Вокруг было уже темно. Несколько тусклых фонарей едва освещали какое-то длинное низкое здание, похожее на склад или ангар. Двое кронтов в рабочей одежде без панелей и знаков отвели Бон Де Гра к небольшой дверце, за которой обнаружилась узкая, плохо освещенная лестница, ведущая вниз, в подвал.

Осторожно спустившись вслед за провожатыми и пройдя через целую анфиладу полутемных пустых помещений, Бон Де Гра переступил через очередной порог, прошел через тамбур и, наконец, оказался в большой мрачной комнате с низким потолком.

Вместо электрических ламп ее освещали большие толстые свечи в нескольких подсвечниках. Их колеблющееся, неверное пламя выхватывало из темноты развешанные по стенам смешные и жуткие маски из потемневшего дерева. Две курильницы в углах издавали несильный экзотический аромат.

Посреди комнаты стоял длинный стол со столешницей из серого полированного камня. Во главе его сидел некто в темной, скрывающей фигуру, одежде, островерхом капюшоне и черной тускло блестящей маске, нижняя часть которой напоминала жвала насекомого. По бокам от него устроились несколько кронтов. Трое - в плащах с низко натянутыми и скрывающими лицо капюшонами, еще трое - с открытыми лицами. Двое незнакомых стариков, и между ними молодая женщина - Ние Дар Ге! Увидев Бон Де Гра, она просигналила ему: все под контролем.

– Приветствуем тебя, брат!
– маска, похоже, искажала звуки, поэтому голос главного был похож на громкий и зловещий шепот.

– И я приветствую вас, Вечный!
– Бон Де Гра с уважением наклонил голову.
– Хотя я и не претендую на такое близкое родство.

– Ты ошибаешься, - произнес человек в маске глухим голосом.
– Ты и в самом деле наш брат. Вспомни, не проходил ли ты церемонию посвящения? Не клялся ли ты повиноваться в большом и малом, в дни войны и часы мира? И не принимал ли ты тайное имя Бондегари Гурвахан Гурваман?

Бон Де Гра был, скорее, удивлен, чем раздосадован. Он смутно припоминал таинственную мистерию, некогда устроенную для него и еще нескольких молодых кронтов. Но тогда он и не подумал отнестись к ней серьезно, восприняв ее как игру. К тому же, никакого продолжения у той истории не было. Он вскоре попал к учителю Ренкхиенгу, а там его готовили как командира боевиков, не заморачиваясь секретными церемониями и тайными обществами.

– Да, было такое, очень давно, - признал, снова наклоняя голову, Бон Де Гра.
– Но я никогда не был действительным членом вашей организации, Вечный!

– Ты, однако, смел!
– из-под маски раздалось несколько шипящих смешков; так, наверное, могла бы смеяться очень большая змея.
– Можешь называть меня Хранитель. И садись. Будь нашим гостем.

– Спасибо, Хранитель, - Бон Де Гра отодвинул стул и сел на дальнем от человека в маске конце стола.
– Вы хотели меня видеть?

– Да, я хотел посмотреть на себя, - острый конец капюшона чуть качнулся.
– Ты автор Меморандума?

– Да, Хранитель, - Бон Де Гра спокойно посмотрел в темные прорези маски.

– Не смей лгать перед лицом Хранителя!
– неожиданно повысил голос один из кронтов в капюшоне со скрытым лицом.
– Кронт не мог написать такой документ!

– А вы проверьте!
– усмехнулся Бон Де Гра.
– И поверьте.

– Какие в нем указаны предложения по взаимодействию начальников работ и свободных кронтов?
– торжествующе спросил "Капюшон".

Подняв и опустив уши и пожав плечами, Бон Де Гра начал рассказывать. Он десять лет писал, додумывал и обновлял Меморандум и знал его наизусть. Вскоре это понял и "экзаменатор". Задав несколько каверзных на его взгляд вопросов и получив на них полные и исчерпывающие ответы, он сдался и перешел к другой тактике.

– А как ты объяснишь предложение о съемке телесериалов с героями-кронтами?!
– агрессивно спросил он, подавшись вперед.
– Откуда у тебя могли появиться такие мысли?!

– Я много общался с кээн, а окончательно разобрался, когда встретился с филитами, - терпеливо пояснил Бон Де Гра, по умолчанию принимая, что им известна, как минимум, официальная часть его биографии.
– Они построили у себя развитую техническую цивилизацию и смогли добиться очень многого. Филиты рассказали мне, как телевидение может формировать у людей восприятие мира.

– Он не лжет, - внезапно произнес самый старый кронт, сидевший рядом с Ние Дар Ге.
– Я смотрел в его глаза, наблюдал за его ушами и заглядывал в пламя его души.

– Так ты признаешь себя виновным?
– прозвучал в наступившей тишине шипящий голос из-под маски.

– В чем?!

– В написании Меморандума - этого опасного и смущающего умы документа!

– Что в нем не так?
– свернул уши в знак несогласия Бон Де Гра.

– Он создает избыточные надежды. Синепузые никогда не станут воспринимать кронтов как равных. Что бы мы ни делали, они всегда будут смотреть на нас сверху вниз!...