Музыка меняется на песню “Right Now” Mary J. Blige, и женщина тянет Киллиана на танцпол. Он позволяет ей. Нет, он не делает ничего непристойного. Просто танцует. Но это не меняет того факта, что другая женщина трогает его, раскачивается и трется в такт ритму.

Бренна тихо произносит мне на ухо:

– Жизнь движется вперед, Либби. Попытка остановить или перемотать ее - пустая трата энергии.

Вид танцующего Киллиана режет мое сердце. Не могу дышать. Я никогда не была ревнивой. Смело могу сказать, что это худшее чувство на земле. И теперь оно извивается внутри меня, пока я не хочу броситься вперед, чтобы просто избавиться от него.

Всё, что я сказала ему, всё, что он сказал мне, то, что мы сделали - всё это кружится у меня в голове. Я думаю о дне, когда впервые увидела Килла, развалившегося на моей лужайке. Если бы я взяла телефон и вызвала полицию вместо этого, чтобы с ним случилось? Прямо сейчас я была бы в блаженном неведении. Надежно укрыта от всего мира. От жизни. Жизнь без Киллиана.

Когда рука женщины сжимает зад Киллиана, я встаю, ударяя по столу. Напитки проливаются, стол вздрагивает.

– Прости, - бормочу Бренне, которая отодвигается с моего пути.

Мой выход из-за стола далеко не изящный, скорее в духе движений бульдозера, который сносит всё на своем пути. Голова Киллиана резко дергается, его глаза находят мои. Взволнованное выражение искажает его лицо.

Я могу лишь смотреть в ответ, вбирая его образ.

Его темные волосы, так коротко стриженные, выделяющийся резкий изгиб его скул, косые линии бровей и мягкие линии губ. Он красивый мужчина. Одетый в черную рубашку и черные брюки, он абсолютно не похож на того человека, которого я нашла пьяным на газоне. Здесь он - привлекательный миллионер, беззаботный клевый рокер, неприкасаемый идол, кусочек которого хочется получить каждому.

Люди окружают его, образуя стену из плоти между нами. Я игнорирую это. Это не настоящее.

Его хмурость нарастает, когда я подхожу, уверено шагая. Сердце колотится внутри так сильно. Я не знаю, что он видит на моем лице, но его спокойное выражение лица трескается. Темные глаза отражают целеустремленность, а тело становится выше. Он высвобождается от рук женщин и движется, так грациозно и властно.

Глубоко внутри я начинаю дрожать. Я могу справиться с желанием. Но эмоции на его лице, словно он знает - он знает – что я разваливаюсь на части, и он тоже, заставляют навернуться на глаза слезы. Я дважды моргаю и иду к нему, продвигаясь между толпой людей.

Он встречает меня на пол пути, останавливая и блокируя своим телом от окружающих. Опуская взгляд, Киллиан смотрит на мое лицо.

– Элли Мэй?

Я откидываю голову, чтобы встретиться с ним взглядом.

– Газонный бродяга.

Вытягиваю руку и прижимаю ладонь к его щеке, ощущая щетину, и притягиваю парня ближе. Наши губы встречаются - его с вопросом, мои с требованием. И затем он издает низкий звук, словно вздох, но резче, с чувством потребности. Его руки оборачиваются вокруг меня, притягивая к себе, когда Киллиан наклоняет голову и углубляет наш поцелуй, забирая силу из моих коленок. Но при этом он держит меня крепко, не давая упасть.

Здесь, на танцполе, мы целуемся, и это грязно, запутанно и наполнено молчаливым признанием: "Прости меня. Знаю. Ты нужен мне. Ты нужен мне так сильно".

Когда мы наконец-то отстраняемся, его губы изгибаются в полуулыбке, а пальцы переплетаются с моими.

– Значит, всё в порядке.

Я снова касаюсь его щеки.

– Я обожаю тебя, Киллиан Джеймс. Чтобы ни случилось, я не хочу больше скрывать тебя, словно что-то постыдное. Все должны это знать.

Его улыбка становится шире, и он прижимает свой лоб к моему.

– Уверен, что теперь все в курсе.

Я прижимаюсь к нему.

– Хорошо. Тогда я не должна делать заявление.

Полусмешок покидает его. Ладонь Киллиана опускается на мою шею и слегка сжимает. Я закрываю глаза.

– Время идти, - шепчет он.
– До того, как я трахну тебя прямо здесь.

Я не могу прекратить усмехаться.

– Перенеси вещи в мою комнату. Или я перееду в твою.

– Куколка, - он снова меня целует, на этот раз нежно, а затем прижимается щекой к моей.
– Конечно, ты знаешь. Это так больно.

– Вы уже закончили?
– раздраженный тон Джакса выключает наше сияние в одну секунду.

Киллиан выпрямляется во весь рост и разворачивается. Отвращение во взгляде Джакса на самом деле больно видеть. Не уверена, что он мне когда-то нравился, но он - лучший друг Киллиана и важен для него.

– Ага, - говорит Киллиан тихо, но ледяным голосом.
– Мы закончили.

Джакс фыркает.

– На хрен, я знал это. Думаешь своим членом.

Я вздрагиваю, и Киллиан крепко сжимает мою руку, притягивая ближе к своему боку.