Учёба вновь поглотила всё моё время. Помимо школьной программы и углублённого изучения трансфигурации, я продолжал с упорством тренировать невербальные заклинания при помощи перстня, чтобы когда-нибудь научиться их применять без концентраторов. Чтобы не пропадать дармовой силе, кидал заклятья в голема Ниндзя-Черепашку. В середине октября после очередного применения парализующего заклинания, в месте попадания на големе появилось выжженное пятно, после этого пятна стали появляться повсеместно. Поэтому с утра в школе я подошёл к Хоук.

– Лиз, привет. Твоё зелье выгорает.

– В смысле? – удивилась она, кивнув мне в ответ на приветствие.

– В прямом. После множества попаданий чар оно начинает выгорать. У меня голем покрылся копотью.

– Вообще-то я и не думала, что оно станет панацеей, – пожала плечами Элизабет. – А вот то, что оно выгорает по достижении определённого предела, для меня стало новостью. Спасибо, что сказал.

– Пожалуйста. Как Снейп? Ты его уже соблазнила?

– Этого соблазнишь... – скептически ответила Хоук, недовольно скорчив личико. – Черствый, как кремень. У меня сложилось впечатление, что он играет за другую команду, хотя не заметила, чтобы он засматривался на мужчин.

– То есть ты не отрицаешь, что пыталась его соблазнить?

– К чему отрицать и так явное? – Хоук пожала плечами и откинула прядь волос за правое ухо. – Такой мужчина... – Она закатила глаза. – Сволочь, он даже любовные зелья как-то умудряется игнорировать!

– Он же мастер зелий, наверняка пьёт антидоты.

Я не стал говорить, что лично посоветовал Снейпу их принимать, а то я мог бы схлопотать проклятье от девушки.

– Я тоже так подумала, – ответила Элизабет.

– Что нового в Англии?

– Без понятия, – ответила Хоук. – Когда я там бывала, то дальше дома Снейпа не ходила.

– Что значит твоё – когда я там бывала?

– Это значит, что я давно не перемещаюсь в Коукворт, поскольку Снейп уже несколько месяцев, как переехал жить в Сидней, – ответила Элизабет. – Он купил себе небольшой одноэтажный дом, варит сложные зелья на заказ, ведёт жизнь мизантропа и занимается исследованиями.

– Молодец мужик. Преподавания школьникам – это не его.

– Я тоже так думаю, – сказала Элизабет. – Северус вдали от родины словно ожил и стал другим человеком, хотя меньше язвить не стал. Зато теперь мы можем видеться чаще. Он вовсю натаскивает меня на мастерство в зельях.

– Если я увижу его на доске для сёрфинга, то это будет полный аут.

Элизабет ухмыльнулась.

– Если Северус и будет кататься на сёрфе, то только чтобы провести эксперимент по варке зелий во время заплыва на волнах и на его доске будет стоять котёл, – сказала она. – Как у тебя дела?

– Рассчитываю заклинание ступенчатой трансфигурации для получения мастерства.

– Ступенчатой? – спросила Элизабет. – Это как, и что во что будешь превращать?

– На первых порах нас учат, что нельзя трансфигурировать однородный предмет в неоднородный, а потом учат превращению неживого в живое. А живое и даже псевдоживое существо ну никак нельзя назвать однородным. Это как в начальной школе говорят, что делить на ноль нельзя, а потом говорят – забудьте всё, чему вас учили в школе... Для превращения в неоднородные объекты необходимы ступенчатые преобразования, которые происходят единовременно. Для примера возьмём башмак. У него будет резиновая подошва, войлочная вставка, сверху кожа и шнурки из хлопка. Следовательно – это сразу четыре преобразования! Можно делать так, как нас учат, или точнее, вас будут учить в последнем классе, то есть провести ступенчатые преобразования на голой воле. Неоднородный предмет волей разделяется на несколько частей и каждая часть по отдельности превращается в единый сложносоставной предмет – башмак. А можно использовать специальное заклинание, что снизит расход магических сил в три – пять раз и позволит получить нужный результат с наибольшей вероятностью.

– Ты весьма доходчиво объясняешь, – сказала Элизабет. – И какой предмет ты собираешься превращать?

– Вначале хотел сделать обычный автомат или пистолет, но нельзя, поскольку опасно.

– Чем же это может быть опасно помимо того, что это оружие? – удивилась Элизабет.

– Для ответа на этот вопрос расскажи, на каком принципе работает огнестрельное оружие?

– Это задачка дошкольного возраста, – ухмыльнулась Хоук. – Порох загорается, образуются пороховые газы, которые толкают пулю.

– И?!

– Не понимаю, – пожала плечами девушка.

– Ты же сама сказала – пороховые газы! Представь, что ты трансфигурировала камень в автомат, все его детали, в том числе и порох, состоят из камня. Ты постреляла из автомата, надышалась газов, потом трансфигурация закончилась... Как думаешь, ты очень обрадуешься каменной пыли в лёгких?

– Хм... – покивала головой Элизабет. – Логично. И что же ты делаешь?

– Воздушное ружьё.

– А разве это не игрушка? – удивлённо спросила Элизабет. – К тому же, там тоже будут газы – воздух.

– Ты права и не права одновременно. Мы привыкли видеть мелкокалиберные воздушные ружья в тире и считаем их чем-то вроде игрушки. Но на самом деле существуют охотничьи пневматические винтовки вплоть до калибра 9 мм. Это достаточно мощный калибр, дульная энергия у таких ружей достигает 300 джоулей. Такими пулями можно добывать практически любую дичь весом под восемьдесят килограммов или убить человека. А воздух внутрь закачивается специальным насосом, который может быть встроен в оружие, поэтому газы не будут трансфигурированными. Конечно – это будет не боевое оружие, а скорее, винтовка для волшебников, увлекающихся охотой на мелкую и среднюю дичь. Сложно назвать боевой даже винтовку с нарезным стволом, в которую надо какое-то время накачивать воздух, чтобы потом сделать два десятка выстрелов.