Шрифт:
– Тогда отвернись. Раздеваюсь.
– Что я — без одежды тебя не видела?
– Ну, отвернись, пожалуйста…
– Ладно.
Через минуту я, совершенно голый, внаглую плескался в душевой кабине Изабеллы де Круа. Да, душ — это здорово. Наверное, из всех ощущений, которые я успел испытать к 19 годам, душ после тяжёлого дня — это самое приятное. Конечно, мне говорили о занятиях, ощущения от которых намного приятнее, чем от простого душа, но о сексе я пока не думал, а некоторые — просто-напросто противозаконны. Так что, на мой взгляд — душ — Forever!
– Капитан, тебе спинку не потереть? — раздался знакомый голос.
С закрытыми глазами я развернулся, попал головой по подставке для шампуня, открыл глаза, в которые немедленно попала пена, и, лишь тщательно промыв глаза, я увидел Изабеллу де Круа, которая смотрела на меня, покатываясь от смеха.
– Очень смешно! — сказал я, потирая будущую шишку. — И что ты здесь делаешь? Мы же договорились…
– Да так, просто интересно, чем ты здесь занимаешься…
– Наверное, душ принимаю, — предположил я.
– И больше ничего?
Я закатил глаза и сказал:
– О Боже! Такие вещи меня совершенно не интересуют.
– Какие «такие»? — шутливым тоном спросила меня Изабелла де Круа.
– О которых ты сейчас подумала, маленькая развратница, — игриво сказал я. — Неприличные.
– Почему это я — маленькая? — рассмеялась Изабелла де Круа. — Я биологически всего на полгода младше тебя…
– Хорошо, но смотреть на меня не надо. Я смущаюсь…
– Хорошо, любимый…
Я закончил душ, переоделся в чистое и вернулся в комнату. Перед тем, как лечь спать, следовало только проверить свой почтовый ящик, с чем никаких проблем не было — так же, как и я, Изабелла де Круа имела подключение к Межпланетной Сети. Я плюхнулся в компьютерное кресло Изабеллы де Круа, запуская её машину. На роскошном 25-дюймовом мониторе появилась заставка «Ubuntu», столь любимой нами за удобство работы и красоту оформления. Войдя в почтовую программу, я запустил проверку почты. Оказалось, что в ящике всего одно сообщение, и то пришло оно с вражеской стороны. Прекрасно понимая, что это не уведомление о безоговорочной капитуляции Империи, я всё же открыл его. На мониторе высветилось: «Сегодня, 10 октября 1999 года, по Земному календарю, Судом Великой Империи Вы, капитан мятежного флота, Аряев Алексей Олегович, были заочно приговорены к смертной казни. Приговор будет приведён в исполнение 10 декабря 1999 года, в прямом эфире Имперского информационного канала». Подписано послание было «Шоу «Приговорённый к смерти»». Дальше шли прилагаемые копии всех документов и протоколов суда.
«Ох и ни фига себе!» — подумал я. — «Вот и доигрался в Закон. И что теперь делать?»
– Капитан, ты спать идёшь? — спросила меня Изабелла де Круа.
– Да, разумеется, — ответил я, медленно выключая компьютер, чтобы хоть немного подумать на тему своего нелёгкого будущего. Имперских штурмовиков я как-то не очень боялся — класс у этих парней был не тот, а вот, наёмных убийц я побаивался — в том случае без малого годичной давности с Даной, мне просто повело. Теперь могло и не повезти…
– Капитан, я жду! — донёсся до меня полный нетерпения голос моей любимой.
– Иду! — отозвался я. Вот и ещё один человек, оказывая давление на которого, имперцы могут оказать давление на меня. Нет, мне это решительно не нравилось. Но, решать это мне придётся утром, хорошенько выспавшись…
Я прошёл в спальню. Разумеется, кровать у Изабеллы де Круа была всего одна, и постелила она на двоих. Я понимал, что номер с диваном не прокатит, но, так как мы с ней прекрасно договорились насчёт отношений до окончания войны, то можно было спать совершенно спокойно, тем более, отопление ещё не включили, а в комнате было не так тепло, чтобы спать без ничего. Вот только, мы, русские, несмотря на наш климат, спать в пижаме, были не приучены.
Я сбросил с себя халат, оставшись в одних трусах. После этого я выдохнул, как перед прыжком с парашютом и нырнул под одеяло, под тёплый бок Изабеллы де Круа. Мы с девушкой поцеловались перед сном, а потом я закрыл глаза и приказал себе заснуть. Как всегда, это у меня получилось.
Я проспал одним махом до 10 часов. Я проспал бы и дольше, если бы не Изабелла де Круа, которой надоело наблюдать, как я дрыхну без задних ног. Естественно, что поливать меня водой ей было неохота — всё-таки, это была и её постель тоже. Она сделала проще — я вечером, как обычно, положил свой комм рядом с изголовьем кровати, оставив его включённым. Изабелла де Круа, недолго думая, набрала на своём аппарате мой номер. Мой аппарат издал такую душераздирающую трель, что и покойник вскочил бы. Я, разумеется, покойником не был и поэтому вскочил только так…
– Проснись и пой! — радостно воскликнула Изабелла де Круа.
«Заткнись и спи», — чуть не вырвалось у меня, но я вовремя прикусил язык.
– Зачем шумишь? На нас что — напали?
– Да нет, просто сегодня утро такое красивое…
– Дай приговорённому к смерти хоть отоспаться напоследок…
– Как — приговорённому? — и я понял, что нечаянно сказал не то.
– Да так, — ответил я, решив рассказать всё сразу. — Империя вчера вынесла мне смертный приговор.
– Ты меня что — разыгрываешь? — спросила девушка.
– Включи свой компьютер и посмотри сама. Тогда увидишь, как я тебя разыгрываю, — совсем убитым голосом произнёс я.
Изабелла де Круа включила машину. Посмотрела принятую почту, присвистнула и сказала:
– Ну и ни фига себе! И что ты думаешь делать?
– А это мы сейчас и обсудим. Звони Уилфреду. Пусть едет сюда, на военный совет…
Мой товарищ прибыл очень быстро — он жил буквально в соседнем коттедже. Несмотря на это, я уже успел привести себя в порядок и выглядел, как и было положено российскому офицеру — строгим, бодрым и подтянутым. Со стороны всё выглядело так, как будто ничего не произошло.