– Ну а что ты тогда намерен...

– Погоди, - перебил программиста Марин.
– Пректон, о какой атаке ты упомянул?

Все затихли, тут же вспомнив «Утеху». Нет, ну почему именно Вайона угораздило?

– В квадрате за номером 3769-20 возникла неопознанная множественная угроза, направленная на разрушение личности Вайона. Я был вынужден игнорировать протокол о запрете на управление личностной матрицей оператора.

Если бы не хватка Марина, программист сорвался бы с места и всё испортил. Его светокристаллы от изумления пошли в разноцветно-радужный разнос, правый мигал желто-зеленым, левый - сине-фиолетовым.

«Игнорировать этот запрет нельзя!
– взвыл он.
– Он прошит в основном коде! Это невозможно!»

«Угомонись, - осадил его майор.
– Сам же сколько раз доказывал, что Пректон не умеет врать? Значит, имеем то, что имеем».

«Но как, как?!»

«Кверху радиатором, помолчи».

– Но ты же понимаешь, что промедление может быть опасно для Вайона, - опять заговорил доктор Рэтхэм.
– Кто знает, чем оно обернется для его психики?

– Какую обстановку ты сочтешь безопасной для этого?
– поддержал его Джас с трудом держа себя в руках. Глаза его постоянно меняли цвет.

Марин только мысленно поморщился. Галдеж товарищей начинал надоедать ему всё больше. Чем они думают, в конце концов? Однако Пректон изволил убрать оружие. Уже прогресс.

– Его сознание неактивно, - спокойно пояснил полиморф.
– Это состояние воспринимается Вайоном как сон без сновидений. Никакой опасности для психики отсюда проистекать не может.

– Но если он был атакован чужими, - продолжал гнуть свою линию полковник, - значит, нужно провести детальные исследования в хорошо оснащенной лаборатории, так? Нужно возвращаться в метрополию.

Последнюю фразу он сказал зря. Успокоившийся было Пректон снова встопорщил мелкие пластины брони, как еж.

– С вероятностью более восьмидесяти процентов по возвращении в метрополию моё Сердце уничтожат после серии исследований.

Марин на это только мысленно вздохнул. Ты прав, дружок, даже не представляешь, насколько. Только не уничтожить тебя могут, ты слишком ценное изобретение, а отформатировать начисто. Но должны же они сжалиться над Вайоном?

Хотя бы над ним...

– Вот же упертая машина...
– совсем некстати проворчал Рэтхэм. Пректон тут же зыркнул на него, всем видом дав понять, что оскорбления не забудет.

– Вы не менее упрямы в своём стремлении влезть туда, куда вас не просят, доктор, - холодно заявил полиморф.

Он вел себя слишком по-человечески. И Марин готов был поклясться чем угодно - у него есть вполне сформированный характер и собственная воля. Очень жесткая воля. И ему не нравится, что создатель разговаривает с ним четкими формулировками запросов. Неужели случилось невозможное? Неужели машина ожила?

Нет, так не бывает. Но у него слишком осмысленный взгляд, настолько, насколько это вообще возможно с металлическим лицом! Как бы не принесло это ещё большей беды всей команде.

– Пректон, назови условия безопасности, - устало повторил Джаспер.
– Сможем ли мы выполнить их на корабле?

– Отлет с опасной планеты. Перед этим - все необходимые мероприятия по изучению аномалии. Отсутствие доступа ко мне у официальных властей и всех, кто на них работает.

– Хорошо, мы улетим с планеты, - кивнул Марин.
– Но мы тоже хотим знать, что вы с Вайоном увидели. Мы должны это знать.

Вместо ответа все трое получили от Пректона запрос на передачу данных. А когда воспроизвели полученный пакет информации - пришли в ужас.

Последние полчаса своего сознательного существования Вайон сьер Канамари был необратимо безумен. Они видели и слышали всё то, что видел и слышал он, а вернее, его оболочка: мертвая пустошь, роящийся какими-то невнятными точками смерч. Они воспринимали рваные сумбурные отголоски его мыслей - переведенный в короткие бессвязные фразы эмоциональный фон Сердца. Стало ясно, что Вайон слышал нечто, не зафиксированное сенсорами, и оно влекло его к верной гибели.

Целых полминуты в лаборатории стояла тишина.

Мертвая тишина.

– Бедный мальчик...
– тихо проронил старый доктор, невольно отступив на пару шагов назад. Останься он живым - наверняка сейчас держался бы за сердце.
– И он молчал все это время.

Джаспер выругался длинно и грязно. Марин промолчал, размышляя.

Уговорить Пректона отправиться на Цинтерру, а самому, воспользовавшись служебным положением, попробовать максимально прикрыть его и Вайона от государства? Ага, щас. Так кто-то ему и даст это сделать. ИИ с подобными отклонениями не миновать лабораторий. За командира душу и вовсе грыз страх. Но выбора не было. Чтобы понять, с чем придется столкнуться, нужно знать приказ.