Мы не могли добраться до него. Он потеряет контроль. Опасные чернила взорвутся в нем, его арестуют, а то и хуже. Он был демоном, наследником Сусаноо. Он был способным на все.

– Томо! – завопила я, дрожа. Я была беспомощной.

Джун сжал ладони в кулаки и повернулся к сражающимся. Противник Томохиро испуганно убегал от атак, что могли стать фатальными. Судьи суетливо следили за нарушениями, намереваясь остановить Томо.

– Юу-сан, файто! – скандировал Джун, я испугалась. Он повторял эти слова снова и снова в одном ритме. – Юу-сан, файто! – он сжимал ладони в кулаки и тряс ими в такт словам.

Ишикава присоединился к нему. Потом Шиори.

Вся толпа скандировала вместе с ними.

Джун пытался достучаться до него. Он пытался воззвать к нему. Толпа одним громким голосом кричала:

– Юу-сан, файто! Юу-сан, файто!

Его противник споткнулся и упал на пол. Томохиро вскинул шинай, повторяя случай со мной на тренировке. Я застыла и смотрела. Сердце колотилось, кровь шумела в ушах.

Земля задрожала, но не сильно. Я встревожено взглянула на Ишикаву.

– Просто встряска, - сказал он. – Продолжайте!

Но это была не простая встряска. Земля дрожала в такт моему пульсу.

Томохиро закричал, шинай опускался. Юноша зажмурился. Судья засвистел.

– Томо! – крикнула я.

Томохиро пошатнулся и чуть не упал на противника. Свист оборвался. Землетрясение прекратилось.

Парень поднял шинай и ударил по доу Томо.

– Очко! – завопил судья, поднялись белые флажки.

Шинай выпал из руки Томо, упав в лужу чернил. Я вскрикнула, но никто больше этого не заметил. Томо проиграл, а его противник выиграл. Все видели лишь это.

Томо упал на колени, шинай покачивался на полу. Он протянул парню руку и сказал что-то, что нам не было слышно. Парень взял его за руку, Томо помог ему встать. Они похлопали друг друга по спине и подняли свободные руки вверх к радости зрителей.

Все громко кричали.

– Неплохой ход, Юуто, - тихо сказал Ишикава, и он был прав. Томо переубедил толпу, зрители уже забыли, что он чуть не сделал. Он теперь был любезным проигравшим. И вел себя подобающе.

Я взглянула на лужицу чернил под его шинаем, но она уже пропала, словно мне лишь привиделось. Но чернила, похоже, видели не все, ведь Ишикава ничего не сказал. А вот Джун взглянул на меня, поджав губы. Он тоже их видел. Может, это могли лишь те, в ком были чернила.

Только Ками. И искусственные Ками.

Я не знала, что хуже: видеть их или нет.

– Идем, Грин, - сказал Ишикава, поднимаясь на ноги.

– Куда?

– Совсем тупая? Томо нужна наша помощь. Соревнования закончились, идем, - он схватил меня за руку и потащил по ряду. Шиори и ее красное платье пропали из виду. Мы вышли в дверь и спустились по ступенькам на этаж со спортзалом.

Я сомневалась, что мы должны быть там. Разве зрители должны выбегать? Но Ишикава уверенно толкнул двери зала, его глаза пылали.

Меня ослепили лампы. Все кендоука собирали свои вещи, получая нагоняи от тренеров. В углу я заметила Ватанабэ-сенсея и юного кендоука из нашей школы. Томо сидел на скамейке рядом со своей сине-белой сумкой и потягивал воду из бутылки. Повязка лежала рядом с ним, волосы прилипли к голове от пота.

– Томо, - сказала я, оказавшись перед ним. Я села рядом на скамейку и положила ладонь на его спину, пока он закручивал крышку бутылки. Ишикава придвинул стул к нам и сел на него, положив руки на спинку, а в ладони уперев подбородок.

– Юуто, ты в порядке? – его глаза пылали, я должна была отвернуться.

– Порядок, - сказал Томохиро. – Но пришлось проиграть.

Ишикава кивнул.