Шрифт:
– Помни, нужно закрыть свой разум...
Фоукс описал круг под потолком и спланировал вниз, к Дамблдору, а тот отпустил Гарри, поднял руку и схватился за длинный золотой хвост феникса. Сверкнула огненная вспышка, и оба исчезли.
– Где он?
– прохрипел Фадж, а я прикинулся беспамятным.
– Ума не приложу!
– ответил Шеклбот, вставая на четвереньки.
– Из школы нельзя аппарировать!
– Лестница!
– воскликнул Долиш, бросился к двери, настежь распахнул ее и скрылся.
Шеклбот и Амбридж бросились следом. Фадж помедлил, потом медленно поднялся на ноги и принялся отряхиваться от пыли. Повисла долгая мучительная пауза.
– Ну, Минерва, - злобно хмыкнул Фадж, прилаживая порванный рукав, - боюсь, вашему приятелю Дамблдору пришел конец.
– Вы так полагаете?
– с издевкой спросила она, поднимая на ноги Гермиону. Джинни с Панси выбрались из-за опрокинутого дивана сами -- явно залегли в убежище, когда начался тарарам.
Тем временем "очнулся" Риддл, и мы с Малфоем тоже подскочили. Вдруг понадобимся?
Фадж, похоже, ее не услышал. Он оглядывал разрушенный кабинет.
– Отправьте-ка учеников спать, - велел Фадж.
– С вашего позволения, я позабочусь об этом, - сказал Риддл, отряхиваю мантию.
– Я, как-никак, староста школы, господин министр. Но сперва я отведу их в больничное крыло, а то кое-кого и контузить могло!
– Идите, - махнул тот рукой, и Том вытолкал нас за дверь.
– Все живы, все целы? Поттер, Грейнджер?
Те посмотрели на него с ненавистью.
– Вижу, целы, - констатировал он.
– До своего общежития дойдете сами или прикажете мне вас конвоировать?
– Сами...
– выдавила Грейнджер, вытряхивая из густых волос пыль и какой-то мусор.
– Тогда идите, - велел Том.
– Надеюсь, на сегодня с вас достаточно неприятностей!
– Да уж, благодаря некоторым...
– процедил Гарри, обернувшись через плечо.
– И мы идем спать, - сказал Риддл, довольно ухмыляясь.
– Поздравляю, первая стадия операции прошла безупречно!
– Я уверена, ты нарочно их сдал, - произнесла Джинни, - но зачем?
– Затем, что они так и так попались бы, и очень скоро, а так, во-первых, удалось обойтись малой кровью... я имею в виду, Поттера не исключат. А во-вторых, в школе теперь нет Дамблдора, - ухмыльнулся Том.
– Конечно, отсиживаться в кустах он не станет, да и Орден Феникса не дремлет, но хотя бы пару недель, надеюсь, мы о нем не услышим...
– Но зачем тебе это понадобилось?
– не понял Малфой, а Том заулыбался еще шире, поманил нас поближе к себе и распахнул мантию.
За брючный ремень у него была заткнута безжалостно свернутая в трубочку Распределяющая Шляпа.
– А если б она завопила?!
– воскликнул я, поняв, кто усугубил тот кавардак, что приключился в директорском кабинете.
– Я ей рот заклеил, - серьезно сказал Том.
– Есть такое заклинание, так что пока она может только мычать. Ну, если б услышали даже сквозь заглушающее заклятие, я сказал бы, что у меня в животе урчит. Давайте, живо по спальням! А я припрячу эту почтенную леди и приду...
*
Наутро только и разговоров было о ночном происшествии, исчезновении Дамблдора и о том, что замещает его теперь Амбридж.
Учеников с серебряными значками теперь провожали испуганными взглядами, хотя, клянусь, мы не зверствовали и баллы сотнями не снимали. Как учил Том: здесь два балла, там три, за неделю до полусотни доходило, потому что держать себя в руках гриффиндорцы совершенно не умели.
– Том!
– пискнул Деннис Криви, подскочив к нам во время обеда.
– Амбридж увела Поттера, а Уизли сказали, что начинается первый этап! Ты просил ска...
– Хвалю! Ходу!
– рявкнул Риддл и ускорился так, что мы едва его нагнали.
– Что затевается-то?
– выдохнул я.
– Я почем знаю? Сейчас увидим...
Мы увидели... И предпочли спрятаться за углом, пока никого не покалечило: похоже, мои братцы разом подорвали весь свой запас волшебных фейерверков, и теперь в коридоре творилось нечто невообразимое, весь замок ходил ходуном! От Ступефаев эти штуковины расходились еще сильнее, и усилия Амбридж пропадали втуне.
– Де Линт!
– выкрикнула она, заметив Тома.
– Сделайте что-нибудь!
– Профессор, я попытаюсь, но если даже вы бессильны...
– отозвался он, но все-таки сбил парочку фейерверков, которые оскорбляли его эстетический вкус.
– Боюсь, нам придется ждать, пока они выдохнутся! Прикажите всем разойтись по гостиным, чтобы никого не покалечило, эти штуки совершенно неуправляемы, на них даже щитовые чары не действуют!
– Верно...
– выдохнула она, вытирая рукой черный от сажи лоб.
– Живо все по гостиным! Де Линт, проследите...
– Непременно, профессор, - ответил он, подав ей белоснежный платок, и в самом деле с нашей помощью живо разогнал зрителей.