— Ну-ну, дитя, полно. Уже всё закончилось. Ну, почти.

Открываю глаза. Я снова в Визжащей хижине. Передо мной вновь сидит в кресле темноволосая женщина с прозрачными серыми глазами и тонкими губами. В руках она вертит чашечку из тонкого фарфора.

— Чаю? Нет? Ну, тогда присаживайся. Я не могу поверить, что ты снова выжила. Как тебе это удаётся? Обычно после коридора никто не выдерживает, а ты… Ха-ха! Ты сожгла всё к чёртовой матери!

— Это была не я, — с трудом вспомнив, как дышать, отвечаю я. — Это была та девочка…

— Ох, дитя, конечно, это была ты. Неужели каждый раз мне придётся напоминать, что мы в твоём сознании? Итак, поговорим о насущном. Ты разрушила стену.

— Я знаю, — тихо говорю я. — Я сделала это, чтобы…

— Да не объясняй, знаю. Героизм никогда не доводил до добра. Ты всё же выжила и это большой плюс для тебя. Минус — ты заплатила большую цену. И заплатишь потом ещё.

— Какую ещё цену?

— Проснёшься — узнаешь, — пожала плечами женщина, отпивая чай.

— Я… я убила их? Тех людей из леса? — спросила я.

— Конечно, убила. Твоё… хм… альтер-эго требовало крови, ты ему эту кровь дала. Видимо, знатно они в своё время тебе хвост прищемили.

В памяти всплывает гнусный смех пятерых парней. Рёбра, живот и спина на миг словно взрываются от боли. Я тряхнула головой, отгоняя наваждение. Нет, не хочу это помнить!

— Как бы то ни было, ты теперь понимаешь, что второй раз ты не сможешь возвести такую вот стену? И подсознание устроит тебе сладкую жизнь, — вещала тем временем женщина. — А оно устроит — ты выцарапала из когтей Тьмы свою жизнь, это дорогого стоит.

— Скажи, как много сил я вычерпала у талисмана?

— Боюсь, этого я не могу сказать, — скорчила рожицу моя собеседница. — Иначе будет неинтересно.

— Скажи!

— Недостаточно, чтобы сойти с ума раз и навсегда, достаточно, чтобы вершить чудеса. Недостаточно, чтобы умереть здесь и сейчас, достаточно, чтобы заплатить за это. Устроит такой ответ?

— Нет. Но лучшего у тебя нет, — отвечаю я, поднимаясь с намерением уйти и наконец-то проснуться.

— Кстати, дитя, — оборонило Наваждение. — После такого магического разгула твой организм нуждается в знатной перезагрузке. Она почти завершена, но какое-то время один из органов чувств будет… отключён. Пережди здесь, проснёшься целой и невредимой.

— Знаешь ли, мне надоело уже спать! — рявкнула я и вышла.

Очнувшись, первое, что я почувствовала — нестерпимая боль внизу живота. Не размыкая глаз, я схватилась за живот обеими руками, свернулась калачиком и застонала. Казалось, организм просёк, что я уже функционирую и вывернул все рубильники на максимум — боль сделалась адской, я не сдержала крик.

Послышался топот множества ног, взволнованные голоса:

— Марисса!

— Очнулась! Меда! Меда!

— Марс, ты нас слышишь? Тебе больно? Марс!

Я открываю глаза в надежде увидеть друзей. Но вместо этого я вижу лишь темноту. Сплошную бесконечную темноту.

В ту ночь я проснулась слепой.

Комментарий к Часть 62. (Arabesque) Нет, я вовсе не жестока, что вы!

Жду ваших отзывов ;)

В названии – песня группы Nightwish – Arabesque

====== Часть 63. (Разговоры) ======

До утра никто не сомкнул глаз. Андромеда пыталась облегчить боль проснувшейся Мариссы, Лина и Сириус бегали у неё на посылках, Ремус, Эд, Джеймс и Питер засели на кухне, переживая за девушку. Вернее, Питер, как всегда, клевал носом, а Джеймс переживал больше за волнующегося Ремуса. Эд барабанил пальцами по столу, периодически вскакивая и меряя кухню шагами, Ремус, уставившись в пространство, таскал из керамической рюмочки зубочистки и ломал их на части. Новостей не было до самого рассвета. Часов в шесть спустилась уставшая донельзя Андромеда и разогнала всех спать.

Но уже через четыре часа все снова были в сборе, снова на кухне и снова все мрачные. Лина и Андромеда готовили завтрак, мужчины сидели, каждый погружённый в свои думы.

— С ней же всё будет хорошо? — Спросил, наконец, Ремус.

— А как же иначе, — пожал плечами Тед. — Меда — мастер своего дела. К тому же, Марисса проснулась, а это уже хорошая новость, разве нет?

— Смотря, что последует за этим пробуждением, — буркнул Эд, глядя в окно. — Она проснулась слепой. И ещё чёрт знает, что может случиться после, может, это только цветочки.

— Заткнись, Лафнегл, — прорычал Ремус, хлопнув рукой по столу.

— С чего это? Она мне рассказала, что могло с ней случиться, когда рухнула эта её ментальная стена. Могу сделать вывод, что она легко отделалась. Если она, конечно, в своём уме. Могла ведь потерять рассудок — запросто! Я видел, как она обратила тех людей в пепел, не удивлюсь, если она…

— Заткнись, я сказал! — рявкнул Люпин, вскакивая. — Ты ничего об этом не знаешь!

— Побольше некоторых! Я так понимаю, ты про эту самую «ментальную стену» впервые слышишь! Она тебе не рассказывала? Нет? А мне – да!