В доме Пенелопы все выглядело обычно. Везде горел свет, в том числе и на крыльце. Ник позвонил в дверь и подождал. Через пару секунд он повторил попытку. Слышно было эхо мягких трелей колокольчика, но дверь так никто и не открыл.

Он попробовал повернуть ручку, надеясь, что она не заперта. Безуспешно.

— Пошли. — Ник взял Джози за руку. — Проверим заднюю дверь.

Из окон кухни и столовой, расположенных позади дома, лился свет. Нику с Джози не составило труда держаться в полосе, как им казалось, освещенной и безопасной. Сквозь окно Джози заметила в раковине грязную посуду — без сомнения, остатки ужина. Но дома никого не было.

— Попробуй ей позвонить, — предложила Джози.

До приезда сюда Ник раз десять набирал её по дороге, но тогда никто не отозвался.

— Думаешь, сейчас получится?

— Если она в доме, мы услышим.

— Точно. — Ник вытащил телефон из кармана джинс и нажал кнопку вызова.

Они стояли, напряженно вслушиваясь в оглушительную тишину.

— Вот оно! — Ник услышал первым. Жесткий электронный ритм входящего вызова на телефоне Пен. Он развернулся вправо. — Сюда!

Следуя за рингтоном, они обогнули угол дома и вышли к гаражу. Свет из окон сюда не доходил, и им пришлось отступить назад, поближе к дому. Ник снова набрал номер, и сейчас они ясно смогли услышать телефонный звонок из гаража.

— Может, она оставила телефон в машине? — с надеждой спросила Джози.

— Может.

Ник попытался поднять скользящую роликовую дверь гаража, но она не поддавалась. Не говоря ни слова, он открыл задние дверцы своего внедорожника и стал рыться в багажнике. Достав оттуда проволочную вешалку для верхней одежды, он встал на цыпочки перед гаражной дверью. Глядя в одно из окон, он просунул вешалку сквозь двери и крюком подтянул рычаг аварийного выхода.

— Вуаля! — Ник беспрепятственно открыл двери. Они скользили легко. — Нет дверей, которые бы я не ...

Ник замер в проходе, уставившись вглубь гаража.

Там, скорчившись у машины, лежали, обнявшись, два трупа. От них осталось чуть больше, чем скелеты, забрызганные каплями спекшейся крови. Их лица невозможно было узнать, плоть содрана до кости, обнажая череп и пустые глазницы. Пряди волос всё ещё цеплялись за скальп, и Джози легко узнала остатки густой гривы волос Пенелопы. Руки другого тела, лежащего рядом, обнимали её в тщетных попытках защитить. Они выглядели крупнее и мощнее. Её отец.

Джози попыталась отвернуться, но не смогла.

Ноксы оставили очень немного. Дыру в черепе мистера Ванга, через которую они вырывали его мозг. Одежду, порванную в безумном неистовстве на клочки, чтобы быстрее содрать всю плоть с костей. Кровь забрызгала белый бок минивена, растекалась вокруг тел, собиралась под действием силы тяжести в ручеек и направлялась к подъездной дорожке. Путь её лежал как раз в направлении к Джози, замершей без движения. Её глаза следовали за красным ручейком, который словно имел свой интеллект и направлялся прямо к ней: как сказочный Сердце-обличитель, он указывал на своего убийцу.

— Не смотри, — сильными руками Ник обхватил её талию и потянул прочь от гаража.

Она в ярости обернулась к нему:

— Не смотреть? Как я могу не смотреть? Как мне не представлять их в последние минуты, прижавшись друг к другу, когда ноксы их раздирали? — Обеими кулаками она стучала в его грудь. — Как я могу не думать об этом? Не слышать их крики?

Она рыдала и билась в истерике. Судорожно дыша, её тело словно боролось с собой, чтобы продолжать жить. Она хотела выбежать во тьму и звать ноксов, чтобы те пришли и за ней. И Джози больше не волновало, что это за твари. И было всё равно, откуда они явились. Она порвет ноксов в клочья, если придётся, так же как они поступили с Пенелопой и её отцом.

— Им мы уже ничем не поможем. — Ник держал её так крепко у груди, словно боялся, что может её потерять.

— Это моя вина, — всхлипывала Джози. — Моя вина.

— Нет.

Джози оттолкнула его руки.

— Откуда тебе знать? — Почему он не позволяет ей этот миг вины и страдания.

— Ладно, хватит.

Слова не прозвучали гневным окликом, но заставили Джози очнуться.

— Кто она? — мягко спросил он. — В твоем мире?

Только благодаря силе воли ей удалось прийти в себя и встретить пристальный взгляд Ника:

— Она была моей подругой. Единственной настоящей подругой. Когда мой мир провалился к чертям, она одна оставалась рядом со мной.

— Похоже, наши Пенелопы имеют много общего.

— Да.

— Что случилось? — спросил он. — Почему рухнул твой мир.

Джози сглотнула. Во рту как-то странно пересохло. С первой встречи с Ником она избегала этого вопроса. В первую очередь, то была её личная мерзкая тайна, скрываемая от него, так же как стыд за собственные мотивы побега в зазеркалье, или потому что её чувства к тому старому Нику выглядели мелко сравнительно с тем, что она ощущала сейчас. Что было абсолютно и совершенно нелепо. Мало того, что она едва знала его, так ещё и большая часть совместно проведенного времени была потрачена на активные попытки возвратить Джози в её собственный мир. Не слишком надежная основа для долгих и здоровых отношений.