Дальше, за пределами наложенных наноботами ограничений, будущее представлялось мне простым и понятным. В Сети было полно предложений от горнорудных компаний из Пояса, которым постоянно требовались пилоты боевых кораблей для защиты от пиратов. Предлагались прямо-таки огромные зарплаты, бонусы и доли от продажи трофеев. И, что мне достоверно было известно, бывших военных они брали более чем охотно.

Сказать по правде, был огромный соблазн плюнуть на поиски работы и как-нибудь растянуть оставшиеся деньги. Но после кропотливых расчетов, идею пришлось оставить. Бросить тренировки и меньше кушать не пошло бы на пользу организму, а в Поясе, где что ни день, то битва, любой телесный изъян мог привести к смерти. Ну и кроме того, по завершении лечения, еще предстояло весьма затратное путешествие на столичную станцию, в центральный госпиталь к доктору Фишерману. Так что бюджет был расписан заранее, и предполагал хоть какие-нибудь денежные поступления.

На быстрый успех в судебной тяжбе против ВКСС я тоже не мог рассчитывать. Адвокат, к которому обратился по совету капитана Высоцкого, подтвердил, что в моем случае шанс заполучить накопившуюся за девять лет службы медицинскую страховку весьма велик. И что он, Дамир Олегович Курбанов, охотно за мое дело возьмется. Только сразу предупредил, чтоб я не витал в облаках и не ждал чудес. Прежде чем попасть-таки в суд, наш иск должен был пройти массу инстанций.

– Да будет тебе известно, юноша, - тыкая тонким жилистым пальцем в потолок, вещал старый, наверное, лет за сорок, юрист.
– Что флот, это огромная административная машина! И чтоб все сервоприводы этого агрегата провернулись, следует обильно смазывать его документами. Вот именно этим мы с вами сейчас и станем заниматься...

Господин Курбанов советовал набраться терпения и без совета с ним ни на какие сделки с ВКС не идти.

– Для них сумма не столь велика, - морщился он.
– Но эти сквалыги станут спорить за последний пятак, не то что за сто семьдесят одну тысячу!

А так-то, кабы удалось бы стребовать страховку в ближайшее же время, как могло бы быть все чудесно! Снял бы домик на втором уровне у парка. Птички там всякие, муравьи. В бассейн бы ходил, пусть бы меня плавать научили. Быть может, с какой-нибудь девушкой бы подружился. Так-то, для поддержания гормонального баланса, вполне довольно раз в месяц посещать специально созданные для получения сексуальных удовольствий заведения. На Третьем их хватало, но хотелось то чего-то... да к Демонам! Настоящего хотелось. Искреннего, как в тех обожаемых женами офицеров сериалах. Блеска в глазах, прогулок в вечерних сумерках, и нежности. Бесплатно. От души, а не корысти ради.

В общем, врываясь в стеклянный куб офисного здания, я уже, большей частью, успокоился. Во всяком случае, взглянуть какого цвета у поддонка кровь больше не тянуло, и мечты о выворачивании ему ноги коленями назад не вызывали восторженного сердцебиения. Сказать по правде, сломать пару пальцев надменному ублюдку я бы не отказался, но и то... Скажем так - смеяться от счастья в процессе уже не стал бы.

Момент, когда сумел проложить подсказки к маршруту, как-то вылетел из памяти. Но благодаря желтым стрелкам, исправно всплывающим в глазах на каждом повороте, по здоровенному комплексу я не плутал. Сразу пришел куда нужно.

Контора богатством и изысканностью отделки не блистала. Примитивный, даже не человекоподобный робот в качестве секретаря. Простенькая мебель и вирт-интерьер из каталога "Стандартные формы и бесплатные образцы". Ну и тщательно уложенная прическа этой скотины, выглядывающая из-за огромного монитора настольного сетевого терминала.

– Осипенко?
– не слишком учтиво прорычал я. И, сказать по правде, никакого желания любезничать с этим ушлепком и не было.

– М-да-да-м, - чуть ли не пропел обитатель кабинета, будто бы вовсе не заметив моей грубости.
– Чем наша компания может вам помочь?

– Покончите жизнь самоубийством?!
– сделал вид что не поверил я.

– Простите?

– С чего бы это?
– отказался я.
– Демоны простят.

– Вы по какому вопросу?
– Осипенко стер, наконец, с лица масляную улыбку и даже нахмурил выщипанные в ниточку, по последней моде, бровки. Выглядела его наигранная суровость донельзя забавно.

– По насущному, - признался я.
– Очень мне знать, в чем именно мы, отставные военные, ущербны.

– А вы, собственно, кто?

– Я же сказал, - настала моя очередь удивляться.
– Вы не внимательно слушали.

К слову сказать, никаких сильных эмоций в отношении этого... ущербного человека я больше не испытывал. Брезгливость если только. При одной только мысли, что об этого человека еще десять минут назад я намерен был руки пачкать, меня даже передергивало всего. По-хорошему, следовало бы плюнуть этой мрази на виртуальный ковер и уйти. А я, за каким-то лядом, остался. Сам не знаю почему.

– Э-э-э-э... Как там у вас это принято называть... Вы - демобилизованный?

Интересно было наблюдать за этим человеком. Сразу было понятно, что сначала господин Осипенко не на шутку струхнул. Даже побледнел немного. А потом, вдруг, кстати - непонятно почему, успокоился. Расхрабрился. Или оценил мою, сказать по правде, не слишком мускулистую комплекцию, или вызвал кого-то на помощь.

– И чем конкретно вызван ваш визит?
– продолжал наседать Осипенко.
– Мы где-то встречались? Мы знакомы? Я не расслышал вашего имени...

Конечно, не расслышал! Я его и не говорил. Светлой памяти мичман Филлипчук любил говаривать, что изобретатели нейросетей наверняка не попали к демонам Бездны на вертел лишь за одну особенность своего проклятого творения. Только за то, что имплантат, без которого немыслимо существование современного общества, тем не менее, не сообщает без дозволения хозяина каждому встречному и поперечному кто ты и что ты. Обитателям Содружества все та же, как и прежде, приходилось представляться.