Но, завернув за угол, я помчалась в гэнкан. Я быстро переобулась, боясь, что меня заметят, но хаос сыграл на руку. Я заглянула на полочку Томо – его блокнот и туфли пропали, от тапочек на полу остались черные следы. Они еще могут меня догнать. Я обула туфли и выбежала во двор, пряча часть волос под пиджак, чтобы не быть такой заметной.

Сбегать с уроков сложно, когда ты – единственная блондинка в школе.

След чернил прекращался у ворот. Я подумывала о парке Сунпу, где можно было подождать сообщения Томо. Он мог пригласить меня в Нихондайру, так ведь? Было ли опасно рядом с Томо? Нет, куда страшнее было думать, как он справляется там один. А если он сломается? Если потеряет себя? Я уже не могла выдерживать, не могла всего осознать. Мне нужна была помощь. Нравилось Томо или нет, но сами мы справиться не могли.

Я резко развернулась и побежала к школе Катаку.

<p align="right">

Я бежала по двору, где почти никого не было, ведь ученики были на уроках. Я могла позвонить Джуну, но у него были бы проблемы, если бы учитель услышал звонок на уроке.

Я остановилась у входа в их гэнкан. Как мне найти Джуна? Я даже не знаю, где его кабинет.

Я слышала голоса из-за угла школы, девушки общались и смеялись. Я пошла вдоль школы, ведь они могли мне помочь. Я готовила себя к вежливым вопросам. А если у меня будут проблемы из-за пребывания на территории чужой школы?

Но проблем и так хватало. Я думала о Томо, что в панике едет в Нихондайру, не зная, где сон, а где реальность. Не зная, что случится с ним и со мной.

Я добралась до теннисного корта. Девушки в белых футболках и зеленых шортах – спортивной школьной форме – подбрасывали на ракетках мячики вверх и вниз, стараясь не уронить их.

Вот бы и мой мир не рухнул.

И тут я узнала одну из них – девушку, которую я несколько раз встречала во дворе школы. Она заметила меня, застенчиво идущую вдоль школы.

– Хана, - сказала я, но слишком тихо, чтобы она меня услышала. Она извинилась перед друзьями и побежала ко мне, ее волосы были убраны с лица с помощью плотной белой повязки.

– Кэти, - сказала она по-английски. – Все в порядке?

– Не совсем. Ты не знаешь, где сейчас Джун? Нужно с ним поговорить.

Она оглянулась через плечо на девушек, что притворялись занятыми теннисом, а на самом деле подслушивали наш разговор.

– У тебя будут проблемы, если тебя заметят здесь во время уроков.

– Поверь, я бы не приходила, не будь все так важно.

Она молчала минуту.

– Думаю, он в классе Хасегавы, - сказала она, - но я не уверена. Но тебе повезло, что этим утром мы готовимся к грядущему школьному фестивалю.

Точно, он ведь играл с Икедой. Было сложно представить, что у него была обычная школьная жизнь. Сложно было представить, что у всех нас когда-то она была.

– Помнишь музыкальный класс? – спросила она, я кивнула. – Следующая дверь – актовый зал. Они явно занимаются там.

– Спасибо, - сказала я.

– Постарайся, чтобы вас с другом не видели, ладно? И не говори, что тебе помогла я.

Какой еще друг? Она, наверное, о Джуне.

– Без проблем, - сказала я, она улыбнулась, подняла ракетку, сжимая другой рукой теннисный мяч.

– Ты хорошо на него влияешь. Он не был таким, после того как его отец… Забудь. Еще увидимся.

– О, но мы не… - начала я, но она уже вернулась к тренировке. Я развернулась и обошла здание, стараясь не выглядеть подозрительной, насколько это было возможно для блондинки-гайдзина в форме другой школы. Как давно умер отец Джуна? Об этом знали все, кроме меня? Я вспомнила слова Джуна возле полицейского участка, когда его там узнали. Разнюхивали ли о его истории журналисты, как моя мама, публикуя потом это в газетах? Хотелось бы найти информацию в Интернете так же, как получилось с Томо. Даже интересно, что я смогу найти.