– Джедаи не сдаются, – стиснув зубы, прошипела Изабелла де Круа.

Дарт Вейдер не ответил, но вспышка светового меча в его руках была красноречивее любого ответа. Бой начался. Противники были равны друг другу только в уровне своей подготовки, да в ненависти друг другу. Во всём остальном – силе, росту, и так далее, лидировал, явно, Дарт Вейдер. Там, где его уровень владения световым мечом и Силой уступал уровню Изабеллы де Круа, он с лихвой компенсировал его элементарной физической силой… Через несколько минут он повесил на пояс трофейный световой меч.

– Взять её! – скомандовал он штурмовикам.

Тотчас на нежных запястьях Изабеллы де Круа щёлкнули наручники, и девушку увели на борт имперского ударного бота…

…Когда «Синяя молния» вернулась на Землю, я уже знал, что буду делать. Я понимал, что моей карьере в качестве пилота Космической полиции пришёл конец. Дело было даже не в том, что я понимал, что я сделал. С точки зрения Устава патрульной службы я всё сделал верно. Дело было в том, что я больше не хотел причинять боль своим близким, которых у меня осталось не так уж и много. Отцовская родня меня вообще ни в грош не ставила, любил я только своего отца, да ещё и Изабеллу де Круа, но её больше не было. Теперь я не хотел, чтобы какой-нибудь имперец пришил ещё и моего отца. Я точно решил уйти из Космической полиции и заняться каким-нибудь мирным делом, стать отшельником, например.

Я сразу прошёл в офис адмирала Сидорчука и, отцепив от своей куртки жетон с номером и фамилией, бросил его на адмиральский стол. После этого я положил на стол ещё и свой бластер.

– И что сие значит? – спросил меня адмирал.

– Я ухожу, – ответил я. – Мне надоело причинять боль близким. А Изабелла де Круа погибла именно из-за меня.

– Она была офицером Флота и знала, на что идёт.

– Пусть так, – ответил я. – Но я принял своё решение. За деньгами приду как-нибудь потом.

И я покинув кабинет адмирала, отправился к себе домой. Дома было тихо – отец находился на даче, что было и к лучшему – я не хотел его травмировать. Я быстро собрал свои вещи – ноутбук, универсальное зарядное устройство, два комбинезона из универсальной немнущейся и нервущейся ткани, личный бластер, пневматическую винтовку с запасом пулек и универсальный жилой модуль для дальней разведки, который моно было установить за три минуты. Взяв ещё у отца запас семян и стимуляторы для их роста, я поднялся на крышу. «Голубой гром» отпадал сразу – он был боевой машиной, которую будут искать и скорее всего найдут вместе со мной. По той же причине я не взял «Крестокрыл». А вот «Мустанг-99», который мне подарила Дана по случаю удачной сдачи экзаменов в Академию, подходил, как нельзя лучше. Открыв багажник, я загрузил в него все свои припасы, после чего запрыгнул в машину и запустил двигатели. Термоядерный реактор подал энергию на мощные антигравитационные подъёмники, после чего машина оторвалась от земли и я смог убрать шасси.

Оставалось только выбрать направление и загрузить его в бортовой компьютер. Я вывел на экран карту России. Конечно, можно было обосноваться и в области, но мне хотелось перемен. Решив, что на юге тоже вполне сносно, я двинул на юга… Мне было нужно следующее: чистая река с проточной водой, клочок земли для того, чтобы разбить огородик, да ещё небольшой клочок, чтобы поставить свой модуль.

Примерно через два часа полёта на сверхзвуковой скорости я посадил «Мустанг» на берегу горной речки, прозрачной, словно хрусталь. Площадка была небольшой – 20x20 метров. Я осмотрелся по сторонам: немного чернозёма. Чуть далее, в скалах, выглядящая мрачно, сыро и таинственно – пещера, а почти в трёх метрах от противоположного берега – что-то типа небольшого леса.

– Хм! Меня это устраивает! – сказал я вслух, но мне вдруг стало страшно одиноко от звука собственного голоса. Я ещё раз пожал плечами и решил не говорить больше вслух – всё равно не с кем.

Я задним ходом загнал «Мустанг» в одну из пещерок, решив поселиться в другой. Я достал из багажника мощный галогеновый фонарь. Он был не только мощный и яркий, но ещё и тяжёлый – в комплект входил ещё и наплечный ремень для переноски. Взяв в правую руку бластер, я осветил пещеру. Мрачно, сыро, неуютно. Но, это только сейчас. А вот проведу сюда свет, поставлю обогреватель, и жить тут будет очень даже хорошо…

На полную обустройку ушла неделя, по истечении которой эту маленькую долину стало не узнать. Небольшое поле, засеянное луком, чесноком, огурцами и томатами, небольшая запруда, чтобы в реке можно было купаться и ловить рыбу. Пещеру, в которой стоял «Мустанг», я завалил камнями, чтобы его нельзя было засечь сверху. Во второй пещере стоял мой модуль, оснащённый биотуалетом, кое-каким водопроводом и небольшим телевизором. Питался я жареной рыбой, ухой и овощами – эти огородные стимуляторы творили настоящие чудеса, позволяя мне есть овощи очень часто…

База Империи, астероидное поле.

Наступил уик-энд. Несколько офицеров имперского флота сидели в комнате отдыха офицерского состава. Вскоре туда же вошёл и Макс Хённинг, вместе со своим старпомом, молодым афроамериканцем по имени Чарльз Бонд. Кивнув остальным, офицеры уселись на полукруглый диван перед голографическим экраном. На экране шли новости.

– Слушай Вит, да переключи ты. Ну, их, эти новости, – сказал Макс.

– Сейчас. Вот только Император выступит, – отозвался Вит Бендерс. – Просто сейчас обещали рассказать что-то про нашу базу. Что-то в самом деле важное и интересное.