— Мне кажется, я тебя уже видел где-то… — хрипит он над ее ухом, и она крепче стискивает челюсти, напоминая себе о том, зачем пришла сюда и устроила весь этот спектакль. — Ты горячая девочка, думаю, я оставлю тебя больше, чем на одну ночь. Что скажешь на это?

— Предел мечтаний, — скомканно отзывается Елена, выдавив улыбку.

В следующее мгновение Коул резко толкает ее на колени на пол и подталкивает к своей ширинке, высокомерно глядя на нее сверху вниз. Закусив нижнюю губу, она расстегивает молнию, приспускает его штаны и на мгновение замирает, надеясь, что сможет забыть этот момент.

— Что же ты остановилась, сучка? — усмехается он, грубо схватив ее за волосы. — Я хочу, чтобы ты хорошенько мне отсосала. Так что вперед!

— Ты меня вообще не узнаешь, верно… — неожиданно шепчет она, облизав губы, и он непонимающе хмурится.

— А что, мы знакомы? Трахались уже? Не думаю, потому что такую задницу я бы абсолютно точно не отпустил. Жду не дождусь, пока засажу тебе по самые яйца и буду трахать тебя до гребанного утра, — он плотоядно улыбается, и Елена понимает, что у нее больше нет сил.

Не давая себе времени на раздумья, она выхватывает из-под куртки оружие и, направив ее на промежность Коула, выстреливает сразу несколько раз. Он вскрикивает так громко, что на мгновение она перестает слышать, а потом вскакивает и несется вниз, перепрыгивая через несколько ступеней за раз.

Кровь стучит у нее в висках, и, когда Елена слышит топот с нижнего этажа, она открывает окно на втором и выпрыгивает на улицу, приземлившись на гору мусора. Даже не думая отряхиваться, она бежит дальше, с размаху запрыгивает на мотоцикл и нажимает на газ, стремясь как можно скорее покинуть этот район.

Только через десять минут она позволяет себе остановиться и перевести дух. Адреналин подскочил в крови, конечности трясутся и не слушаются, и она падает прямо на асфальт, обхватив голову руками. Одновременно хочется и кричать, и смеяться от смешанных эмоций, и, все же поднявшись на ноги, она снова садится на мотоцикл только с одной мыслью — вернуть домой и целовать Деймона до самой смерти.

Она уже собирается поехать, как в ее кармане начинает гудеть мобильный. Закатив глаза, девушка нехотя достает его и, даже не посмотрев на экран, прижимает к уху, намереваясь послать к черту каждого, потому что это явно не Деймон, а на остальных ей сейчас плевать.

— Елена Сальваторе? — смутно знакомый женский голос заставляет ее нахмуриться, и пару секунд Елена не двигается, пытаясь понять, почему ситуация ей кажется знакомой. — Шериф Форбс. У меня…

— Нет, — все резко становится на свои места, и девушка начинает качать головой, пятясь назад. — Нет, не надо… Пожалуйста, молчите, ради Бога…

— Елена, дело в том, что…

— Нет, нет, не надо! — ее голос подскакивает, и она прижимает руку к губам, боясь услышать следующие слова, которые обрушиваются на нее лавиной.

— Мне правда жаль, но… — Елена борется с желанием бросить телефон, но лишь крепче сжимает его, плотно зажмурившись, — Деймон Сальватор погиб.

— Не-е-е-ет! — она бросает телефон в сторону и падает на колени, обхватив голову руками. Весь мир начинает вращаться, и она с такой силой сжимает челюсти, что прикусывает кожу и чувствует вкус своей крови.

Голова идет кругом, все вокруг становится каким-то черно-белым и размытым, и она даже не в состоянии раскрыть глаза, чтобы хотя бы немного оглядеться и подумать о том, что здесь может проехать машина. Но это сейчас кажется настолько неважным, что она утыкается лицом в колени и шумно сглатывает. Потом резко вскакивает, ударяет ногой по шине мотоцикла и запускает пальцы в волосы, сдавленно рыча сквозь сжатые зубы. Ее переполняют такие сильные эмоции, что Елена с трудом держится на ногах, покачиваясь, но потом вдруг замирает, когда понимает, что с ее лицом что-то не так. Она поднимает руку и касается своих щек, осознав, что по ним течет влага. Пара секунд у нее уходит на то, чтобы понять, что это.

Она плачет первый раз в жизни.

Комментарий к 31. Отомстившая. Я зарылась в снегах.

====== 32. Потерявшая. ======

Елена почти не помнит, как доезжает до дома. Все происходит как в тумане, она двигается как на автомате, даже не думая следить за правилами дорожного движения и скоростью. Возле дома те же скорые, та же полиция, толпы зевак, люди в форме, носилки… Она оставляет мотоцикл и медленно идёт к дому, не глядя ни на кого.

В этот раз взрыв был явно тщательно подготовлен — пострадала только левая половина дома, как раз там, где располагается комната Деймона. Располагалась. Что-то сжимается внутри, и она отворачивается, на мгновение зажмурившись. Чувство дежавю набатом бьёт по нервам, и она морщится, пытаясь взять себя в руки.

В какой-то момент Елена ловит себя на том, что что-то все же изменилось: в прошлый раз был страх, страх одиночества и беспомощность. Но сейчас все иначе — дикая, просто всепоглощающая боль, рвущая все внутри на части, и желание отомстить, такое жгучее, что металлом отдаётся на языке.

— Мисс Сальваторе, — слышится из-за спины, и девушка, обернувшись, видит шерифа Форбс, которая обеспокоенно смотрит на неё, — мне очень жаль.

— Спасибо, — холодно отзывается та и отводит глаза, снова глядя на дом, — я так понимаю, никто и ничего не видел, как и в прошлый раз? — её голос звучит скучающе, но в нем царит такая опасность, свойственная Деймону, что женщина бледнеет и покрывается красными пятнами.