– Значит, я был прав, Фелиция еще понадобится Арниму Зола… Этот кристалл является сосудом некоей силы, Локи?

– Я не могу сказать точно, пока вы не покажете мне его…

– Всем известно, что у тебя страсть к энергетическим артефактам, златорожка, так что думаю, не стоит рисковать, - иронично припомнил Тони, глядя на Тора, не знающего куда деть спящую его руках Фелицию.
– Выскажи свои предположения, а мы подумаем, допустить ли тебя до него…

– Железный Человек, а ты не растерял своей спеси, - усмехнулся Локи, возвращаясь в кресло.
– Таких артефактов девять - по одному на каждый мир. Я думаю, они сохраняют в себе силу проводников, пока она не понадобится им, - он кивнул в сторону Фелиции.
– Хельхейм - загробный мир, и его сила не может принести ничего хорошего…

– Ей нужно научиться контролировать себя.

– Я не гарантирую, что это возможно… Постойте, нет, - Локи повёл указательным пальцем из стороны в сторону.
– Я слышу ваши мысли, Фьюри, и они мне не нравятся. Я не могу научить ее тому, что не в моей власти…

– Но больше некому, - понял ход мыслей директора Стив, до этого не проронивший ни слова.
– Кто как не ты, маг, - сказал он скептично, - может научить ее самоконтролю?..
– в его голосе проскользнули нотки встревоженности.

***

Тор сообщил, что Один отправился к голове Мимира - обезглавленного великана, символа мудрости асов и других народов, знающего историю миров от самого ее начала. Мимир наверняка сможет помочь узнать для чего же нужна столь мощная энергетическая машина с живыми проводниками.

Фелиция могла разговаривать спокойно только с Брюсом, посему ей всё же удалось узнать о последних событиях и подробности о чертежах. Она редко попадалась на глаза не только мстителям, но и другим агентам, держащимся от нее как можно дальше. Она воистину перешла к кошачьему образу жизни и теперь бодрствовала только ночью, выбираясь в столовую, чтобы подчистить запасы холодильника. Далее она обычно заглядывала к доктору Беннеру, стараясь вести себя более или менее жизнерадостно. Хотя была ли в ней жизнь? Локи говорил страшные вещи, в которые слишком трудно было поверить. Вот она здесь, на ногах, дышит, и сердце ее бьется. Как-то внезапно вошло в привычку проверять собственный пульс и прислушиваться к каждому удару. Только оболочка… Вернувшаяся на землю душа, которой не место среди живых.

Фелиция была напугана, как никогда раньше. Брюс как-то вспомнил о своем предположении касательно электротепловой энергии, заставляющей часы и кардиодатчик сбиваться с ритма. Он старался сглаживать печальный настрой Фелиции, призраком шатающейся по ночному зданию, сочувствовал ей, рассказывая о том, как долго привыкал и не мог контролировать появление “другого” себя. Гордостью из его уст звучало заявление, что он прожил без единого инцидента с самого нападения читаури, и как много для него это значило.

Локи появился в лаборатории без стука, впрочем, разве принцу пристало соблюдать правила этикета простых смертных? Брюс внутренне напрягся, ведь тот был без сопровождения, а Фелиция спрыгнула с лабораторного стола, на котором до этого сидела, и положила ладонь на кобуру на бедре.

– Мне казалось, у тебя есть нечто посильнее этой железной штуковины, - усмехнулся Локи, подняв руки вверх, пытаясь проявить и получить доверие.
– Фьюри сказал, что я найду тебя здесь.

Она смотрела на его странное одеяние, будто тот ограбил магазин косплея “Властелина колец” - средневековый кожаный сюртук темно-синего цвета, черные сапоги - это при температуре семьдесят семь градусов по Фаренгейту за окном. Тёмные одежды и острые черты неестественно бледного лица делали его похожим на грифа-падальщика.

– Весьма необычное сравнение, - заметил Локи, взглянув в отражение стекла одного из холодильников.
– Что такое косплей?

– Если ты можешь читать мысли - это не значит, что ты имеешь на это право, - огрызнулась Фелиция.

Он подошел к стенду, на котором специальными тисками был закреплен кристалл, протянул к нему руку и закрыл глаза.

– Я бы не стал этого делать. Директор знает, что ты вторгся в лабораторию?
– спросил Беннер, поневоле сделав шаг назад.
– Как тебя пропустили агенты на входе?

– Вторгся?
– удивленно и вместе с тем настороженно переспросил тот, подняв веки.
– Я пришел по его просьбе за ней, - он указал взглядом на Фелицию, - а так же взглянуть на кристалл.

– За мной?
– уточнила Фелиция, указав на себя пальцем.
– Сейчас два часа ночи и мне кажется, что посыльным тебя вряд ли бы уговорили поработать.

Она фыркнула и сложила руки на груди, но Локи не удостоил ее внимания, он, шумно втянув носом воздух, снова закрыл глаза, напряженно раздвинул пальцы, и кристалл засветился - его млечное содержимое на миг вырвалось наружу, лизнув бесплотным “щупальцем” ладонь. Локи, точно ошпарившись, отдернул руку и отступил на шаг, скривившись от боли.

– Надо же, какой мощный артефакт!
– в его голосе не было восхищения, скорее, глубокое презрение, скрывающее обиду.

– Итак, что-то еще узнал?
– делая вид, что не заметил, как тот обжегся, и не проявляя никакого участия, спросил Беннер.

На лбу Локи выступила испарина, но он выпрямился и убрал раненную руку за спину, не показывая слабости.

– Сосуд силы хранителя Хельхейма, - сообщил тот, - я лишь убедился в этом. Но в нем заключена еще часть силы, пока не отданная Хранителю.