– Почему ты мне призналась? Мы ведь даже не друзья. 

– Потому что теперь мы члены одного тайного клуба. Нас обоих использовали, предали и бросили те, кого мы любили. 

– Я никогда не любил Эву. 

– Без разницы. 

– Без разницы, – согласился Доран. – Мне жаль, что с тобой такое случилось. 

– Оно не просто со мной случилось, я сама виновата. 

Он посмотрел на руки Солары, скрытые черной кожей. И захотел признаться, почему так запаниковал, когда впервые увидел ее татуировки, но грудь сдавило. Так что вместо этого он пробормотал: 

– Значит, нам друг от друга не избавиться. 

Солара грустно улыбнулась, и Доран впервые осознал, что глаза у нее ореховые, а не просто карие или зеленые. Зрачки окружал теплый янтарный блеск, переходя в оливковую радужку, окаймленную сияющим изумрудным кольцом. Потрясающий эффект. Странно, что Доран только сейчас это заметил. 

Заглянув в ее улыбающиеся глаза, он ощутил себя не таким одиноким. 

– Похоже на то, – кивнула Солара. – Жаль, что ты не умеешь заваривать чай. 

В последующие недели между Соларой и Дораном царило неофициальное перемирие. Закадычными друзьями они не стали, но и не ругались. И хотя с того дня, как Солара показала ему свои татуировки, секретами они больше не делились, Доран хотя бы перестал называть ее преступницей. И да, она все так же заставляла его драить камбуз и таскать груз, однако не из вредности, а лишь для того, чтобы наладить контакт с командой. 

Ну ладно, может, слегка из вредности. 

Солара не отрицала своей радости от вида испачканных рук Дорана. С каждой новой повинностью его ногти понемногу теряли блеск, несколько волдырей на ладонях вскоре превратились в мозоли, и по мнению Солары, такая кожа приличествовала парню куда больше, чем мягкая как у младенца. 

Так что, если подумать, она оказывала ему услугу. 

– Ты пропустил местечко, вот здесь. – Солара указала на участок плесени у стока в ванной. Переработанный воздух корабля был таким сухим, что появлялась лишь самая прилипчивая плесень, которую почти невозможно уничтожить. – Придется хорошенько постараться. 

Оторвавшись от уборки, Доран присел у стены, утер пот со лба и посмотрел на нее синими глазами, горящими задором от физического труда. Затем устало усмехнулся краешком губ, и на секунду где-то в районе пупка Солары затрепетали ангельские крылышки. 

Она потерла живот, избавляясь от назойливого ощущения. Наверняка это просто предвкушение дня помывки. Ничего больше. 

– Не стесняйся, покажи, как это делается, на своем примере, – предложил Доран. 

– Отличная попытка. – Солара бросила полотенце на ближайшую кабинку и нацепила на лейку душа косметичку с гигиеническими принадлежностями. – Я весь день перебирала двигатель, чтобы найти причину пронзительного скрежета. – Без толку. – И теперь могу думать только о горячей воде. 

– Мы заплатили за поездку десять тысяч топливных фишек, – напомнил Доран, отбрасывая чистящую губку. – И говоря «мы», я имею в виду «я».

– И что? 

– А то. С чего ты взяла, будто наша помощь на корабле что-то изменит? 

– Конечно, изменит, – заверила Солара, распуская волосы. – Так мы налаживаем отношения с командой. 

– Мне так не кажется. Капитан заполучил дармовую рабочую силу, но так и не доставил меня на Обсидиан. 

Она ткнула в него шпилькой: 

– С таким отношением – и не доставит. 

– Пф. Сомневаюсь, что пара улыбок что-то изменит. – В подтверждение своих слов Доран показал зубы и пальцами растянул губы в широченной улыбке. – Даже на моей смазливой мордашке. 

Солара от души рассмеялась. Хоть и жалкая, а все же первая шутка от Дорана, которую она услышала. 

– Терпение, мой привлекательный друг. Я доставлю тебя на Обсидиан. 

Все еще улыбаясь, он вскинул бровь: 

– А я думал, мы не друзья. 

– Так и есть. 

– А кто мы? 

– Тебе нужно точное определение? 

– Да, хотелось бы. 

Солара задумалась, расчесывая волосы. Они учились в одной академии, но слово «одноклассники» подразумевает некоторый уровень товарищества, который не подходит парню, как-то добавившему фотографию ее испачканного комбинезона на свою страничку в «SnapIt», дабы доказать, что она носила одну и ту же одежду два дня подряд. В прошлом месяце Солара считала Дорана врагом, но теперь и это не так. Они словно ступили на неизведанную территорию, постепенно проясняя, кем же являются друг для друга.