Борик выдохнул, выпил махом, опустил голову на руки. Миг не знал, как реагировать.

– Ну, в конце концов, Проекту виднее, зачем мы ему нужны, - неуверенно начал он, - Может же быть у проектников самодеятельный театр. А театру требуется хороший режиссер.

– Самодеятельность, значит, - медленно проговорил Борик, - Они будут возвращаться с новых площадок на Периметре, с холода, где замерзший воздух скрипит под ногами, со строительства термоядерных установок, светящиеся от радиации, а я буду их учить становиться в красивые позы?

Глаза Борика заблестели от выступивших слез.

– Ради этого я должен оставить "Мир", родителей, друзей?
– прошептал он.

Борик откинулся на спинку стула.

– Завтра я должен ответить. Я не пойду.

Миг похолодел.

– Ты же знаешь, что два раза в Проект не зовут. Ты потом сойдешь с ума от ужаса за непоправимую ошибку.

Борик махнул рукой.

– Поздно. Сегодня утром я завербовался на Нижние уровни. Ремонтником. Туда всех берут. Они работают вплотную к внешним стенам. Может быть, там удастся разобраться, что к чему. В себе разобраться.

Миг помотал головой.

– Борик, это очередная завиральная идея. До завтра ты отойдешь, будешь потом смеяться над ней, как над той твоей бредовой теорией, что мы не на Земле.

– А почему ты думаешь, что она бредовая?

– А ты в нее до сих пор веришь?
– удивился Миг.

Борик кивнул.

– Потому что вот это, - он обвел рукой круг, - не может быть нашей родиной. Наливай, я сегодня хочу напиться...

... Впервые о существовании людей, желающих переехать и даже уезжающих в Америку, Мишка с искренним изумлением узнал еще младшим школьником из разговора электрика дяди Иннокентия с мамой. Во время починки проводки тот рассказал ей, что вчера в передаче про Америку увидел мельком парня, очень похожего на его шибко образованного племянника Ваську, свалившего туда десять лет назад.

– Улыбался, засранец, - беззлобно заметил дядя Иннокентий, - Но они там все лыбятся. А вид у него какой-то потерянный, придурковатый. Правду говорят: нечего там нашему человеку делать.

Миг выключил визор и еще несколько минут тупо глядел в погасший экран. Потом оделся и медленно направился по коридору. На половине пути к Светинским он ускорился, а затем побежал, что есть мочи. Без стука плечом толкнул дверь и почти упал в секцию.

Марина сидела в своей комнате в кресле, одетая в красный выходной комби. В свете желтой лампы ежик на голове девушки отливал золотом. Кроме нее в секции Светинских никого не было. В руках Марина держала ридер и смотрела в сторону.

Миг подбежал к ней, рухнул на ковер у ее ног, взял за руку.

– Миг, - со спокойной улыбкой тихо произнесла Марина, - Спасибо, что пришел.

– Ты видела?

– Да, конечно, - Марина слегка кивнула.

– Я не представляю, какое это потрясение для тебя, - Миг целовал ей руки, - но ведь для нас это ничего не меняет, верно?

– Верно, - то ли сказала, то ли всхлипнула Марина. Только теперь Миг понял, как сильно она волнуется, - Я рада, что не ошиблась в тебе.

Она заплакала. Уронила голову на его руки поверх своих. Миг неловко погладил ее по волосам.

– Не плачь, милая, все будет хорошо, - пробормотал Миг и ругнулся полушепотом, - Зачем он, вообще, согласился на участие в этой чертовой передаче!

– Но это условие нашего выезда, - проговорила Марина, улыбаясь сквозь слезы, - Ему пришлось сыграть роль дурачка, клоуна, чтобы нас выпустили. Это не слишком высокая плата.

"Нашего? Нас?" Миг в недоумении посмотрел на Марину.

– Но ты, ведь, не поедешь?

– Конечно, я поеду в Америку.

Миг замолчал.

– Миг, они совсем затравили отца, - прошептала Марина, - Все началось после его докладных о нестыковках расходования электроэнергии в проектных программах. Поднялся скандал, а в результате его же во всем и обвинили. Папу сняли с должности. Мы ждали перевода, а они все тянули. Не говорили, куда его назначат. Называли разные ужасные места. А пока папа сидел без работы. Ему стали давать паек временно не работающего. Это так унизительно, - Марина опять опустила голову на руки и всхлипнула.

Миг почувствовал ужасный стыд и злость на себя.

– Но я же не знал! Ты мне ничего не говорила.

– Мог бы и сам понять, - Марина махнула рукой, - Но ты все время витал в своих математических облаках, - она ласково потрепала Мига по голове, - Да я тебя не виню, иначе ты бы не был Мигом. Я сама тебя такого выбрала.

– Но я мог бы попытаться помочь, - неуверенно начал Миг.

Марина печально улыбнулась.

– А что бы ты сделал, пошел бы возмущаться в Совет?

Миг вспомнил дядю Сашу, потом их последний разговор и мысленно согласился с Мариной.

– А потом появился мистер Джексон, и предложил хорошую позицию в Америке, - продолжила девушка, - И высокое жалование. Просторную секцию с садом. И мы решили ехать.

– Но, Марина, - Миг подался к ней, - послушай, но даже если это выход для твоего отца, тебя-то ехать никто не заставляет. Ты можешь остаться!

– Могу, - кивнула Марина, - но после всего, что случилось, уже не хочу.

– А как же я?
– растерянно прошептал Миг.

– Ты можешь поехать с нами.

Миг потерял дар речи. Несколько раз поймал ртом воздух.