – холод, дождь, напряжение… Люди старались работать как можно тише, и дождь им в этом здорово помог. Лишь один раз часовой, услышав странный звук, неохотно выглянул из своего укрытия. Выйдя на улицу, он не заметил никого из колонистов – те спрятались за близлежащими лачугами и недостроенным западным крылом конюшни.

Когда последний кинжал опустился в тайник, стену вновь заделали, и переселенцы растворились в ночи, надеясь хоть немного поспать перед началом рабочего дня.

А Эриот и Арден даже не пытались заснуть. С приближением утра дождь ослаб, облака на горизонте начали рассеиваться. Девушка и гигант отправились на общую кухню, набрали там хлеба с солью и стали дожидаться рассвета.

– Я вот тут подумала… – начала Эриот, жуя хлеб.

– Как глава Союза колонистов ты и должна этим заниматься. Тебе за это и платят, – мрачно произнес Арден.

– Мне платят?.. – чуть не подавилась девушка.

– Уважением, – пояснил великан. – Ты получаешь массу уважения.

– А-а… – с некоторым разочарованием протянула она.

– Так о чем ты?

– А может, нам не стоило прятать оружие?

Арден уставился на свою подругу.

– Но ведь это была твоя идея.

– Я думаю, осознание, что мы готовы использовать его, может повлиять на умы наших людей. Они решат, что мы не найдем общего языка с коренными жителями…

– Может быть, и не найдем.

– Я тоже так раньше думала, Арден. Если мы сами не начнем считать себя киданцами, наше дело – труба. Оружие тут не поможет, вот что я хочу сказать.

– Зато если «истинные» граждане решат напасть на нас, нам будет чем защищаться. Если мы погибнем, то уж точно не сможем стать киданцами, так ведь?

Эриот вздохнула.

– У меня нет ответа на этот вопрос.

– Возможно, его и в природе нет. А вдруг мы, надеясь на лучшее, на то, что выживем, продолжаем заблуждаться?

– Должно быть что-то большее, чем просто желание выжить, – тихо произнесла Эриот.

– Ты просто мечтатель, – сказал Арден, загадочно улыбнувшись.

– А ты – нет, Мрачный Арден?

Прежде чем он смог что-то сказать, с южной оконечности Кархея донесся крик часового. Девушка и гигант вскочили со своих мест и посмотрели в сторону пролива. В легком тумане виднелась маленькая лодка, идущая с острова Херрис.

– Интересно, кто это? – поинтересовалась Эриот.

Арден пожал плечами.

– Пойдем и выясним.

Они встретили лодку у берега, где уже столпилась дюжина-другая переселенцев, потревоженных окриком часового. Из лодки выбрался пожилой мужчина, он пристально вглядывался в лица окруживших его людей.

Чтобы рассмотреть Ардена, ему пришлось задрать голову.

– Вы, должно быть, этот… как его… мрачный… – запинаясь, произнес старик на хамилайском.

– Я не мрачный, – засопел Арден.

– Просто строгий, – улыбаясь, добавила Эриот.

Незнакомец внимательно посмотрел на девушку.

– А вы – Эриот Флитвуд, насколько я понимаю…

– Верно. А вы кто? И откуда знаете наш язык?

– Я слуга из дома Мальвара, а они – торговцы. Я часто вел дела от их имени с купцами из Ривальда и Хамилая. Меня прислал префект Полома Мальвара. Он просит вас, Эриот Флитвуд, и вашего друга-великана прибыть утром в Седловину – туда же, куда и вчера. С собой вы можете привести столько переселенцев, сколько сочтете нужным.

Эриот нахмурилась.

– Префект хочет, чтобы колонисты прибыли на Херрис в большом количестве?

Слуга пожал плечами.

– По-видимому, да. Он сказал, что дело касается справедливости и возмездия.

Эриот и Арден обменялись озадаченными взглядами. Девушка сказала старику:

– Передайте префекту, что мы сделаем так, как он просит.

– Приходите, когда солнце на пядь поднимется над горизонтом, – закончил разговор слуга, сел в лодку и поплыл обратно.