Полиморфы нервничали. Вслух произносились лишь дежурные, ничего не значащие фразы, а эфир закрытых личных частот разрывался от десятков вопросов, сводившихся к одному главному: что делать? Отчет о результатах экспертизы они выслушали молча, не проронив ни звука, ни сигнала.

– И это всё?
– недоверчиво уставился на начальство Рики.
– Шеф, ты уверен, что оборудование исправно?

– Проще говоря, показала она «ничего», - фыркнул Кирен.
– Я правильно понимаю?

Марин кивнул, неосознанно изобразив лицевой маской мрачную мину.

– То есть, переводя на нормальный язык, мы не знаем, что с ними случилось, но кокнулись они все одновременно и при этом орали от боли, так?

– Да, они испытали фантомную боль, - подтвердил док.
– Или галлюцинации. Возможно, это следствие какого-то излучения, не зафиксированного нашими приборами. Тогда ситуация вполне объяснима. Человеческий мозг словил крупную дозу излучения и отдал приказ организму отключиться.

– Ты точно о людях, а не о машинах?
– ехидно прищурился Джас. На что Рэтхэм лишь снисходительно загудел.

– Человеческий организм - такая же оболочка для сознания, приводимая в действие набором электрических импульсов. Радиоактивного фона на планете при поверхностном изучении не обнаружено. Других подозрительных излучений тоже. Но это не дает гарантий, что так было всегда. А так же - не факт что мы сами не наткнемся на это излучение.

– Так оно опасно для нас?

– Это неизвестно. Нет данных

– Так может ну её, эту планету? Целее останемся.

– Точно-точно!

Марин покосился на командира. Тот неподвижно стоял возле стены и участия в дискуссии не принимал. Хорошо хоть, в одну точку не смотрел - оптика поворачивалась, он переводил взгляд с одного железного лица на другое. Понять, о чём он думает, было совершенно невозможно.

– Мы уже нашли «Утеху». Поняли, что с ней случилось. Миссия выполнена.

– ...полетели домой?

Это опять Инс. Он в экипаже был младшим. В проект пришёл совсем подростком. Сам Вайон его из какой-то прихоти и подобрал, оплатил образование при Центре и взял в команду. Парень никогда не жаловался, но явно устал болтаться в безлюдном космосе.

Паузу оборвал Вайон. Все-таки изволил подать голос. Но лучше б молчал, честное слово! Машинный холод, зазвучавший в словах, продрал остальных полиморфов жутью.

– Что случилось с «Утехой» мы до сих пор не знаем точно. Поэтому эта часть миссии ещё не выполнена. Метрополия давала четкие указания насчет корабля: при обнаружении постараться выяснить причину гибели экипажа.

Рэтхэм хмыкнул. Марин из своего угла заметил, что старый полковник не сводит взгляда с командира. Сканирует? Но что можно отсканировать на таком расстоянии от Сердца без прямого подключения?

– Мы не установили причину трагедии, - поддержал его полковник.
– Даже если мы выйдем на связь с Центром, нам нечего будет им предоставить. И они сами отправят нас искать то, что спровоцировало гибель экипажа.

– Кстати, что со связью?
– встряла Крима.

Джаспер махнул манипулятором.

– Да нет её! С какими только бубнами я вокруг вышек и оборудования не прыгал - без толку.

– Значит...

– Значит, без иных указаний нам по инструкции следует остаться на планете и заняться своими прямыми обязанностями, - холодно оборвал её Вайон.

– По инструкции, - фыркнула полиморфка.
– Но расценивать ли то, как твой приказ?

Вопрос он проигнорировал. Команда горячо заспорила, разделившись примерно пополам, в зале стало шумно от возгласов, возбужденных трелей и гудения. Одни во что бы то ни стало хотели вернуться если не домой, то хотя бы в обитаемые системы, вторые - побыстрее отделаться от работы. В конце концов этот галдеж надоел Пирту.

– И куда вы намылились, полудурки?
– пробухтел он.
– Я без приказа шефа не подниму «Искатель». А если и подниму, то куда вы дружно предложите отправиться? Связи то нет.

– Сколько осталось времени ждать?
– повернулась Крима к программисту.

– Два года, один месяц и три дня...

Команда опять приуныла. Марин внутренне сплюнул и все-таки решил вмешаться.

– Лания - конечная точка нашей экспедиции. Можно было бы вернуться на предыдущие планеты. Но как верно отметил Вайон - наши дела здесь не закончены. И даже если связь восстановится, с большой вероятностью Центр прикажет нам оставаться здесь и завершить предписанное. Точка привязки ворот, установка ретрансляционных вышек, развертка первичной базы...

– Работы по самые радиаторы...
– вздохнул Кирен.

– Вот-вот, - покивал док.
– Так что думайте, хотите ли мотаться туда-обратно по десять раз, или всё таки займемся делом. Я понимаю, что никому не хочется опять нырять в неизвестность. Да и связь может вернуться в любой момент. Но чем ждать её в космосе без дела, лучше остаться здесь и попробовать-таки найти источник проблем на планете.

– К тому же, я себе все рессоры отсидел на корабле, - проворчал Пирт.

Постепенно команда склонилась к решению остаться. В конце концов, личные страхи вполне можно пережить, а безделье убивало куда вернее. Марин, правда, этого мнения не разделал. Но его никто не спрашивал. Глядя в спину удаляющемуся Вайону, майор чувствовал, что сам оказался по уши в такой космической заднице, из которой может и не найтись выхода.