Как и следовало ожидать, по крайней мере я б тоже так сейчас поступил, как только Марта улеглась, третье движение рук массажиста продолжилось за границы халата. Его ладони на половину скрылись под ним, заставив его задраться ещё сильней. То ли он хорошо сыграл, то ли действительно массирование стало каким-то заторможенным, но через три минуты массажа чуть выше колен мужчина обратился к Марти со следующими словами:

– Здесь уже не хватает масла и это сразу чувствуется. Марта, позвольте мне снять с вас халат и покрыть вас им, а не чтобы вы были в него укутаны.

Он потянулся к завязанному на животике ремню халата и ловко справился с развязыванием двойного узла одной рукой, не дожидаясь согласия Марты, но она сама с готовностью приподнялась на локтях и дала высвободить себя из него. Оглядев фигуру Марты в кружевном нижнем белье, задержавшись взглядом на попке, он покрыл Марту халатом. Только теперь халат прикрывал одну треть её бёдер.

– Сейчас мы нанесём массажное масло вам, Марта, на бёдра, поэтому сделаем так, - говоря это, он ухватился пальцами за ткань халата на попке Марты и потянул его вверх.

Попка стала только-только прикрываться, а при некотором «напряжении» трусики уже можно было рассмотреть. Мужчина схватил тюбик и стал поливать Марте бёдра массажным маслом, сразу растирая его свободной рукой. Движения его рук ничуть не обнаруживали его переживания или какое-то сексуальное желание. Со стороны его действия не выглядели, будто это не просто массаж, и даже пальцы, скользящие время от времени в одном сантиметре от мартиных трусиков, нисколько не намекали на его похотливые намерения. А если всё это сложить, получалось, будто не собрались в комнате женщина и двое мужчин, чтобы возбудить эту женщину и, может, отыметь её как…не произнёс я про себя окончание шальной мыслишки. Всё выглядело пристойно, даже по-деловому. Да что там говорить? А разве я сам не вёл себя пристойно?

Через полминуты у меня предательски сбилось дыхание, я опрокинул в себя остаток бренди, и уже как завороженный не мог оторвать взгляд от того, как этот мужчина гладит ноги моей Марты. Я ли сразу ошибочно определил его поведение или оно действительно было таково вначале - сексуально безучастное? Сейчас-то я видел, с каким намерением его пальцы подбирались всё ближе и ближе к трусикам Марты, и больше всего внутренних вопросов возникало потому, что он не говорил при этом ни слова. Я бы мог начать расспрашивать, что да как, но тут у меня внутри что-то перещёлкнуло, и мне стало казаться, что уже что-то началось из того, ради чего всё это было организовано. Марте, может, казалось, что она не выказывает волнения, но её застывшая поза, а главное, неподвижно склонённая голова, говорили об обратном. Может она ещё думала, что со стороны выглядит, как спокойно принимающая массаж? Но если незнакомый с её телом мужчина уже угадал, что время становиться нежнее наступило, - что уже можно было считывать с медленных, усыпляющих бдительность движений кистей его рук и любопытно растопыривающихся пальцев, пытающихся под «благовидным» предлогом массирования отхватывать сантиметр за сантиметром «недозволенной» области в направлении трусиков Марты, - то, что говорить обо мне? Я посмотрел на массажиста. При очевидности «возникшего», он старался сохранить отрешённый вид и даже пытался сосредоточено продолжать именно массаж, но когда его руки оказывались у промежности и попки Марты, его пальцы переставали двигаться так же уверено, как до этого. Меня стал развлекать его плотоядный взгляд, направленный на промежность и попку Марты, когда он окончательно подобрался и остался руками на этом месте. Ещё мгновение и его пальцы стали «случайно» касаться обеих половинках попки Марты. Через какое-то время под видом массажа пальцы стали «оказываться» под трусиками. Сначала один, потом «случайным» образом два, через мгновение под трусиками скрались пол-ладони, а ещё через мгновение эти пол-ладони стали там буквально хозяйничать. Так и не прознав границы дозволенности, ему ничего не оказалось перебраться тут же руками на другую половинку попки, и спустя какое-то мгновение остаться там одной рукой, а второй вернуться на оставленную половинку. То и дело он опускался руками по ногам Марты вниз, чтобы, ведя ими снизу вверх, плотно прижимая их к её ногам, доставлять на попку очередную порцию забранного с ног массажного масла. Я увидел, как под трусиками его руки на попке Марты стали сближаться в своём массаже. Их полное сближение могло оказаться слишком интимным. Марта перевернула ручки ладошками вниз, будто собралась подняться – когда ей пришлось забыть о спокойствии, почувствовав такие откровенные жесты на себе. Руки массажиста сошлись под трусиками на попке Марты, она дёрнулась, выгнулась в спинке и подалась попкой кверху. Боковым зрением я уловил, как вибрирует на мне рубаха в районе сердца, в такт последнему.

Массажист опустился руками по ногам Марты вниз, ухватился за щиколотки и развёл её ноги в стороны. Мы оба с ним уставились на ту часть трусиков, которая скрывала губки, а затем посмотрели друг на друга. У меня не было протеста внутри, я не испытывал ревности, лишь чуть-чуть зависти по отношению к новизне ощущений, получаемых этим мужчиной, и к тому, что он делает, потому что сам сейчас не против был бы проделать дальнейшее, - что представил, как дальнейшее, - с разогретой Мартой. Разгадав, возможно, по мне часть моих мыслей, мужчина в следующую секунду выразил понимание глазами, и с мелькнувшей осторожной улыбкой, а затем с откровенно изменившимся взглядом, приступил к массажу более вдохновенно.

