– Уверена.

– Зря, - сказал маг Мори.
– Они слишком близко.

Он помолчал, неожиданно спокойно глядя на неё. А в темноте убежища она не сразу, но разглядела, как дрогнула его рука. Короткое, едва заметное движение - потянулся к ножнам. Но ледяное убеждение в его лице, по которому мелькали отсветы костра, она уловила сразу и поняла, что он задумал.

– Мори, - холодно сказала она, - пошёл вон отсюда. Ты не посмеешь убить того, кто находится под моей защитой! Я буду с тобой драться, ясно?

Метта немедленно поднялась на ноги, вынув из ножен собственный меч.

От костра оглянулись, но попытки приблизиться не сделали.

– Ксения, вы плохо всё продумали. Ради одного человека вы рискуете жизнью и Метты, и своей, - снова сделал попытку уговорить её маг.

Обозлённая Ксения: времени и так мало, а он тут речи толкает!
– встала на ноги, быстро обошла лежащего раненого, ведя ладонью вокруг пространства, в котором он лежал. Она очертила силовые границы, через которые никто не сумел бы пройти - она это точно знала!
– и процедила сквозь зубы, обращаясь ко всем:

– Я прошу... Быстро уходите! Вы мне мешаете, ясно? Как будто специально тянете время, когда всё станет непоправимым! Уходите! Метта, сними с Корвуса доспехи, пока я готовлю всё нужное, чтобы поддержать в нём жизнь. Ты это сделаешь быстрей меня!

Вглядевшись в невидимые контуры защитной границы вокруг Корвуса, куда смогла пройти только волчица, Мори округлил глаза и уже с уважением взглянул на Ксению. Вновь прибывшие быстро встали и переговорили, как и куда побегут далее, пока Ксения будет выхаживать Корвуса.

В хороший результат последнего поглядывавший на неё Мори, кажется, всё-таки не верил. Даже сильнейшая защита его не убедила.

Они собрались быстро. Отогревшиеся воины и, насколько поняла Ксения, люди-поселяне просто встали от костра. Сиринга, размотавшая стягивающие повязки на ноге, подковыляла к Ксении и с детской непосредственностью обняла её на прощанье. Рубус дождался, пока Мори возьмёт женщину-эльфа на руки, кивнул Ксении и пошёл за остальными. Метта продолжала расшнуровывать на Корвусе уже не только доспехи, но и жилет под ними, время от времени поглядывая на Ксению, которая перебирала травы, притворяясь, что собирается лечить раненого ими.

Когда шаги беглецов стихли, заглушаемые дождём, Метта подвинулась к Ксении, почти касаясь её локтя, и спокойно сказала:

– Я сяду на входе - сторожить, чтобы больше никто не понял, что Адри с тобой. Лечи его, как скажет старуха. Если она уверена, что Корвуса можно спасти, то я буду ждать до последнего. Пока ты не скажешь, что сделала всё. Корвус - хороший воин, чтобы убивать его сразу, не попробовав сделать для него всё. Спаси его и от смерти, и от страшной судьбы.

И замолчала, чуть задыхаясь. Ксения в душе усмехнулась, вспомнив, что волчица не любит много говорить.

"Ох ты...
– задумчиво сказала Адри.
– И давно ли Метта знает?.."

Ксения не ответила. Она села так, чтобы положить себе на колени слегка приподнятую голову лежащего Корвуса, и обхватила её ладонями. Сначала не могла сосредоточиться, потому что чувствовала, как ладони не просто становятся влажными, но намокают - кровь сочилась даже из ушей Корвуса.

Сосредоточение пришло, когда она прислушалась к своим ладоням. Сначала она услышала пульс. Свой - успокаивающийся после недавней вспышки гнева. Толчками и внезапно уходящий до опасной неподвижности, до тишины - Корвуса. Затем она подняла голову к потолку капища, закрыла глаза и представила небо, скрытое за тучами. Огромное. Пронзительно синее. Солнце - маленькое золотое кольцо, ослепительно и тепло сияющее...

Сила хлынула в голову, затем в руки, а через них в голову Корвуса.

Женщина чувствовала её, словно обливаемая водой - тяжёлой, но ласковой...

Под этой силой Ксения качалась, сидя на коленях, стараясь удержаться и не упасть. А потом словно заснула наяву. Она продолжала качаться, будучи передатчиком силы сверху в раненого, но уже не чувствовала собственного тела. Ощущала лишь силовой поток, который заставлял время от времени вздрагивать и понимать, что она всё ещё сидит. Думать не могла... Лишь раз рассеянно отметила, что кровавые пузыри на губах Корвуса пропали. Но не могла оценить, хорошо ли это: жив ли он всё ещё, мёртв ли уже... Но хуже всего, что она не могла закрыть глаза - даже для того чтобы моргнуть... Иногда она стороной видела, что напротив садится на корточки Метта и заглядывает её в глаза, а потом снова исчезает из поля зрения... Всё закончилось, когда её ладоней коснулись неуверенные, слабые ладони Корвуса... И Ксения всё-таки повалилась набок. В меркнущем сознании проплыло лишь одно: "Я засыпаю? Или умираю?"

6.

Глухие переулки, тёмные дороги между домами... Ноги устали, а бежать ещё долго. А то вдруг догонят? Догонят - и сделают что-то страшное... "А ты не сдавайся", - шёпотом посоветовали рядом. Чуть не в ухо. Огляделась с ужасом: никого!
– и помчалась дальше, перелезая через заборы детских садов, ныряя под какими-то упавшими щитами, протискиваясь между рядами досок, которыми забиты знакомые с детства места родной улицы... "Хватит!
– велели.
– Сколько можно! Ты уже восстановилась! Открывай глаза!" Но улица по-прежнему тиха и темна, а значит, опасна...