Шрифт:
...Чапаев осторожно тронул штабс-капитана за рукав:
– Вашбродь, там праздник какой-то...
– Что празднуют?
– Машинально спросил Львов, но тут же поправился, - Народу много?
– Много... Во дворе - тринадцать солдат, да четыре мотора . Еще кареты стоят...
– Ага, - скривился Львов.
– Значит, кому - война, а кому - мать родна? Сволочи...
– Сволочи и есть, - согласился Чапаев.
– Режем?
– Осторожно бы надо, - подумав, сказал штабс-капитан.
– И парочку - живьем, на предмет поговорить.
– Эт мы чичас, эт мы мигом... Петров, Семенов, Елизаров - к командиру живо!..
Скучавшие солдаты не заметили, как дому с разных сторон подобрались невидимые и неслышные тени. Мягкие прыжки - по совету штабс-капитана все уже давно научились обматывать форменные сапоги мягкой кожей и фиксировать ее ремнями, и немцы рухнули под ударами кинжалов. Двоих били рукоятями ножей и тесаков, а потом быстро-быстро скрутили позаимствованными в конюшне имения вожжами. Мигнул трофейный электрический фонарик - все чисто.
Львов с остальными появился во дворе особняка Валевских через несколько минут. Огляделся, снова подозвал Чапаева:
– Приберитесь тут, а потом...
Не докончив фразу он резко пригнул Василия за стоящий автомобиль и сам спрятался там же. Из стеклянных, залитых светом дверей вышел офицер.
– Курт! Садись в автомобиль и съезди в город! Привези мне цветов! Красивых... Курт! Ты где?! Опять надрался, пьяная скотина?!!
– офицер сделал несколько шагов с крыльца и завертел головой, ослепленный резким переходом из света в тьму.
– Курт! Немедленно ко мне! Ну, погоди...
Больше сказать он ничего не успел. Львов перекатился под машиной, резко захватил горло немца на удушающий 'неразрыв' и завалил на себя. Слабый хрип, короткое дерганье...
– Этого пакуйте, а одного из языков можете кончить. Все равно: с собой брать не будем.
Ефрейтор Семенов нагнулся и равнодушно полоснул одного из связанных немцев по горлу трофейным тесаком. Второго подхватили подмышки и потащили прочь от освещенного дома, где гремела музыка и слышались веселые голоса. Никто из гостей и хозяев еще ничего не знал.
– ...Вы готовы отвечать? Если 'да', кивните.
Очумевший от боли обер-лейтенант фон Раух судорожно кивнул.
– Карп, рот ему освободи, и будь наготове.
Унтер-офицер кивнул, а Львов снова перешел на немецкий:
– Если попробуете кричать в расчете на легкую смерть, предупреждаю заранее; легко уйти у вас не получится. Заткнем рот, кастрируем, ослепим, отрежем язык и остальные пальцы на руках и оставим. Всю жизнь будете жить во тьме и молча, мучаясь от собственного героизма. Это доступно?
Фон Раух снова кивнул.
– Тогда давайте быстро и четко: сколько человек в доме?
– Н-но я не знаю... О боже!.. Я правда, правда, не знаю!!!
– Чапаев, отставить! Это я неправильно задал вопрос. Сколько гостей и хозяев в доме?
– Десять офицеров, четверо местных помещиков. Еще есть женщины...
– Это не интересно. По вашей оценке, количество слуг?
– Человек сорок, возможно больше...
– Кто офицеры? Имена, звания, должности?
– Генерал-майор Ципсер, начальник штаба тридцать восьмого корпуса. Майоры Лампрехт и Пургольд - офицеры Генерального штаба ...
– А что они тут делают? Инспекция?
Несмотря на боль в обрубке правого мизинца, фон Раух очень удивился.
– Они - из штабов. Лампрехт - из нашего, пятой гвардейской, Пургольд - из штаба корпуса. Они...
– Ладно, это не так важно. Кто еще?
– Гауптман Закс и обер-лейтенант Ребер, адъютанты штаба корпуса. Оберстлейтенант фон Фойербах - мой командир...
– Ваш, а еще чей? Ну?
– Четвертого гвардейского гренадерского полка.
– Так, дальше?
– Обер-лейтенант Шоппе и гауптман Кёстер - дежурные офицеры нашего штаба. И майор Крампе - дежурный офицер штаба корпуса. Все.
– Я умею считать до десяти. Кто десятый? Быстро!
– Я...
Львов хмыкнул и чуть заметно кивнул. Державший пленника унтер, зажал ему рот рукой и как учили, коротким рывком свернул шею.
– Вот что, мужики: нечего нам ждать. Аккуратно заходим в особняк, вяжем четверых офицеров, остальных - кончать. Штатских пока не трогать.
– Донесут, ваше благо... то есть, командир...
Львов усмехнулся:
– Ну, это - вряд ли... Пошли, обормоты, хрена ли расселись?
Полтора взвода почти бесшумно набежали на имение и просочились внутрь...