Он аккуратно собрал халат с Марты и уложил его на диван. Затем он опрокинул на ладонь приличную дозу массажного масла из бутылочки, поставил её на место и, распределив одинаково количество масла между ладонями над талией Марты, роняя на неё капли, приступил к поглаживаниям спины. Его руки тут же прошлись по бретелькам и застежкам лифчика, будто в первые мгновения стоило указать на них, как на ненужные препятствия. Он стал сосредотачиваться движениями именно там, где была ткань лифчика, сбросил с плеч бретельки, чтобы качественней поводить ладонями по лопаткам, и тут же, прежде чем кому-то из нас могло показаться, что лифчик очень даже будет мешать дальнейшему, он потянулся к его застёжке и расстегнул её. Лифчик «разошёлся» и упал по сторонам. Мне это показалось каким-то сверхэротичным актом. Картина оголённой таким способом спина Марты пришлась микроскопическими оргазмами по всему моему телу, у меня пересохло во рту, руки блаженно затряслись. Я не успел опомниться от переживания этого видения, как участок спины Марты, от которого я не мог оторвать взгляда, накрыли большие, блестящие от массажного масла, волосатые руки массажиста и стали нежно её не массировать, а гладить. Пальцы мужчины то и дело проскальзывали Марте в подмышки, и с каждым их новым поползновением туда, заходя всё глубже и глубже, становилось ясно, а Марте ощутимей, что мужчина устремился осторожными движениями к её груди.

Я подумал, что мне пора что-то сделать или начать что-то говорить, потому что ещё чуть-чуть и Марта «уйдёт» в мысли, в анализ, в оценку, потом её оттуда уже будет не вытащить такой, какая она нужна. Ситуацию следовало подстегнуть, несмотря на явный характер её щепетильности. В том-то было и дело, что происходящее становилось настолько горячо, что кое-кто мог перегореть.

Я подошёл и встал у Марты над головой. Массажист стал периодически «спускать» руки Марте на бока, возвращаясь ими на спину, а уже через мгновение, как я и ожидал, и увидел, его руки стали гладить Марту по бокам, и при этом они стали периодически исчезать в чашечках лифчика, который ещё скрывал от нас одну из самых соблазнительных частей Марты.

Всё. Я решил или начинать действовать, или сделать хоть что-нибудь, чтобы хоть как-то унять свои мысли и переживания. Первое, что мне захотелось, это увидеть руки этого мужчины, ласкающие Марте грудь. Я подхватил Марту под плечи и стал слегка приподнимать её. Она открыла глаза и посмотрела на меня. Я продолжил предлагающее ей приподняться движение, присовокупив к нему ещё и соответствующий взгляд. Марта приподнялась на локти. Лифчик остался на кушетке. Я наполовину улыбался, чуть-чуть щурился, в общем, делал всё, чтобы она не разглядела, как я балдею и нервничаю одновременно, и что думаю. Я посмотрел на её грудь, зажатую с обеих сторон её руками, на острые плечики, покатую спинку и массируемую, пригвождаемую к кушетке руками массажиста талию. Отметил про себя ещё надетые на ней трусики. Ещё раз прошёлся взглядом по всему её красивому, тёмному от искусственного загара телу, лоснящимся от масла ножкам и спинке, и тоже приступил к поглаживаниям Марты, просто не смог не приступить: одной рукой стал гладить голову, шейку, второй – плечики, чуть-чуть спинку. Сразу ухватился за лифчик, чтобы, помогая ей по очереди приподнять то одну руку, то другую, отнять его от неё. Удерживая её рукой, настоял остаться в этом положении: приподнятую на локтях. Опустившись на корточки, а потом, встав на одно колено, чтобы быть лицом на одном уровне с её лицом, стал гладить её руки, плечи, иногда заходить руками на спинку. Теперь она находилась в самой выгодной позе, чтобы массажист смог добраться до её груди. Я поцеловал Марту в губы. Не прекращая своих поглаживаний, я вновь переключился вниманием на массажиста. Стоя сзади неё, он не мог не замечать часть груди и соски. Он занёс свой корпус над телом Марты, чтобы иметь её перед собой максимально симметрично, и таким образом добился, что ощущения Марты от его рук на обеих частях её тела стали одинаковые, и продолжил массировать ей талию уже из этого положения. Его руки то и дело «подкатывали» кверху, то есть всё приближались и приближались к груди Марты. Я всё чётко рассчитал - ещё минута и грудь Марты окажется в его руках. И как же мне не терпелось увидеть, когда это произойдёт, как он аккуратно обхватит руками её грудь. Он стал заходить руками Марте на живот, гладить рёбра и наконец стал откровенно подбираться к груди. Марты ещё раз выгнулась в спине, словно кошка, и заглянула под себя. Чёрт, это говорило об уже возникшей заинтересованности – заинтересованности ею чужими руками на своём теле. Мне пришлось подавить оттенок ревности, чтобы начать генерировать мысли, способствующие благополучному продолжению встречи. Я приподнялся на ноги. Я понимал, что мужчина подбирается к груди Марты, чтобы окончательно завести мою женщину, но и я желал последнего не меньше его, поэтому мне представилось, если наши руки с некоторой синхронностью проделают свой путь, а потом одновременно встретятся на её груди, это станет бомбой. Я достаточно внимательно присматривался и изучал движения мужчины во время массажных процедур, и теперь решил постараться чётко повторять их. А я - хороший ученик. Я дал своим рукам медленно опуститься с шеи Марты на её ключицы, потом подушечками пальцев стал соскальзывать по коже ниже, приложился тыльной стороной пальцев к верхней части груди Марты, погладил её таким образом, перевернул кисти ладошками к груди Марты, находясь ими пока в верхней её части, изредка позволяя пальцем скользнуть по её середине.