волной. То я видел счастливую Сашу, играющую с котёнком, то Даша

задорно смеясь, брызгалась в меня водой из бочки, где я умывался, то Маша

пела мне песенку на ночь и ласково трепала по волосам, а вот гордый и

счастливый отец, когда ему рассказывают знакомые командиры, о моих

успехах. Причём воспоминания о семье Сергея, плавно переплетались с

воспоминаниями о моей семье, оставшейся в будущем. Полная каша в

голове, надо бы всё перемешать, а то всё подгорит. Сколько времени прошло,

я не знаю, просто в какой - то момент понял, что я не один. Повернул голову

и увидел жалобно смотрящую на меня Машу.

– Почему не спишь?
– спросил её.

– Страшно! Можно, я с тобой побуду?
– попросила она.

Я посмотрел на звёзды и сказал: - Пойдём спать, горе ты моё.

Залив костёр водой из чайника, мы пошли к броневику. Двойняшки уже

спали, в обнимку. Поправил им одеяло и лёг рядом, Маша улеглась со мной.

Обняла меня сзади и через пару минут, уже сладко посапывала. С той

стороны броневика шептались мужики и под их мерное бормотание, уснул и

я.

Глава 3.

Проснулся по привычке рано. Аккуратно, что бы не разбудить Машу, вылез

из под одеяла, и пошёл к озеру умываться. Проходя мимо, спящего на посту

Василия, спёр у него автомат и положил в сторону, а ему в руку, сунул

лопату.

Потрепал за холку, своего коня Огонька и повёл его с собой, напиться воды.

Когда умылся, решил провести опыт, обнял за голову Огонька и захотел

очутиться у въезда в лес, где привязывал его вчера, к дереву. Открываю

глаза! Есть! Получилось! Огонёк удивлённо зафыркал и я опять, обнял его за

шею. Раз и мы опять, у озера. Отлично! Так мы быстро весь хабар, в лес

перетаскаем.

Довольный собой, пошёл готовить на всех завтрак. Через час, по лагерю

расплылся обалденный запах, вкуснейшей каши с тушёнкой и народ, сразу

стал просыпаться. Первым, встал Николай и сразу принялся хохотать над

Василием, его поддержал проснувшийся Егор. Василий смотрел на них,

непонимающим взглядом, пока Николай не указал ему на лопату в руках.

Василий всё понял и посмотрев, на мою улыбающуюся рожу, покраснел.

Девчата крутили головами, не понимая причину смеха. Я похлопал руками,

привлекая общее внимание и скомандовал:

– Пятнадцать минут на умывание и привидения себя в порядок. Потом

завтрак и общий сбор. Будем говорить, о делах наших скорбных. Всё, время

пошло, постучал я пальцем, по трофейным часам на руке.

Народ сразу подорвался и пошёл дружно умываться, а я залез в броневик к

пулемёту и стал осматривать в бинокль окрестности. Сам я уже позавтракал

и теперь охранял, жадно глотающих горячее едоков. Когда все перекусили, я

махнул им рукой, подзывая всех к броневику.

– Николай вам слово, что вы решили?
– спросил я глядя на красноармейцев.

Ответил к моему удивлению, Егор.

– Мы с тобой Сергей. Вчера долго спорили, но ничего толкового не

придумали, а у тебя явно, есть план действий. Да и обстоятельный ты и

продумываешь, каждое своё действие. Мы решили, тебе доверится и

согласны пойти к тебе в подчинение, на постоянной основе, а не временно.

Ты ведь партизанский отряд будешь делать?
– и все трое уставились на меня.

Так- так. Слишком грамотно Егор всё разложил, мужичок явно не простой,

нужно держать ушки на макушке.

– А скажи Егор, кем ты на гражданке был?
– с подозрением посмотрел на

него.

Мужики дружно заржали, а Егор покраснел, но ответил:

– На почте, почтальоном. После работы учился на бухгалтера. А что?

– Да речь у тебя правильная, как у студента вот и спросил - а потом

совершенно неожиданно даже для себя пропел:

– Не скучайте, Получайте.

Кто заждался, Кто влюблён!

Письма нежные, родные!

Деловые, заказные!

Всем вручает Егорёша! Аккуратный почтальон!

– Всем вручает Егорёша! Аккуратный почтальон!
– пропели все, вместе со