– Римус… – Протянул Сириус. – Не знаю, вроде бы мы были дружны, но почему он появился на горизонте только сейчас? Он не делал передачи мне в тюрьму и не встречался с Гарри Поттером, я это уже выяснял. И вот, я сбегаю из Азкабана, и он вдруг откуда-то всплывает… Так, ладно, с этим потом разберусь. Где Питер?

Я достал из сумки клетку с упакованной крысой.

– Эге, как ты его, - чуть ли не присвистнул Блэк. – Упаковал, как рождественский подарок! Ха-ха-ха-ха! – Он ощерился и уставился на грузына, выхватив клетку у меня из рук. – Ну что, Питер, приятель, развлечёмся? Ты мне за всё ответишь: за смерть Джеймса и Лили, за их предательство, за мои «счастливые» двенадцать лет, проведённые на курорте Азкабан…

Крыса не пошевелилась и не прореагировала. Блэк смутился и потыкал в мордочку грызуна пальцем.

– Он живой? – спросил Сириус у меня.

– А я знаю? Я перестраховался и Петрификусом с Конфундусом отоварил, плюс связал. Кстати, клетка трансфигурированна второкурсником, так что осторожней.

– Отличная работа, мелкий, – похвалил меня Блэк, при этом прожигая ненавистным взглядом крысу. – Это точно гадёныш Петтигрю, я его узнал. Тебе хватило денег?

– Хватило и ещё несколько сотен осталось.

– Отлично, оставь себе на конфеты, – сказал Блэк.

– Сириус, тебе ещё нужен амулет отвода глаз?

– Нет, держи, – сказал Блэк и вернул мой амулет.

Я тут же надел амулет себе на шею.

– Мелкий, есть ещё вопросы? – нетерпеливо спросил Сириус, поглядывая на крысу.

– Полно. Но основной и насущный – как защититься от дементора? Мне очень не понравилось, что никак не мог защититься от его влияния.

– Основной способ защиты от дементора – это заклинание Патронус, но оно очень сложное и требует обострённых позитивных эмоций, – ответил Блэк. – Это оформленные в виде магического защитника счастливые воспоминания.

– Нет, это не мой вариант. Распалить злость для Авады проще, чем вызвать позитивные эмоции, тем более в присутствии этих тварей. Лучше скажи, как их убить.

– Не буду спрашивать, откуда тебе известно как наколдовать Аваду, - сказал Блэк. – Убить дементора в теории можно, но очень сложно. Вроде бы можно защитить сознание при помощи Окклюменции и сжечь этих тварей мощными огненными заклинаниями.

– Ладно, Сириус, не буду тебя задерживать. Смотри, чтобы крыса не сбежала.

– Я постараюсь изо всех сил, - ухмыльнувшись, сказал Блэк.

Он проводил меня до выхода из Визжащей хижины, закрыл проход, как только я покинул подземный ход.

Теперь Блэк отомстит бывшему другу, но меня совершенно не беспокоит этот факт. Петтигрю у меня ассоциировался с крысой, предателем и фашистом, а такие твари не достойны жалости и снисхождения.

У меня появилась новая задача – найти достаточно мощные огненные заклинания и методы защиты сознания, чтобы в случае встречи с дементором суметь дать отпор, а не погружаться в страшные воспоминания прошлой жизни, застывая безвольным болванчиком.

Глава 15

– Гарри, представляешь, – делился со мной новостью Джастин после того, как я вернулся в общежитие, – на первом же занятии УЗМС у третьекурсников на Драко Малфоя напал Гиппогриф!

– Гиппогриф? Это тот самый, который третьего класса опасности? Опасная магическая химера, являющаяся помесью орла и коня?

– Да, – ответил Джастин. – Он самый.

– Я знал, что неграмотному леснику нельзя доверять ведение такого опасного предмета, но чтобы он был настолько тупым, что на первый ознакомительный урок привести животное третьего класса опасности – это ни в какие ворота!

– Животных, – поправил меня Джастин. – Хагрид привёл целый табун гиппогрифов…

– Ещё лучше. Его не уволили?

– Нет, – ответил Финч-Флетчли, – но поговаривают, что Гриффиндорцы яростно с пеной у рта защищают Хагрида. Говорят, что он ни в чём не виноват и всё валят на Малфоя.

– Малфой идиот, но обвинять его в этом глупо. Учитель как раз и нужен для того, чтобы следить за малолетними дебилами, чтобы те не совались к опасным зверям. Знаешь, я даже рад, что отказался от УЗМС.

Несколько дней Малфой не появлялся в Большом зале. Сириус Блэк со мной не связывался и вообще была тишь и благодать, если не считать дементоров, парящие тени которых было видно вдали с астрономической башни во время урока астрономии.

Я искал в русских учебниках мощные огненные чары, но сильных боевых заклинаний не было даже в дополнительной литературе. В местной библиотеке тоже ничего такого не встречалось, а доступ к Запретной секции в этом году у меня отсутствовал.

В четверг Малфой показался в Большом зале и ходил по замку с видом великомученика раненного в жестокой битве: рука забинтована и на перевязи. Я вновь вспомнил себя после расстрела фашистами и с трудом удерживал насмешку. Судя по всему, там была всего лишь царапина, которую зельями давно уже залечили. Рябиновый отвар за считанные часы исцеляет довольно серьёзные раны, а перевязка – чистой воды выпендрёж.