– Стали?
– мотнул ухом Лукрентий, - Нам нужны буры, горное оборудование, и всё такое. Не думаю, что сорок лет назад корабельные орудия делали из столь сильного сплава.

– Сплав фигня, - кивнула Пухова, - Соль в его составе. Если его переплавить по современной технологии, получится отлично.

– Ладно, это всё здорово, - хмыкнул лис, - Но как вы собираетесь осуществлять добычу этого хабара?

– А, это вот, - белка переключила экран на схему.

Наработки по этой теме существовали в Союзе задолго до войны, потому как белки стали жадными зверями гораздо раньше. Их весьма интересовал способ поднять судно с наименьшими затратами, поэтому первый специализированный подъёмник был ещё пароходом с гребными колёсами. После войны на упомянутом северо-западном театре работала подлодка "Камбала", поднявшая десятки небольших посудин. Её принцип был простой, лодка была двухкорпусная, между корпусами располагалась плоская платформа; субмарина ложилась на дно рядом с добычей, водолазы цепляли оную лебёдками, и втаскивали на платформу. Косяк состоял в том, что сооружение, сделанное из двух серийных боевых подлодок, имело небольшое водоизмещение, и следовательно, работало только с мелкими объектами - баржами, баркасами, и тому подобной посудой. Осилить что-то крупнее "Камбала" не могла, потому как не хватало подъёмной силы и мощности лебёдок. Глубина, доступная этому средству, не превышала ста метров, тобишь, ограничивалась рабочей глубиной жёстких водолазных скафандров.

– Вы правильно отмечали, что традиционные средства слишком громоздки, - цокнула Пухова, - И оттого не приносят Прибыли. Поэтому инициативная группа разработала другой метод. Задача - поднять объект из воды. Что лучше всего использовать для этого?

Собрание почесало затылки. Хлябов налил минералки и охлябучил пол-литра одним глотком, но сходу придумать ответ ему это не помогло.

– Ладно, попроще, - захихикала белка, - Задача - двигаться на воде. Что используется для этого?

– Сама вода, ясен пень, - фыркнул медведь, - Но при чём тут это?

– Не будем устраивать викторину, - сжалилась грызуниха, - Соль в том, что вода бывает в разных агрегатных состояниях, сечёте? Пар нас пока не интересует, а вот лёд - ещё как. Если наморозить вокруг объекта массу льда, он просто всплывёт. К этому мы прибавляем тот факт, что на глубине температура воды всегда очень низкая, едва выше нуля.

– Ага, - задумался Хлябов, - Ага...

– Га-га. Кроме того, за последние годы сделан большой прогресс в области дистанционно управляемой аппаратуры. Вслуху этого мы полностью отказываемся от водолазов, которые сильно ограничивают возможности системы, и применяем глубоководные аппараты, управляемые по кабелю и по нему же получающие энергию...

Грызуниха, махнув огромным пуховым хвостом, подошла к экрану и ткнула в схему ручкой, показывая. На схеме был нарисован пароход, от которого тянулись вниз кабели, и на дне автоматы обрабатывали объект.

– Взять тот же эсминец, - тявкнул Лукрентий, - Полторы тыщи тонн вынь да положь. Сколько льда нужно наморозить, чтобы поднять его?

– Допушнины, - точно ответила белка, - Примерно семнадцать тысяч кубометров. Установка, которую испытывали в Жирном море, может давать по сотне кубов в час, но она сделана из обычного компрессора для отбойных молотков.

– Как?
– только и крякнул медведь.

– А вот здесь в дело вступает пар, точнее, газ. Установка закачивает в воду охлаждённый воздух, и на пузырьках моментально образуется лёд. Когда удалось подобрать режимы, получился вполне эффективный холодильник. Работает за счёт расширения газа.

– Реально работает?
– удивился Хлябов.

– Вообще-то, товарищ Хлябов, я это цокала несколько раз, - хихикнула Пухова.

– А, точно, - припомнил медведь, припомнил дальше и поперхнулся, - Вы что, опять будете просить Э-104?!

– Да не опять, а снова, - с полнейшей спокухой цокнула белка, - разработчики "Феникса" уверены, что это самый подходящий корабль для переделки.

– А без этого никак?
– жалобно уточнил главком.

– Без этого - как, но это будет несоразмерно более долго и менее производительно.

– Э-104, "Электромедь"?
– припомнил Лукрентий, - Но там ведь как раз радиационная авария третьего уровня, как у листов сейчас.

– Его уже год как постоянно деактивируют, - пояснил Хлябов, - Поставили насосы и очистительную станцию, продувают паром в замкнутом цикле. Но что там с реактором, ещё не понятно.

– Если не трогать, то и не будет понятно, - заметила Пухова.

– Но они соображают, что это совсем другой уровень ответственности?
– рыкнул медведь, - С атомными установками шутки плохи. На кой щёрт им нужен именно Э-104?

– Нутк, действующий подводный крейсер вы вряд ли отдадите, - продолжила хихикать грызуниха, - А тут два выстрела одним зайцем. Главное, у атомной установки достаточно мощности, чтобы питать оборудование и обеспечить дальность походов. Кроме того, появляется возможность действовать полностью в подводном положении.

– Тоесть вы хотите цокнуть, что он сможет выйти из Загребаровска, достать со дна лодку в середине Глухого океана, и вернуться обратно с ней?

– Именно это я и цокнула. Как вы понимаете, это очень ценно, если мы собираемся поднимать листовские корабли. Меньше знаешь - крепче спишь, как-грится.

– Если это не сработает, я лопну, - покачал головой Хлябов.
– Причём, не один я... Ладно, давайте распоряжение.

Хлябов и не думал, что у белки нет с собой готового документа на передачу корабля - и не ошибся, само собой. После внимательного прочтения - а то мало ли, с этих йумористов станется!
– медведь поставил подпись.