– Чэ, - выругался он, как порой делал Томохиро. Я тут же ощутила укол вины. – Ты думаешь, что Юу произошел от Сусаноо?

– Я не хочу сказать, что он – зло, - сказала я. Из уст Джуна это звучало даже хуже, я надеялась, что не дала ему оружие. – Но, может, поэтому у него не получается управлять чернилами. Когда ты нарисовал стакан, ничего не произошло. Можно спросить? Твоя рука. У тебя… есть шрамы, как у Томо?

Джун придвинулся ближе. Наши ноги почти соприкасались, я чувствовала его тепло. Он медленно поднял правую руку, показывая мне запястье. В темноте было плохо видно, но я не заметила шрамов.

– Вот, - он взял меня за руку. От его прикосновения я вздрогнула. Он положил мою ладонь на локоть и медленно повел мои пальцы к запястью. Его кожа была теплой, а рука – сильной, как у Томо. Я нащупала грубые следы шрамов.

Они и у него были.

– У большинства Ками есть хоть парочка, - сказал он. Но их было много под моими пальцами. И у Джуна такое случалось. – Но это было давно, - добавил он. – По сравнению с Юу. Мои шрамы старые.

– Ох, - сказала я и вырвала руку из его хватки. Хорошо, что темно. Я надеялась, что он не видел, как я покраснела. Сердце колотилось и грозило выпрыгнуть из груди.

– Но потеря контроля, вспышки силы… ты могла и угадать. Я о таком и не думал. Сусаноо… - он левой рукой убрал челку с глаз, шипы на его браслете поблескивали в свете звезд. – Ками ветров, землетрясений и Йоми, да?

Я кивнула.

– Мира тьмы. Брат моей подруги перевел это как «ад».

– Юу что-то подобное вызывал?

Я задумалась. Ураган появился вместе с нарисованным им драконом. Землетрясение было, когда я приехала в Японию. И… ад?

– Постой, - сказала я. Мне стало не по себе. – Когда якудза пытались забрать Томохиро, чернила… сделали что-то вроде лица демона. Это было ужасно. Я не видела толком, но… это до смерти напугало Ишикаву.

– Вот и ответ, - сказал Джун. – Да уж. Он не нормальный Ками.

Сердце болело. Он был демоном, которого боялся. Все было хуже, чем он думал. Слезы застилали глаза.

– Что нам делать?

– Должен быть способ подчинить его силу. Пока что тебе нужно держаться от него подальше. Не буди в нем чернила.

Я кивнула. Он снова рисовал, это должно помочь. А я найду, чем себя отвлечь, и он не воспримет это как расставание. Хотя все к этому и идет.

– Кэти, - сказал Джун, коснувшись моего плеча. – Ты не одна, помнишь? Мы ему поможем.

– Знаю, - сказала я. – Спасибо.

Джун кивнул.

– Я постараюсь разузнать об этом больше.

– Хорошо.

– Кэти, ты ужасно выглядишь. Давай я отвезу тебя домой, тебе нужно отдохнуть.

– Просто… много всего навалилось, - сказала я, едва сдерживая слезы. Я попыталась их сморгнуть, одна слеза покатилась по щеке.

Я словно заставляла себя расстаться с душой. Как так можно?

– Эй, - сказал Джун. Он коснулся моей щеки и вытер слезу. – Мы справимся, так ведь?

Я кивнула, надеясь, что сдержу слезы.

Он взял меня за руку и потянул к стоянке. Он подвел меня к мотоциклу и ушел в гэнкан за еще одним шлемом.

В темноте было ужасно одиноко. Он не может поспешить, чтобы я уже попала домой и выплакалась?

Вернувшись, он помог мне надеть шлем, и я села за ним. Мы проехали станцию Шизуока и устремились дальше. Я прокричала ему свой адрес, и он привез меня к дому. Я держалась за него всю дорогу, словно так мне стало бы лучше. Ветер забирал с собой мои слезы и притуплял боль.

На ступеньках подъезда я обернулась.

– Спасибо, - сказала я мертвым голосом.

– Я всегда готов помочь, - отозвался он. – Томодачи кара.