– А сам вы где спать будете? – на всякий случай уточнила она.

– В комнате моей сестры. – Он кивком указал на стоящую рядом девушку. – Там две кровати, и вторая ей определенно не нужна.

– Еще как нужна! – запротестовала та.

По-прежнему не видя ее лица, Скарлетт могла бы поклясться, что оно искажено от недовольства.

– Не будь грубой, – сказал молодой человек сестре и, обратившись уже к Скарлетт, добавил, пресекая дальнейшие возражения: – Я настаиваю! Узнай моя матушка, что я позволил продрогшей молодой даме спать на полу, она бы отреклась от меня, и я бы не стал ее винить. – Он протянул испещренную татуировками руку, чтобы помочь Скарлетт подняться. – Кстати, меня зовут Данте, а это моя сестра Валентина.

– Скарлетт. Благодарю вас, – осторожно проговорила она, все еще удивленная тем, что он ничего не требует взамен. – Это очень великодушно с вашей стороны.

– О, не нужно так щедро расточать мне похвалы.

Данте задержал руку Скарлетт в своей дольше допустимого этикетом. На мгновение его темные глаза скользнули вниз по ее шее, и Скарлетт могла поклясться, что его щеки порозовели, но, не желая смущать ее, он снова поднял глаза.

– Я мельком заметил вас, пока сидел в таверне. Мне показалось, вы были со спутником?

– О, я… – Скарлетт заколебалась.

Она поняла, к чему клонит Данте, но не знала, связано ли его любопытство исключительно с игрой или он в самом деле ею заинтересовался. В одном она не сомневалась: пристальный взгляд Данте согрел ее озябшее тело. Она подумала, что, встреть Хулиан в коридоре хорошенькую девушку, не стал бы признаваться, что приехал с невестой.

– Если вы свободны, не согласитесь ли поужинать со мной после наступления сумерек? – спросил он, а Валентина застонала. – Помолчи! – обратился он к сестре. – Прошу вас, не обращайте на нее внимания: она сегодня вечером слишком много выпила и потому еще менее приятна в общении, чем обычно. Уверяю, что, приняв мое приглашение поужинать, вам не придется терпеть общество этой особы.

Данте продолжал улыбаться Скарлетт именно той улыбкой, о которой она всегда мечтала: как будто он не только находит ее привлекательной внешне, но и хочет оберегать и заботиться о ней. Он буквально не сводил с нее глаз.

«Граф будет смотреть на меня так же», – мысленно заверила себя Скарлетт. Хоть Хулиан и выдавал себя за ее жениха, не стоило забывать о ее истинном нареченном – и соблюдать осторожность.

– Сожалею, но я не могу. Я…

– Все в порядке, – быстро проговорил Данте, широко улыбаясь – но не так искренне, как раньше. – Вы не должны мне никаких объяснений.

Он молча проводил ее к своей комнате и вручил ониксовый ключ. На долю мгновения оба напряженно застыли у узкой стрельчатой двери. Скарлетт испугалась, что, вопреки заверениям, Данте все же попытается войти внутрь вслед за ней. На самом же деле он просто дожидался, пока она отопрет замок.

– Сладких снов, – прошептал он.

Ответные слова замерли у Скарлетт на губах, стоило ей переступить порог. Стоящая на низеньком комоде масляная лампа освещала висящее на стене зеркало. Даже в полумраке Скарлетт отчетливо увидела свое отражение: темные волосы ниспадали на плечи, едва прикрытые тонкими оборками невесомой белой ткани.

Она ахнула. Коварное платье снова преобразилось, превратившись в прозрачное кружевное недоразумение, слишком легкомысленное, чтобы носить в общественном месте или во время разговора с незнакомым молодым человеком.

Скарлетт захлопнула дверь, даже не попрощавшись. Теперь понятно, почему Данте не сводил с нее глаз.

Спалось Скарлетт плохо.

Ей снился Легендо. Снова вернувшись на позолоченный балкон, она пыталась прикрыться шторами, поскольку из одежды на ней был лишь откровенный черный корсет с красной нижней юбкой. Тут с важным видом вошел магистр, щеголяя знаменитым синим бархатным цилиндром и, окинув ее исполненным лукавства взглядом, поинтересовался:

– Что это вы делаете?

– Я просто хотела посмотреть игру, – отозвалась Скарлетт, плотнее кутаясь в занавески, но Легендо оттащил ее. Его рука оказалась холодной, как лед, а вечно юное лицо скрыто в тени.

Мороз пробежал по обнаженным плечам Скарлетт.

Рассмеявшись, Легендо обхватил ее за талию обеими руками.

– Я пригласил вас сюда не для того, чтобы вы были зрительницей, драгоценная моя. – Его губы приблизились к ее губам, будто для поцелуя. – Я хочу, чтобы вы сыграли, – прошептал он и… сбросил Скарлетт с балкона.

Скарлетт проснулась в холодном поту: лоб покрыт испариной, кожа липкая. Она понимала, что всего лишь видела сон, но на мгновение ей показалось, что магия Караваля – магия Легендо – каким-то образом проникла в ее мысли.

Или, может быть, сон стал отражением ее мыслей? Дважды ей говорили, что происходящее на острове – лишь игра, но она вела себя так, как будто все здесь по-настоящему, и каждый ее поступок будет раскрыт, осужден и наказан.