– Слушай, а "Горохи" там остались?
– уточнила Вииса, когда звери шуршали в комнатушке, устраивая рюкзаки возле лежаков.

– Само собой, - цокнул Трифон, - Я опасаюсь, что они пригодятся, особенно в дальнем океане.

Установка "Горох" предназначалась для самозащиты корабля от ракет и торпед, тобишь, действовала почти также, как скорострельные морские пушки, выпускавшие в сторону цели конус из тысяч мелких снарядов. В отличие от остальных, "горох" стрелял не снарядами, а льдом. Зря хихикали скептики, ледяная горошина, разогнанная до нескольких скоростей звука, пробивала бронетранспортёр, не то что тонкий корпус ракеты. Скорость гороху придавал центробежный ускоритель, который также обеспечивал бешеный темп стрельбы - из шести стволов установки вылетал густой поток такого "града". Соль также заключалась в том, что ледяные снаряды частично испарялись в полёте, что снижало трение о воздух и доводило дальность до весомых значений. И главное, горох прекрасно летал и под водой, что было недоступно обычной артиллерии. На Э-104, как и на всех кораблях серии, имелись четыре башни с "Горохом", две на носу и две на хвосте; чтобы не тормозить лодку под водой, башни опускались в ниши корпуса, так что торчали только обтекатели локаторов. При необходимости эти овощи могли уверенно защитить корабль от торпед, и Трифон таки опасался, что необходимость будет.

– Ладно, пошли потопчем мозги, - цокнула Хвойка, и на всякий случай вспушилась.

В первую очередь новоприбывшие напали на мозги Когтёрия, а также пострадала крыса Гайна, главный инженер сооружений, которые производили деактивацию корабля. Довольно пушная бурая крыса была родом из Рамбурга, что в Тефлонии - тобишь, бывшей Гурпании. Когда союзники одолели имперцев и разгромили их войска, они полностью ликвидировали старые страны, стерев с морды земли в том числе и старые названия. За символику гурпанской империи сейчас было нетрудно получить хороший срок. Это всё к тому, что грызям и лисе было слегка странно видеть гурпа... всмысле, тефлонскую, крысу, и сами собой возникали вопросы. Например: что раньше, курица или яйцо?
– подумал Трифон, и заржал. Однако, смех с мехом, а следовало слушать внимательно, потому как здесь косяки крайне чреваты. Не обращая внимания на постоянные бугогашечки грызей, рысь подробно обрисовал обстановку на объекте.

– Сало быть, насколько ясно из этого псто, - цокнула Хвойка, - Причина аварии в лопнувшем цилиндре с топливом, верно?

– Насколько нам удалось выяснить, да, - пожала ушами Гайна.

– Таким образом, остаётся только вынуть его и поместить в контейнер, - рыгнул Когтёрий, ковыряясь в зубах, - Второй контур реактора мы продули, оболочку цилиндра - тоже. Вон, можете полюбоваться на рисунки.

– Ну, оригинально, да, - сделал умную морду Трифон, разглядывая рисунки.

Почему рисунки, а не фотографии, никто не заикнулся - радиация не давала нормально работать фототехнике, поэтому её и не использовали, чтобы не увидеть то, чего там нет. Кто-то из специалистов зарисовал картину по памяти, получилось вполне реалистично и понятно, что к чему - куда лучше, чем замыленный снимок с пухти каким освещением.

– Впринципе, мы хотели приступать к выемке цилиндра ещё на прошлой неделе, - пискнула крыса, - Но из штаба просили подождать вас.

– Угу...
– Хлутыш, четвёртый из командного состава операции, покачался на стуле и сварил мысли внутри головы, - Надо знать, что случилось с цилиндром.

– Нафига?
– ляпнул Когтёрий, и слегка прикусил язык.

– Вот именно, - кивнула Хвойка, - Это очень прочная деталь, примитивный брак в ней невозможен из-за контроля, и тем не менее, она как-то распалась на фрагменты. Значит, вполне вероятен косяк в реакторе, а мы ведь собирались его запускать заново.

– Верные замечания, белка-пуш, - обобрительно хмыкнула крыса, - Но по ведомству есть ещё пара зверей с мозгами, так что этими вопросами задавались и ранее. Цилиндр лопнул из-за резонанса в вибрациях, а они случились из-за пузырения в теплоносителе. Такое случается при очень узком спектре режимов, и Э-104 попал именно в них. Переход из южных морей в северные, потом экстренное всплытие - бутылка и скипела слегка.

– Ладно, значит, по реактору меры приняты, - цокнул Хлутыш, - А по самой детали?

– Всмысле?
– икнул Когтёрий.

– Всмысле, вы полапчитесь, что она не развалится в процессе выемки?

– Да вы что, опушнели чтоли?
– возмутилась крыса, - Думать головами собираетесь?!

– Да, есть такая вредная привычка, - заржали грызи.

Гайна поведала, что дураков нету, и такой вариант рассматривался. Чтобы не рисковать, крыса ещё раньше приняла решение сделать вокруг детали опалубку из фанеры, и залить её бетоном. После затвердевания получится монолитный блок, который предохранит повреждённый цилиндр от каких-либо эксцессов. Но даже при таких мерах никто не собирался кантовать объект, как картохлю - на него крепили такелаж, обеспечивающий сохранение положения в пространстве. Было продумано, как именно переместить это самое в подготовленный контейнер; дальше уже легче, потому как контейнер очень прочный и герметичный, и можно будет выдохнуть. Правда, его ещё предстояло везти несколько сотен километров по тундре на тяжёлом транспортёре, но это уже мелочи.

Испив чай и обсудив общие вопросы в столовке, весь пушной состав воткнулся в работу. Как известно, для того, чтобы сделать нечто большое, требуется прорва мелких операций. Каждая из них не представляет никакой сложности, однако, сама себя она не сделает. В частности, нарезать из фанеры довольно фигурную опалубку для цилиндра предстояло собственными лапами. Благо, непривычных к этому зверей тут не имелось, Вииса таки фигачила электрическим лобзиком, как столяр; грызи, ясен пух, не отставали. По этой причине никого не грызло, что приходится дрыхнуть в комнатушках размером с отсеки в вагоне железки - после очень активной возни не приходило под уши ничего другого, кроме как укрыться хвостом и дрыхнуть, аки сурчина в норе. Персонал базы, который жил тут долгие вахты, находился в менее лагерном режиме - всмысле, раньше. Теперь пришлось уплотняться, потому как жилых помещений не хватало.

Только через пару дней Трифон, Хвойка, Хлутыш и Вииса сподобились сходить в основной ангар посмотреть на объект. Вход в герметизированый ангар осуществлялся через шлюз, потому как раньше воздух внутри был заражён испарениями радиоактивной воды. После целых месяцев продувки и фильтрации опасность была устранена, со временем "выгорела" наведённая радиация в металле, и фон снизился до приемлемого. Но, ясен пух, все сотрудники не расставались с личными дозиметрами, ибо бережёного хвост бережёт. Как оно и предполагалось, в закрытом помещении всё равно стоял мороз, потому как ангар никто не утеплял; длинная туша подлодки, кажущая тёмно-серые металлические бока, наполовину была скрыта льдом. В отличие от многих других подводных кораблей, серия "Э" отличалась довольно острым носом и хвостом. Здесь не было торпедных аппаратов в обычном смысле, подводные ракеты выстреливались из пусковых установок вверх. На потёртом от контакта со льдами боку рубки различалась надпись "Электромедь".